Останься со мной - Маргарита Дюжева

— Вроде да, — улыбается. Сдавленно, через силу, — спасибо тебе. За то что вытащил…снова…

Да, Ежик, я мастер по вытаскиванию твоей пятой точки из неприятностей. Просто Чип и Дейл в одном лице.

— Рассказывай давай. Как, что, куда и почему. С подробностями. Я хочу знать, как все это вообще стало возможным.

Она сначала мнется. Видно, что не хочет, но я дожимаю, вынуждая ее раскрыть всю правду. От и до.

Снова деньги. Как всегда, все упирается в них. Щеглов заказал дорогущий тур, потом отказался, Лерка не проконтролировала — в результате долг.

До этого момента, если честно, ничего удивительного не вижу. Вознесенская любит косячить и умеет. Хотя, даже для нее перебор. Она шальная, но не идиотка пустоголовая, чтобы вот так подставляться.

А вот то, что Щеглов решил поиграть в мафию — это уже что-то из ряда вон. Говно унылое он, а не мафиози. Или на старости лет моча в голову ударила?

— Лер, давай начистоту. Ты что-то еще делала, чтобы спровоцировать его. Может кокетничала, жопой крутила, или наоборот нахамила, как ты умеешь.

Жмет плечами:

— Крутить перед ним даже не думала, а относительно хамства…может быть. Немного. Самую малость. От предложил отработать у него на фирме, я резко отказалась.

— И все?

— Все.

Вроде ничего, что могло бы подтолкнуть этого придурка к таким действиям. Бред какой-то.

Я отвожу Лерку домой и строго настрого запрещаю в ближайшие дни выходить на улицу:

— Бери больничный.

— Но…

— Не заставляй меня сажать тебя под замок.

Именно этого мне хочется больше всего на свете. Забрать ее к себе. Чтобы всегда была под боком и в безопасности, чтобы в любой момент я точно знал, где она находится и чем занимается.

К счастью, а может, наоборот, к сожалению, но у нее нет сил сегодня спорить. Вознесенская с тяжелым вздохом соглашается и выходит из машины, правда напоследок останавливается возле моей двери. Я жамкаю на кнопку, опуская стекло и смотрю на ее несчастную физиономию.

— Спасибо, — тихо роняет Ежик. Потом порывисто прикасается ладонью к моей щеке и прежде, чем я успеваю перехватить тонкую руку – убегает к подъезду.

Я, как всегда, жду, когда она придет к себе. Нахожу знакомый силуэт в окне и только после этого уезжаю. На душе скребут кошки. Мне теперь кажется, что стоит отвернуться и все — с ней опять что-нибулдь.

К сожалению, ночью мне не удается добраться до Щеглова. Потный сукин сын, как сквозь землю провалился. Прячется урод, чувствует, что хана настала.

Я больше не звоню, просто с самого утра еду к нему на работу. Прохожу мимо секретарши, которая что-то блеет о том, что начальник занят, что пускать не велено. Мне насрать, что там и кому не велено. Отодвигаю ее в сторону и захожу в кабинет.

Завидев меня, Щеглов поспешно поднимается из-за стола.

— Демид Сергеевич, какая встреча, — расползается в приторной улыбке и протягивает руку, — какими судьбами?

— Не догадываетесь? — игнорирую руку и усаживаюсь напротив.

Он хмурится, прячет свою потную клешню и тоже садится:

— Нет ни малейшего представления.

— Что за разборки вчера были с Вознесенской?

— Вознесенская? Кто это? — морщится, будто не может вспомнить.

Я на такие игры не ведусь.

— Девчонка, которую ты утащил на заброшенный склад.

Он возмущенно охает.

— Барханов, ты в своем уме? Какой склад? Какая девчонка?

— Та самая, которая теперь из-за твоего отказа по уши в долгах.

— Ах, эта-а-а, — тянет он с усмешкой. Потом и вовсе начинает смеяться, качая головой, — молодец, девка, не пропадет.

— Что смешного?

— Я из-за ее халатности чуть денег не лишился. Довольно приличных. Так она мне сначала названивала, грозила какими-то разборками, потом ревела, потом предлагала отработать…если понимаешь, о чем я, — протер лысину платком, — я ее отправил, конечно. С такими чайками, готовыми ради выгоды под кого угодно запрыгнуть — принципиально дел не имею. А она, видишь, не угомониться никак. Через тебя решила зайти. Мерзавка.

— Хочешь сказать, что она врет?

— А сам как думаешь? Похож я на человека, который по старым складам будет бродить?

— Где ты был этой ночью?

— Ну так дома же. С женой. Где еще? Не веришь? Спроси у нее. Или камеры проверь. Мне скрывать нечего.

Глава 13.3

Глава 13.3

— Конечно, проверю.

— Артур Сергеевич, — Щеглов сокрушенно качает головой, — посуди сам. Девка та не большого ума, да и воспитанием не блещет. Что я тебе рассказываю, ты и сам в курсе.

Я в курсе. У меня диссонанс. Лера — оторви и выкини, но вот так врать бы не стала. Наверное…

Вспоминаю, как она в том заброшенном зале на меня набросилась, как ее трясло. Глаза вспоминаю огромные, перепуганные.

Нет. Не врала. Этот потный боров, может говорить что угодно, но я безоговорочно верю чокнутому на всю голову Ежику.

— Я даже всерьез опасаюсь, что к жене моей полезет. Свела ведь нелегкая, хотел же в другое агентство пойти, — он тяжко вздыхает.

— Может и полезет, — соглашаюсь, потому что Лерка действительно могла бы. Если бы захотела. Только она не захочет, я в этом уверен.

— Все беды вот от таких вот дур.

За эти слова мне хочется хряпнуть его мордой об стол, но вместо этого прохладно улыбаюсь. Шашкой наголо махать — шума много, урона мало. Толку от этого не будет, а вот если достать всю подноготную, перетрясти и вывернуть наизнанку…

— Ты уж проведи там беседу, раз она снова к тебе прибежала, — Щеглов решает меня поучать, — скажи, что со взрослыми серьезными людьми так себя не ведут. А то ведь я и сам поговорить могу.

Мне стоит огромного труда сдержать пренебрежительную ухмылку. Этот разговорщик только и способен, что девок молодых пугать. Ничтожество.

— Не переживайте. Поговорю и все выясню.

Я поднимаю со стула, поправляю галстук, снова игнорирую потную лапу. Щеглов держит кривую улыбку, но идет пятнами. Не нравится ему, что не прогибаюсь. Нервничает. И это только начало.

Уже в машине набираю Стефа.

— Ну что? — без приветствия начинает он.

На заднем плане эхо и голоса, и звон металла,