Суженая мага огня - Зена Тирс

Мы оба были голодны и со страстью накинулись друг на друга.

— Подожди минуту, мазь! — пискнула я.

Муж не желал выпускать.

— Беатрис, мне нужен наследник! — горячий шёпот обжёг ухо. — Обещанный срок уже вышел!

— Генри, давай подождём ещё, мы ещё молоды. Дай мне ещё пару лет, ну, пожа-алуйста.

Я погладила его по мускулистой груди и прижалась губами к коже. Соскучившийся Генри не смог устоять.

— Потерплю ещё год, — сдался он. — Но потом не отвертишься. Каждый год будешь рожать, огненная моя!

— Хорошо, — улыбнулась, выскользнув из кольца мужниных рук, чтобы через миг прильнуть к нему снова.

Когда мы закончили наслаждаться друг другом, обнялись и ещё долго пытались отдышаться. Сияние наших хранилищ сплелось разноцветными нитями, мы оба светились изнутри и на коже мерцали янтарные капельки маны. Я была переполнена и питала изнурённого Генри силой и любовью.

— Значит, мне не показалось, ты не просто устал, но и истощён. Была битва?

Генри тяжело вздохнул, положил руку за голову, а другой крепче обнял меня.

— Я встретился с Тёмным Лордом.

— Тем, который убил сэра Адеваля?

— Да, тем самым, который убил моего отца.

— Сочувствую, Генри!

Я приподнялась и обняла лицо мужа.

— После долгого боя мы с сэром Гроном пробили защиту тёмных и почти настигли Тёмного. Но он сбежал.

Генри покачал головой и потянулся к трубке. Муж всегда к ней тянулся, когда был особенно встревожен. Я нежно коснулась его запястья, успокаивая целительной магией.

— Я чувствую, что тебя тяготит что-то ещё. Расскажи мне.

— Тёмный пообещал отомстить. Он назвал по имени Грона и меня. И мне это очень не понравилось…

Голос Генри понизился, он поцеловал меня в губы и закутал в одеяло.

***

— Она же чуть не сдохла, почему ты не смотрел?! — раздались крики над ухом.

Кто-то шлепками бил по щекам.

Как больно!

— Ну всё-всё, довольно! Живая, кажись.

Я открыла глаза. Мешка на голове уже не было, как и сена во рту. Надо мной столпились мужчины, некоторых из них я видела прежде. Беззубый Бородач и Свен.

— Проклятье, она же теперь узнает меня! — рявкнул бородатый, выкатив на меня глаза.

— Не бойся, он её в живых не оставит, — сказал главарь Свен.

38 Генри пришёл

— Ну, где же твой рыцарь? Надолго уже задерживается, мать его! — проворчал один из наёмников.

— Надеюсь, скоро будет, Салаир его дери! — прошипел Свен. — На край подождём до утра, а потом закопаем девку.

Свен бросил на меня беспощадный взгляд. Я предалась мыслями Пресвятой Деве и поёжилась от холода, гоня прочь страх.

— Так мы тёплых шмоток не взяли, чтобы ночевать в лесу!

Голоса наёмников звучали на пределе терпения. Свен грубо поднял  меня за локоть и поволок к костру.

— Слишком долго поджидаем, так ведь окалеет и сдохнет раньше времени! — буркнул он.

Я упала оголёнными коленями на колючий снег, закоченевшая, голодная и уставшая. Слёзы сами заструились по щекам. Сквозь пелену влаги на глазах я поглядела на руки, пульсирующие острой болью. Запястья были закованы в широкие каменные кандалы, по внутреннему ободу торчали иглы и царапали кожу. Пальцы багровели корочкой запёкшейся крови.

Жуткое зрелище.

Но у колдуна и не такое проходили, верно? Соберись, Трис. Не поддавайся отчаянию. Генри придёт…

Я обратилась к хранилищу, где тлели угли магического костра, но как ни пыталась, не получалось зажечь огонь в ладонях. И чем больше я старалась, тем стремительнее слабела. У меня не осталось сил ни плакать, ни звать на помощь. Даже убежать я бы, наверное, не смогла, если бы меня развязали.

Не поддавайся отчаянию, Трис.

Похоже, кандалы на руках были магическими. Иглы вскрыли каналы маны. И я истекала магической силой, будто кровью, слабея на глазах. Очень похоже на раскол, который был у Генри.

Генри-и… Н-неужели, я больше не увижу тебя?

Я подняла голову к небу, темнеющему за кронами деревьев. На лес опускалась ночь, и вместе с ней темнота заволакивала разум. Я дрожала всем телом от холода. Жизнь угасала, и я знала, что до утра не дотяну.

Генри… Я больше не выдержу.

Стало совсем темно…

Вспышка ярчайшего света заставила распахнуть взор. Раздались неистовые крики наёмников:

— Что за нахрен?!

— Конец света что ли?!

— А-а-а! Валим отсюда!

Зарево осветило лес вдалеке, за деревьями, стремительно росло и приближалось. Вместе с ним нарастал жуткий нечеловеческий гул. Стало светло, как днём. И жарко, как в печи!

Сердце ушло в пятки. Я думала, что уже не способна ничего ощущать, но меня охватил жуткий страх. Тело заколотилось дрожью.

Наёмники в суете повскакивали с приготовленных лежанок, похватали вещи. Бородач бросил на меня хищный взгляд.

— Девку надо взять!

— Нет, брось её! — рявкнул Свен, потянув собрата за плечо. — Это паладин! Он пришёл за ней!

— Паладин?!

— Сдал нас проклятый рыцарь!

Меня оставили связанную перед лицом приближающейся стены огня. Мокрая хвоя на земле по стаявшим снегом скручивалась и испепелялась на глазах. Пары кипящей влаги с шипением вздымались от земли и разбегались в стороны. Кожу запекло, шерстяной плащ на спине начал обугливаться, потянулся запах гари. Холодный пот покатился по позвоночнику.

Сейчас и я сгорю!

В зареве пожара разглядела приближающийся силуэт. Тяжёлый шаг паладина узнала сразу, и на сердце разлилась радость.

Неужели, это Генри?!

У него за спиной шли ещё двое.

Огонь вплотную приблизился ко мне и в одно мгновение схлынул, как ни бывало. Остался витать густой дым, из клубов которого выступил Генри.

Скинув шлем, он бросился ко мне.

— Трис!

Генри взял меня на руки, как ребёнка, сминая ткань плаща и ночной рубашки. Я закрыла глаза в упоении, завозившись мокрым лицом по его отросшей бороде.

— Я нашёл тебя, — прохрипел паладин.

Сердце прижалось к сердцу. Неостановимо потекли слёзы. Счастью не было