Встретимся следующей зимой - Холли Джун Смит

Я переворачиваюсь на спину, вытягиваю руки над головой и позволяю одеялу упасть с моей обнаженной груди, когда обхватываю руками прутья его изголовья. Его глаза вспыхивают, и я, не отрывая взгляда от его глаз, облизываю два средних пальца и просовываю их под простыню.

— Что ты делаешь? — скулит он.

— А что? — я пожимаю плечами, изображая невинность. — Если ты не собираешься заставить меня кончить, то думаю, мне придется сделать это самой.

— Боже мой, ты — гребаный ночной кошмар и мечта в одном флаконе, — говорит он, пятясь к выходу из комнаты. — Но Кэма нет дома, так что шуми сколько хочешь, Зайка.

Это все для виду. Как только я слышу, как закрывается дверь, то переворачиваюсь на другой бок и зарываюсь лицом в его подушку, все равно я слишком устала, чтобы кончать.

РАЙАН: Не могу перестать думать о тебе, обнаженной, в моей постели, и о том, как сильно я хочу прибежать домой и трахнуть тебя.

РАЙАН: Я так счастлив, зная, что ты рядом.

РАЙАН: Чего бы ты ни захотела сегодня вечером, я все сделаю.

Мой телефон звонит, когда я добавляю последние штрихи к прическе и макияжу. В горах я никогда не пользуюсь чем-то большим, чем солнцезащитный крем и тушь для ресниц, и так приятно хоть раз не торопиться и приложить усилия.

— Привет, ты уже возвращаешься? Я почти готова.

— Кайла, мне так жаль.

Мое сердце замирает. Я опускаюсь на край его кровати и стараюсь не выглядеть слишком разочарованной.

— Мы выбиваемся из графика, — продолжает он. — Я работаю так быстро, как только могу, но к ужину не вернусь.

— Все в порядке, — говорю я ему, снимая туфли. — В любом случае, я бы долго не продержалась на этих каблуках.

Его лицо морщиться, и он трет глаза.

— Ты выглядишь потрясающе, а я такой придурок. Я обещаю, что заглажу свою вину.

— Честно, все в порядке.

— Я это ненавижу, но мне нужно вернуться к работе. Приду домой так быстро, как только смогу, обещаю.

Через несколько минут раздается стук в дверь спальни Райана и полный жалости голос Кэмерона с другой стороны.

— Эй, Кайла, можно мне войти?

Его лицо сияет, когда он видит мое платье и волосы. На то, чтобы привести их в порядок, ушел почти час, и все было напрасно.

— Ох, ты так мило выглядишь.

— Спасибо. К сожалению, Райан не вернется к ужину, так что я собираюсь переодеться.

— Вот поэтому я здесь. Вместо него я приглашаю тебя.

— О, Боже, нет, ты не должен этого делать, — у меня дрожат губы, а он подходит ближе, заключая меня в крепкие объятия.

— Прости, знаю, это чертовски паршиво, — говорит он, крепко обнимая меня. — Но ты проделала весь этот путь, и он заказал столик в «Ивете». С твоей стороны было бы преступлением вернуться домой, не отведав их персикового салата на гриле.

— Честно, все в порядке, — фыркаю я. — В любом случае, я чувствую себя слишком разодетой.

— Никто из тех, кто говорит, что у них все в порядке, на самом деле не в порядке, — он отпускает меня и дружески сжимает мои плечи. — Пожалуйста, не плачь. И не снимай это платье. Тебе оно очень подойдет. Дай мне пятнадцать минут, чтобы принять душ и переодеться, а потом мы съедим все, что есть у них в меню, за счет Райана.

Глава 34

Оказывается, «Ивет» относится к тому типу ресторанов, где красное шелковое платье и четырехдюймовые каблуки почему-то кажутся недостаточно нарядными. Я никогда в жизни не была в таком шикарном месте, где стены из белого камня, приглушенное освещение и огромные оливковые деревья, растущие прямо из пола. Как только мы входим туда с оживленной улицы, я чувствую, что перенеслась куда-то в Средиземноморье.

Наша хостес выглядит так, словно сошла со съемочной площадки, и я чувствую себя не в своей тарелке, когда она провожает нас к нашему столику. Он расположен в укромном уголке, который казался бы мне романтичным, если бы я была здесь с Райаном, а не с его лучшим другом. На белой льняной скатерти разложены начищенные столовые приборы, а высокие тонкие бокалы для вина, которые стоят, наверное, больше ста долларов каждый.

Кэмерон — настоящий джентльмен, отодвигает мой стул, чтобы я могла сесть, и он выглядит великолепно в кремовых брюках и черной рубашке, с кудрями, убранными с лица. Ханна — счастливица. На него, конечно, приятно смотреть, как и на всех остальных в этом ресторане.

— Это Джордж Клуни? — шепчу я, склонив голову влево. Он незаметно оглядывает помещение, занимая свое место.

— Именно так.

Я заставляю себя смотреть в свою тарелку.

— Как вам удается не испытывать благоговения перед звездами, посещая подобные заведения?

— О, поверь мне, мы испытываем, но у нас потрясающе невозмутимые лица, потому как постоянно находимся в окружении известных людей на съемках. Кроме того, мы не ходим в такие рестораны, как этот. Это сегодня особенный вечер.

Когда появляется официант, чтобы принять наш заказ, я позволяю Кэмерону выбрать за нас двоих. Здесь подают множество блюд, и в таких обстоятельствах подобные решения кажутся слишком обременительными. Он просит бутылку шампанского, и когда ее приносят, первый глоток оказывается таким вкусным, что я наконец-то начинаю понемногу расслабляться.

— Ну так каково это — жить в Лос-Анджелесе? — спрашиваю я его, не зная, как завязать светскую беседу, хотя делаю это почти каждый день на работе. Встречаясь с людьми со всего мира и прося их доверить вам свою безопасность, вы должны быстро найти с ними общий язык и успокоить их. Я явно теряю хватку в межсезонье.

— Пойми, я вырос здесь, так что не знаю ничего другого, но мне всегда здесь нравилось. Солнце, серфинг, возможности. Мне нравится работать в киноиндустрии, и если это твой конек, то лучше места не найти.

Это немного больно, учитывая, что я знаю, как много эта индустрия значит и для Райана.

— А что насчет твоей… другой работы? — осторожно спрашиваю я. Кэмерон краснеет и пытается скрыть это за глотком шампанского. — Извини, я не хотела тебя смущать.

— Нет, я просто не был уверен, как многое ты об этом знаешь.

Оказывается, не так-то просто говорить об аудио-порно на публике.

— Скажем так, я знакома с жанром, но не являюсь потребителем твоей конкретной, гм, продукции.

— Понятно, — говорит он, и мы оба разражаемся смехом.

Мы не