Владыка воронов - Лана Александровна Ременцова

– Позовите владыку, – проговорил и стал снижаться, не в силах больше находиться в полёте под льющийся водой.

Немногим раннее.

Вугор вернулся домой, где его ждало сразу два сюрприза: первый – рождение сына, чему несказанно обрадовался, второе – наложница, от которой не мог отказаться в силу приказа владыки. Он вошёл к жене, присел рядом и взял её руки в свои.

– Спасибо за сына, любимая, Миланушка.

Она открыла глаза и слегка улыбнулась.

Повитуха, которая уже должна была давним-давно улететь в деревню, всё ещё находилась здесь.

Вугор обратил внимание, как она суетливо перебирала на столе какие-то склянки. Милана погладила его по рукам.

Он улыбнулся, жена закашлялась. Ворон взволнованно вгляделся в измождённое лицо любимое, бледное, как снег с ужасными синяками.

– Миланушка…

Вороница, пытаясь улыбнуться, закашлялась сильнее, и из уголка рта потекла струйка крови. Он от неожиданности вскочил.

– Что это?

– Не кричи, любимый, я так ждала тебя, хотела попрощаться с тобой. Вырасти нашего сына могучим вороном, – прохрипела и потеряла сознание. Вугор схватил её за худенькие плечи.

– Милана! Милана. Что с тобой? – его полыхающий взгляд перешёл на повитуху с застрявшим вопросом. Та молча подошла и открыла плед, показывая ему. Ворон ужаснулся, увидев всё под женой залитое кровью.

– Почему?

– Она умирает, яйцо шло неправильно и порвало ей всё внутри. Господин, увы, такова воля бога орлов.

– Как ты принимала роды? Я убью тебя, – вскочил и приставил меч к её шее. Повитуха вытаращила глаза.

– Это не я принимала вашего сына, – пролепетала.

– А кто? – проревел, глаза налились кровью.

– Владыка.

– Что? – убрал меч, и рука дрогнула, он с грохотом упал на пол.

– Владыка спас вашего сына, у госпожи началось кровотечение и преждевременные роды.

Вугор присел обратно к жене, взял её ледяные руки и разрыдался. Повитуха, тихо пятясь, вышла, зная, что никому нельзя видеть, как могучий воин проявляет слабость. Она прошла длинный коридор, спустилась вниз во двор и полетела в деревню. Спустя час ворон сжигал жену на смертном одре, сложенном из священных деревьев их леса.

– Прости, любимая, что не уберёг. Я выращу нашего сына сильным воином.

– Главнокомандующий, – до его плеча неожиданно дотронулся один из воинов. – Ваша утрата тяжела, простите, что нарушаю ваш траур, но владыка отдал приказ, чтобы вы зачали ещё дитя с пленницей до его возращения из пещеры – одиночества.

Вугор перевёл на него тяжёлый взгляд.

– Где она?

– В покоях рядом с вашими.

Он оттолкнул воина и широким шагом направился туда. Вошёл, раскрыв двери с такой силой, что орлица подлетела к потолку.

– Обратись! – прорычал.

Та сразу опустилась на пол и обратилась в человека, опасливо озираясь по сторонам. Рыжие волосы распущены и спутаны, глаза цвета нефрита со страхом уставились на такого же огромного воина, как и владыка воронов. Он, не снимая доспехов, подошёл, толкнул к кровати, разорвал платье и загнул спиной. Орлица замерла, а спустя миг, почувствовала, как девственность безжалостно рвётся. Вугор яростно изнасиловал её во все стороны, а после вонзил меч в сердце.

– У меня никогда не будет больше детей. Я хочу растить только одного ребёнка – моего сына от любимой жены, – он прибил мечом тело несчастной к полу, и вышел, сразу направившись в горы к владыке.

Подлетев, вырвал ель с корнями на заснеженном плато и швырнул в пещеру.

– Роланд! – этот рёв похожий на медвежий, сорвал ледяные глыбы с горы, и они посыпались вниз, сметая всё на своём пути, включая и самого Вугора, закружив, как в мясорубке. Он бы не справился с разбушевавшейся снеговой бурей, если б владыка не подоспел вовремя и не вытянул его из снежной кучи, как котёнка за шкирку. Отряхнул, несмотря на такой же вес, как и свой и вытащил к входу в пещеру.

– Вугор, какого хрена ты так здесь орёшь? Ты что не знаешь, что в горах это опасно? То из сугроба я тебя вытаскиваю, то из снежной мясорубки. – рёв владыки стал подобным грому, внутри послышалось падение мелких камней.

– Ты убил мою жену. Убей меня.

– Дурак, – он ударил его кулаком в челюсть и вывихнул. – Я спас твоего сына, иначе не её, не его у тебя бы не осталось. Она хрупкая вороница, и не смогла перенести роды такого крупного яйца, оно ещё и шло неправильно. Ты хотел, чтобы они оба умерли? Твой сын бы протух в яйце в её утробе. Впредь выбирай себе крупных баб с широкими бёдрами, – орал, сотрясаясь от гнева. Вугор сидел на снегу и пытался вправить челюсть.

– Давай, помогу, – владыка подсел рядом и помог. Челюсть встала на место. Вугор несколько минут молча смотрел в одну точку.

– Я отправил её нежную душу в царство мёртвых воронов, – внезапно прошептал.

Роланд впервые в жизни, обнял его и прислонил к груди как дитя.

– Прости, но мы не властны над нашей судьбой, твой сын лежит в люльке этажом ниже от ваших покоев и за ним наблюдает кормилица из деревни. Она выкормит его, а ты займёшься воспитанием. Как ты хочешь его назвать?

– Мил, в честь неё.

– Но это же нежное имя для воина!

– Пусть так, он станет могучим воином с нежным именем.

Владыка помог ему встать, и они пошли внутрь, налил ему горячий ягодный напиток в деревянную кружку и протянул.

– У вас и такое здесь есть, – Вугор вдохнул аромат, исходящий от розовой жидкости.

– Есть, завариваю травы и ягоды, взял у нашего мудреца, а костёр разжигаю в следующем отсеке пещеры. Лучше расскажи, как тебе новая рабыня?

– Никак, – буркнул. – Убил я её.

– Убил? Ослушался моего приказа? Я же дал тебе орлицу для будущего потомства.

– Не хочу больше никакого потомства. Буду воспитывать сына от… Миланушки. Простите, не могу.

Роланд не стал возмущаться, присел и задумался: «А если Сакура умрёт? Нет, она сильная, живёт, как у бога орлов за пазухой, чего ей умирать» – отогнал эти мысли и похлопал Вугора по плечу.

– Ладно, прощаю, понимаю твоё горе. Надо время…

– И долгое…

– Если ты так сильно её любил, то да.

– Сильно, впервые любил по-настоящему.

Глава 5. Встреча

Роланд, как обычно тренировался по расчищенному снегу, на этот раз вместе с Вугором. Идеально отполированные мечи бились друг об друга, высекая искры.

– Владыка! – неожиданно послышался взволнованный голос ворона из охраны на границе.

– Что могло произойти такого из ряда вон выходящего, что ты посмел нарушить мой покой пещере – одиночества? – брови ворона нахмурились, и он с раздражением врезал меч в ближайший сугроб. Вугор тоже напрягся и опустил меч.

– Владыка,