Записки о "Хвостатой звезде" - Евгения Чепенко

В который раз одернула кофту на муже, чем заслужила насмешливый взгляд и позвонила. Несколько минут спустя дверь открылась и на пороге показалась моя мама.

— Светик! Доченька! А что ж без предупреждения?

— Мам, познакомься. Это Иекшар, мой муж.

Мама перевела взгляд на возвышающегося рядом представителя иной планеты. Я ожидала, какой угодно реакции, какого угодно вопроса, но не того, что услышала дальше.

— Замужем? Опять?

Елки зеленые! Как ж могла забыть, откуда унаследован мой неверно подвешенный язык.

Иекшар приподнял бровь.

— Опять?

— А…

Мама прервала мою гласную.

— Добрый день, молодой человек. Проходите, пожалуйста.

— Солнышко! — Отец появился с наладонником в руке. — Ты приехала! — Он перевел взгляд на моего спутника и легко кивнул в лучших традициях сиросэкайи. — Доброго дня. Проходите.

Иекшар снова удивленно смотрел на меня.

— Папа разведчик, бывший.

— Бывших не бывает, милая.

— Знаю, папочка.

Я послала ему самую милую детскую улыбку.

— Ну представь нас своему знакомому.

— Он не знакомый, — вмешалась мама, — он — муж.

На папину реакцию я могла рассчитывать. Он меня не сдаст!

— Надо же, поздравляю. Только почему без нас?

— Прости, пап. Так вышло.

Иекшар взял меня за руку.

— Это моя вина. Она не знала обычаев и согласилась на брак, не подозревая о том.

Вот и кому сейчас это откровение было нужно?

— Что? Опять? Милая…

И папа туда же! Я закрыла лицо ладонями.

— Нет. Это обдумано и правильно. — Из-под рук мой голос звучал приглушенно.

— Вы проходите, Иекшар, проходите. Я сейчас стол накрою. — Пропела мама.

Пока мы шли на кухню, муж склонился к моему красному со стыда уху.

— Когда ты была замужем? Отвечай немедленно. Почему ты мне не рассказывала?

— Это было случайно, мне было девятнадцать, и я впервые в жизни курила то, что курить было не нужно. Проснулась с печатью в паспорте. У папы тогда много сил ушло на развод. Парня я даже не знала.

— Вернемся на корабль, ты мне расскажешь всю свою жизнь до меня, начиная с рождения.

— Подробно?

— Очень.

Я состроила страдальческое лицо, потом обратилась к маме.

— На самом деле вы ничего не пропустили. Расписаться нам еще предстоит. Разрешение совета и президента у нас уже есть.

— Так это вы были послом на Кедровке? — Очнулся папа. Все-таки стареет мой разведчик. Раньше бы сразу сообразил…

Тем же вечером мы лежали в каюте, и я рассказывала о некоторых деталях своей катастрофичной жизни. Меня разбирало на признания.

— Знаешь, я книгу про "Хвостатую звезду" писала, хотела опубликовать.

Иекшар улыбнулся.

— Знаю.

Я приподнялась на локте.

— И?

— И ты передумала.

— Откуда ты…

— Я вообще много чего знаю.

— Слишком уклончивый ответ. Ты следил за мной?

— Вовсе нет. Я следил за твоим ноутбуком. А ты, между прочим, слушала мой журнал.

Я потупилась. Ладно. Праведный гнев спрячем на потом.

Мы помолчали.

— Тякшанни.

— М? — Я по-кошачьи потянулась.

— В журнале я много в чем сознавался, но было еще кое-что, чего я не записывал.

— Что именно?