Папина дочка - Алайна Салах

Он сжимает мою руку под столом, давая понять, что не собирался делать тайну из наших отношений.

Я коротко улыбаюсь, подтверждая, что всё в порядке, и старательно игнорирую устремлённый на меня взгляд Александра. В нём мне чудятся одновременно и вопрос, и осуждение.

— О, очень рада! — с преувеличенным воодушевлением восклицает Анастасия. — А что за блог? Случайно не об уличном стиле?

— Мой блог посвящён не только моде и стилю, — поясняю я, — как повседневным, так деловым и вечерним.

— Значит, это точно ты. Я была подписана на твой профиль пару лет назад.

То, что спутница Александра так легко перешла на «ты», подливает масла в огонь моей тающей злости. То, что она старше, не даёт ей права так сразу тыкать. В этом мне чудится скрытое пренебрежение.

— Я так понимаю, вы от меня отписались? — мой взгляд лишь на секунду отрывается от её лица, чтобы ненароком мазнуть по платью. — Очень жаль.

Анастасия, смутившись открытым разоблачением, начинает пространно рассуждать о детоксе от соцсетей и информационного шума, на что Александр деликатно её перебивает, говоря, что хотел бы поздороваться с хозяином вечера.

Со словами «Подойду чуть позже» он смотрит на Марка, бегло касается глазами меня, после чего они уходят.

Зависнув взглядом на его согнутом локте, за который грациозно держится Анастасия, я мысленно калибрую своё состояние. Оно пряно-острое, с выраженной горчинкой, что не так уж и плохо, учитывая, насколько меня застали врасплох.

— Не обижайся на Настю, — доверительно советует Марк, сжав мой мизинец. — Она порой слишком прямолинейная, но в целом хорошая девушка.

— Прямолинейность и бестактность — разные вещи, — замечаю я, не желая быть толерантной. — В остальном не имею ничего против неё.

— Она обычно не бестактная. Может, они с папой в очередной раз поругались, поэтому Настя на взводе.

Я тянусь к свёрнутому в трубочку полотенцу и не спеша его раскатываю, мысленно умоляя себя не продолжать тему отношений Александра. Растягиваю время как могу: один за другим тщательно вытираю пальцы, но коварный вопрос всё равно срывается с губ.

— Давно они вместе?

— Года три точно. То расстаются, то снова сходятся. Думаю, Насте хочется замуж.

— И в чём же проблема? — небрежно ляпаю я, попутно обрабатывая полученную информацию.

Если Александр и Анастасия встречаются уже три года, значит, тогда на курорте он был несвободен. А я-то, наивная дурочка, ревновала его к той британке… А он тоже хорош: мог бы сразу сказать, что состоит в отношениях, и не прикрываться возрастом.

— Не знаю, — нахмурившись, Марк пожимает плечами. — Я предпочитаю не лезть туда, где меня не касается.

Эта фраза действует на меня как ушат холодной воды. Да что со мной такое? Я пришла сюда с прекрасным парнем, который, в отличие от Александра, испытывает ко мне искренний интерес. Какое мне дело до чужих отношений? Даже если Александр решит жениться на Анастасии, это только их дело. Стоит оставить прошлое в прошлом и смотреть в будущее.

— Спасибо, что привёл меня сюда, — потянувшись, я осторожно касаюсь губами щеки Марка. — Мне всё очень нравится.

Заулыбавшись, он ответно подаётся вперёд и целует уголок моего рта.

— Взаимно. Хочешь что-нибудь? Может быть сливовый коктейль?

Под гнётом невидимой силы мои глаза поднимаются поверх его плеча и натыкаются на Александра. Он стоит в компании крупного мужчины, с воодушевлением что-то говорящего, но смотрит на нас.

На миг соприкоснувшись с ним взглядом, я молниеносно отвожу свой и сосредотачиваю всё внимание на Марке.

— Сливовый коктейль? — переспрашиваю с улыбкой. — А почему бы и нет. Но только если ты составишь мне компанию.

34

С появлением друзей Марка вечер оживляется. Они подсаживаются к нам, заказывают несколько дегустационных сетов, коктейли и саке на пробу.

Я слушаю восторги Галины по поводу премьеры нового мюзикла и всячески стараюсь забыть, что где-то неподалёку находится Александр.

Время от времени в поле моего зрения попадается серебристый силуэт его спутницы, расхаживающей по залу с бокалом, но я пытаюсь игнорировать и её.

Я здесь с Марком и его друзьями, — мысленно повторяю себе. — У нас всё хорошо, а остальное не имеет значения.

— В конце года мы собираемся в Венскую оперу. Не хотите полететь с нами? — восторженные глаза Галины сосредоточены на моём лице.

— Надо подумать, — машинально выговариваю я и, пробормотав: «Отлучусь ненадолго», поднимаюсь с места.

Марк обрывается на полуслове и вопросительно смотрит: мол, ты куда?

— Дойду до туалетных комнат, — поясняю я со слабой улыбкой. — Скоро вернусь.

Вероломно миновав указатель с надписью WC, я выхожу в вестибюль, торопливо забираю из гардероба пальто и выскакиваю на улицу. Вне музыки и шума голосов наконец становится легче дышать.

Я плотнее запахиваю воротник пальто и неспешно бреду вдоль подсвеченного газона в расчёте на то, что холодный воздух успокоит упрямо сбившийся сердечный ритм. Нытьё в груди совсем не такое острое, как раньше, но оно всё-таки есть.

Требуются время и силы привыкнуть к тому, что Александр есть где-то рядом и что у него, как и у большинства людей, имеется пара. У меня пара, к слову, теперь тоже есть, так что было бы неплохо сосредоточиться на отношениях с Марком, а не на бесполезных душевных терзаниях.

Остановившись у небольшого искусственного пруда, обрамлённого белоснежными камнями, я разглядываю отражение повисшего полумесяца. Хочется даже навести камеру, чтобы сделать снимок — настолько идеально ровно и отчётливо легла луна.

Запустив ладонь в карман, я нащупываю корпус смартфона и в этот момент различаю звук приближающегося голоса: грудной, с шероховатым тембром.

Пульс снова спотыкается, дыхание замирает.

— Да-да… Передай в точности, как я сказал. Копию письма пришли мне на почту… Всё, на связи…

Застыв в панике, я вглядываюсь в темноту. Слышится хруст гальки, и через секунду по ту сторону пруда возникает чёрный силуэт, который материализуется в человека, которого я меньше всего хотела и ожидала увидеть.

При виде меня глаза Александра удивлённо распахиваются.

— А вот и ещё одна наша неожиданная встреча.

— Мы находимся на одном и том же мероприятии. Ничего удивительного, — парирую я, волшебным образом собравшись.

Его губы трогает лёгкая улыбка.

— Однако из пятидесяти человек в такой холод на улицу вышли только двое.

— Надеюсь, ты не думаешь, что я намеренно вышла за тобой, — звучать, вопреки желанию, выходит слишком сухо и враждебно. — Времена моей подростковой пылкости давно прошли.

— Я ничего такого не думал, — голос Александра становится чуть приглушённее, приобретая тот самый оттенок интимности, который когда-то меня так завораживал. — Как твои дела?

— Всё хорошо. Спасибо, — я