Спасение в любви - Робин Карр

Пейдж снова забилась в свою комнату над кухней, но на этот раз ее травмы не были так ужасны. Пару дней ей пришлось отлеживаться после выскабливания и лечить разбитый, но не сломанный нос. Пока она набиралась сил, за Кристофером присматривал Причер. Бри на расстоянии связала их с адвокатом Лос-Анджелеса, который помог подать апелляцию и аннулировать решение суда о возвращении Кристофера его отцу. Временно, пока слушается его дело. Уэс Лэсситер через три дня вышел под залог и поехал обратно в Лос-Анджелес, желая вернуться на работу до того, как его начальник пронюхает об аресте. Причер не удовлетворился заверениями адвоката и позвонил Майку Валенсуэле. Тот был готов хоть по два раза в день проверять, что Лэсситер у себя на работе, в сотнях миль от Вирджин-Ривер.

Казалось, все могло бы утрястись, успокоиться — во всяком случае, пока не начался суд. Но тут к Мел пришла пациентка, которую она не ожидала увидеть.

Доктор Маллинс уехал на рыбалку, а в клинику пришла подруга Мел Конни. Конни, невысокой добродушной женщине с рыжими волосами, которая еще не до конца оправилась от перенесенного в мае шунтирования, было пятьдесят с небольшим. С ней пришла ее племянница Лиз. В первый момент, увидев лицо Лиз, Мел хотела радостно улыбнуться, но потом она заметила, что девочка потупила взгляд и застыла. Взгляд Мел скользнул ниже — к заметно округлому животику девочки, и у нее упало сердце. Ой-ой-ой. Она посмотрела на Конни: та поморщилась, а потом беспомощно пожала плечами.

Живущая в Эурике сестра Конни прислала к ней Лиз примерно тогда же, когда Мел приехала в Вирджин-Ривер. В марте. Мать поступила так, потому что не справлялась с дочерью. В Эурике Лиз, по словам матери, была буйной и неуправляемой. Они с Конни решили, что жизнь в маленьком спокойном городке пойдет девочке на пользу, успокоит ее. И возможностей влипнуть в неприятности у нее будет гораздо меньше, чем в большом городе. Но потом, в мае, у Конни произошел сердечный приступ, и Лиз вернули домой.

— Привет! — бодро воскликнула Мел. Это было частью ее работы — она умела отодвинуть в сторону эмоции и панику. — Приветствую вернувшихся. Как у вас дела?

— Не слишком хорошо, — отозвалась Лиз.

— В любом случае я очень рада вас видеть, — сказала Мел и взяла ее за руку. — Держу пари, ты приехала на осмотр? Тогда пошли со мной.

Лиз позволила отвести ее в смотровую. Она выглядела совсем иначе по сравнению с предыдущим разом. Тогда она была похожа на гулящую девку: юбки размером не больше носового платка, туфли на высоченных каблуках, короткие топы, пирсинг в пупке, напомаженные губы и густо накрашенные ресницы — готовая реклама «Плейбоя». А ей было только четырнадцать — очень красивые, соблазнительно-дерзновенные четырнадцать, — хотя выглядела она на все восемнадцать. Неудивительно, что ее мать была в ужасе. А сейчас на ней были джинсы и широкая толстовка, призванная скрыть выступающий животик, который, правда, все равно был хорошо заметен. Наложенная косметика выглядела намного более естественной и консервативной, хотя на самом деле Лиз в ней вообще не нуждалась. Она была красивой девочкой. И сейчас она выглядела моложе, чем прошлой весной. Она казалась очень юной и ранимой.

Весной Рик от одного взгляда на Лиз потерял голову. Джек с Причером начали приглядывать за ним несколько лет назад и стали кем-то вроде старших братьев или дядей. По словам Джека, у него был серьезный разговор с Риком об опасностях интимной близости, а в особенности с такой юной девочкой. Когда Лиз уехала домой к матери, Рик сказал ему, что они больше не встречаются. Зная Рика, Мел не представляла, чтобы он мог сделать Лиз ребенка, а потом бросить. Он явно был не из таких. Мел решила, что, может быть, Лиз в Эурике не стала тратить время впустую и кого-то себе нашла.

— Итак, — сказала она девочке. — Не хочешь сказать, зачем ты здесь?

— Я беременна. По-моему, это очевидно.

— Тебя уже осматривал доктор?

— Нет. Я не была уверена, пока… я думала, что просто растолстела.

— Лиз, как давно у тебя были последние месячные?

Та пожала плечами:

— Без понятия. У меня они редко бывают. Никогда не могла угадать, когда же они придут.

— Ты можешь прикинуть, как давно они у тебя были? Хотя бы примерно.

— Могу прикинуть, даже не примерно. С тех пор у меня был только один парень. И только один раз. — Она подняла взгляд и ясными голубыми глазами в упор посмотрела на Мел.

У Мел мелькнула маленькая и безумная надежда, что это был не Рик. Она спросила у Лиз:

— Если ты сможешь вспомнить примерное время зачатия, это помогло бы нам установить дату родов.

— 7 мая, — сказала она, и в ее глазах появились слезы.

«Рик, — поняла Мел. — Черт». На два дня раньше сердечного приступа Конни, после которого Лиз отослали домой к матери. И срок, получалось, у нее больше, чем у самой Мел.

— Хорошо, тогда начнем с самого начала. Давай я осмотрю тебя и проверю, как продвигаются дела. Разденься, пожалуйста, и надень вот этот халат. Снимай все — лифчик, трусики, вообще все.

— Я не ношу… лифчик точно никогда не носила.

— Лиз, все в порядке. В этом нет ничего плохого. Я сейчас выйду, чтобы ты могла переодеться, а когда вернусь, то буду пояснять тебе все, что делаю.

С тобой все будет в порядке, я обещаю. Если ты живешь половой жизнью, очень важно регулярно проходить осмотр. Вне зависимости от беременности.