Красота - самый веский аргумент - Сандра Мартон

– Гриффин, – торопливо начала она. Гриффин, я…

Скажи ему. Скажи ему правду, Дана, что ты любишь его. Ведь ты действительно его любишь. И будешь любить всегда.

– Дана… – Гриффин отчетливо понимал, что его жизнь сейчас в руках этой женщины. – Дана… – Черт, возьми же себя в руки! Не будь идиотом. – Ты не можешь выйти замуж за Артура. Я тебе не позволю.

– Не позволишь? – Она изумленно посмотрела на него. – Ну, знаете ли, Маккенна… вы не можете вот так запросто…

– Могу. И докажу это. Черт возьми, Андерсон, ты не выйдешь за этого типа!

– Еще как выйду. То есть если, конечно, захочу. Вернее…

– Нет. Ты выйдешь за меня.

– Что? – прошептала Дана. – Что ты сказал?

– Я сказал… Господи, Андерсон! Иди ко мне.

Он обнял ее. Несколько секунд, показавшиеся ему вечностью, она сопротивлялась, затем на ее губах появилась несмелая улыбка.

– Гриффин, – прошептала она и бросилась в его объятия.

Они целовались, не в силах оторваться друг от друга. Гриффин прижал ее к груди так крепко, что Дана едва не задохнулась. Она подняла руки и обвила его шею.

– Дана, любимая, ты стала еще красивее!

– Гриффин, я так соскучилась…

Он снова поцеловал ее.

– Я люблю тебя. Всем сердцем.

– Повтори еще, – прошептала Дана.

Он повиновался и вновь приник к ее губам.

– Когда ты сказала, что собираешься замуж за Кокли, я чуть с ума не сошел.

– Я тоже. Когда поняла, что ты пытаешься оградить Синтию.

– Оградить?

– Ну да. Сделать так, чтобы она ничего не узнала, потому что ты ее любишь.

– Боже, дорогая. Я тебе все объясню. Син – очень милая девушка, но я никогда не любил ее.

– А я никогда не любила Артура.

– Правда?

– Ты – моя единственная любовь, Гриффин Маккенна.

– И не только единственная, а первая и последняя. Есть возражения?

– Никаких.

– Только подумать, сколько времени мы потеряли… – Гриффин прижимал ее к себе.

Привстав на цыпочки, Дана нежно поцеловала его в губы.

– Я ведь думал, что потерял тебя навсегда…

– А я думала, что мне до конца жизни останутся только воспоминания о том, что между нами было…

На ее глазах блестели слезы радости.

– Андерсон!

– Что, Маккенна? – улыбнулась она, касаясь пальчиком его губ.

– Со мной ведь бывает непросто.

– Кому ты это рассказываешь? – задорно улыбнулась она.

– Я довольно упрям. И, пожалуй, немного эгоистичен.

– Да, самую малость.

– И ревностно оберегаю то, что мне принадлежит.

Их взгляды встретились, и он снова стал серьезен.

– Андерсон! – Что?

– Когда мы поженимся?

– Когда? Ну ты даешь, Маккенна. Ты ведь даже не спросил меня, хочу ли я за тебя замуж. Снова командуешь и ни с кем не считаешься…

– Заткнись, Андерсон. – Гриффин поцеловал ее.

– На следующей неделе, – мечтательно проговорила Дана. – Не слишком скоро?

– Да я вообще-то не хотел торопить тебя… – улыбнулся он. – Что, если в эти выходные?

– Чудесно… Ой, Гриффин! – вдруг встревожилась Дана. – Мы совсем забыли…

– О чем, любимая?

– Как мы скажем обо всем Артуру и Синтии?

– Проклятье! – Гриффин со вздохом обнял ее за плечи. – Это уж точно будет непросто.

– Артур страшно расстроится.

– Да и Синтия тоже.

– Конечно. Но другого выхода нет…

– Соберись, дорогая. Я сам все… – Внезапно он отпрянул, изумленно глядя на обнимающуюся парочку в нескольких шагах от них. – Син?

Синтия и Артур тоже обернулись.

– Привет, Гриффин, – смущенно произнесла Синтия. – Мы… мы просто… Так вышло, что мы с Артуром пришли одновременно. И увидели вас… то есть мы вовсе не собирались подслушивать…

– Мы с Синтией полюбили друг друга еще тогда, в Майами, – вмешался Артур. На этот раз он говорил без опаски, с гордостью обнимая Синтию за талию. – Это была любовь с первого взгляда. Мы все собирались рассказать вам, но…

– …но не было подходящего момента, – подхватила Синтия. – Мы не хотели причинять вам боль.

– И наконец решили, что расскажем обо всем сегодня. Мы не знали, какой может быть реакция, но…

– Но, – и Синтия положила голову на плечо Артура, – по-моему, все получилось как нельзя лучше.

– Мне кажется, это намек. – Дана с улыбкой повернулась к Гриффину.

– Не знаю, Андерсон, – небрежно протянул он. – Но я вдруг передумал насчет даты нашей свадьбы. Почему бы не сделать это завтра? Что скажешь?

Дана рассмеялась.

– Скажу, что это лучшая из мыслей, когда-либо приходивших тебе в голову.

Гриффин улыбнулся и обнял ее – не только самую умную, но и самую красивую женщину на свете.

Результат воссоединения Даны Андерсон и Гриффина Маккенны сказался спустя три года.

Это был красивый, здоровый мальчик весом семь фунтов шесть унций. У него были синие глаза отца и золотистые волосы матери. И когда он подрос настолько, что уже мог провести выходные в компании своей бабушки, его родители отпраздновали это событие возвращением в Покои для новобрачных в “Отеле де лас Пальмас” на песчаном берегу океана.