Шведская семья Ивановых - Вера Колочкова

Устала она делать вид, устала! Надо смотреть правде в глаза наконец. Надо называть вещи своими именами. А имена эти ужасные, и как же не хочется их произносить, и в глаза им смотреть не хочется…

Но надо. Потому что дальше так продолжаться не может. Как в этом жить, как? Невозможно ведь смотреть, как человек опускается прямо на глазах, как проваливается в себя, как смотрит на нее и не видит… Будто она – пустое место, а не его любимая женщина. Ведь раньше совсем, совсем по-другому смотрел! А сейчас… Живет рядом с ней, будто сам себя мучительно заставляет это делать. В ее доме живет, между прочим, это обстоятельство тоже нельзя со счетов сбрасывать!

Да если б она знала, что так будет… Если б знала, что Валя окажется таким впечатлительным! По детям он тоскует, видите ли! Ну, тоскует… Это понятно… А она здесь при чем? И вообще! Он один такой, что ли, который из семьи ушел? Многие уходят, и ничего, и живут себе дальше, и вполне счастливы… А дети и без их присутствия вырастают, и ничего страшного с ними не происходит. Вон, они даже и не стремятся к общению, им и без отца хорошо. Тем более у бывшей Валиной жены новый муж имеется, и все расставилось по своим местам, казалось бы… Чего уж так убиваться-то, непонятно!

Уже давно закончилась любимая передача, и началась следующая, не менее увлекательная, а Лара все сидела в кресле, думая о своем и решая, как быть, как дальше жить. И что делать. Ведь надо что-то делать, надо Валю как-то… В жизнь возвращать. В совместную с ней жизнь. Невозможно ведь осознавать, что живешь не с мужчиной, а с истуканом задумчивым, который все глубже в свои переживания проваливается. Еще немного, и выпивать начнет. А это уже все, это конец…

Но ведь жалко, и вовсе не хочется ей такого конца! Потому что Валя… Он же такой хороший! И внешность у него такая интересная, и характер добрый, и вообще… Во всяких других отношениях по мужской части он ей подходит… Да что говорить, они же просто любят друг друга, и этим все сказано!

Или уже не любят? Или закончилась любовь, не выдержала испытания временем? И даже не временем, а Валиным депрессивным состоянием? И что теперь делать? Снова одной жить, снова входить в статус женщины в поиске? Ох, как не хочется этого… Довольно унизительный этот статус, что там говорить.

Лара сердито вздохнула, поднялась из кресла, прошлась по гостиной. Ну чего ему не хватает, чего? Такой прекрасный дом, где его ждут, где его любят… Другой бы на его месте счастлив был… Хотя она сама себе противоречит сейчас – и впрямь, пойди еще, найди этого другого! Можно подумать, эти другие толпой у ворот стоят и сами собой в штабеля укладываются. Ну уж нет, не отдаст она Валю, никому не отдаст! Сама с его депрессивным состоянием справится. В конце концов, она женщина или кто? Женщина – она ведь все может…

О, а вот и Валя… Слышно, как машина у ворот остановилась. Надо встряхнуться быстренько, ласковую улыбку на лицо надеть. И бегом на кухню, ужин разогревать! И накрыть его в гостиной празднично… С цветами в вазе, с бутылкой вина…

– Мы что, ждем кого-то? – спросил Валя, входя в гостиную и глядя на ее суету.

– Ну почему сразу – кого-то… – с улыбкой обернулась она к нему. – Я тебя всегда жду, Валечка… Вот, радуюсь, что ты с работы вернулся… Сейчас ужинать будем, я мясо по новому рецепту запекла, тебе понравится! И вина выпьем… И поговорим. Нам давно надо поговорить, ты не находишь?

– О чем? – настороженно спросил Валя, усаживаясь за накрытый стол.

– О нас с тобой… Но это потом, потом… Давай сначала вина выпьем и поедим! Я ужасно проголодалась, пока тебя ждала! Ой, у меня же еще салат… И закуски… Совсем забыла! Я сейчас, я мигом! А ты пока мясо порежь…

Лара метнулась на кухню, будто сбегала от волны грустного неприятия, которое шло от Вали. Боже, как тяжело пробираться через это грустное неприятие, как тяжело делать хорошую мину при плохой игре! Было бы гораздо легче устроить скандал… Мол, сколько можно терпеть твой вечный унылый вид? Если, мол, тебе что-то не нравится, то и пожалуйста – вот бог, вот порог!

Но ведь скандалом ничего не решишь, ничего не выправишь. Да не такая она и дура, чтобы просто скандал закатить. Она умная, и сметливая, и очень хитрая. Она понимает, что главное оружие женщины – это ласка, и мудрое терпение, и умение вывести на разговор. Да, надо обязательно сделать так, чтобы Валя излил душу и выговорился наконец… Исподволь сделать, чтобы Валя и не заметил.

Исподволь не получилось – не знала, с чего начать. И потому спросила прямо:

– Валь… ты не хочешь мне объяснить, что с тобой происходит?

– А что со мной происходит? – поднял он на нее печальные глаза.

– Да как это – что? Думаешь, я ничего не вижу, не чувствую? Ты же… Ты в последнее время сам не свой, все думаешь о чем-то, моего присутствия рядом вообще не замечаешь! Будто меня нет, Валь! Приходишь с работы – молчишь… Уходишь – молчишь… А я мучаюсь и не понимаю, что происходит! Вижу, что тебя какие-то мысли гнетут… Объясни, что с тобой, Валь? Потому что я так больше не могу, мне тяжело, понимаешь?

Конечно, не так надо было этот разговор начинать. Она ж хотела с мудрым терпением, с лаской! А получилось, что сорвалась на обиженные обвинения. Вон как он смотрит исподлобья. И сразу скукожился весь, в себя ушел. Сейчас вообще спрячется, как улитка в свой домик…

– Валь, ты прости меня, если я в чем перед тобой виновата! Ты просто скажи – что не так? Ну, чтобы я понимала… Валь…

Лара и сама не ожидала этого слезного дрожания в голосе, но именно оно и помогло, и вызвало Валин ответный испуг. Протянув руку, он ласково провел ладонью по ее щеке, проговорил виновато:

– Прости меня, Ларочка, прости… Я не хотел… Ты права, да, ты правильно подметила, что со мной что-то происходит… Да, Лар, все верно, но… Ты ни при чем тут, это мои проблемы…

– Господи, Валь, да как ты не понимаешь, что твои проблемы – это и мои проблемы тоже? Мы ведь вместе живем, пойми! Зачем тогда вместе жить, если нельзя быть откровенными друг с другом? Расскажи мне все, пожалуйста. Что тебя так мучит в последнее время, Валь?

– Я… Я не могу тебе это сказать, Лар… Не могу…

– Но почему? Ты разлюбил меня, да? У тебя есть другая женщина?

– О чем ты… Нет! Нет, конечно.

– А что тогда?

– Это… Это только меня касается, Лар. Да если б я даже хотел тебе сказать, все равно не смогу.

– Почему?

– Потому что мне стыдно, Лара. Я про себя такое узнал недавно… Такое…

– Господи, да что ж ты меня так мучаешь, а? Да я… Да я теперь просто настаиваю, чтобы ты мне все немедленно рассказал! Слышишь? Иначе я с ума сойду от беспокойства! Давай, я слушаю, обратного пути нет! Не станешь же ты со мной поступать, как с той собакой, которой хозяин отрезал хвост по кусочку, чтобы она не мучилась?

– Ты действительно хочешь про меня это знать, Лара?

– Да, хочу! Говори сейчас же!