Герцог и служанка - Дженнифер Хеймор

Затаив дыхание, Кейт направилась по коридору к кухне, но, сделав несколько шагов, остановилась. Из кухни доносились голоса. Уилли и мать о чем-то оживленно беседовали. Реджи, несомненно, сидел там же, но, по своему обыкновению, молчал.

Кейт насторожилась. По спине ее пробегали мурашки. Чувствуя что-то очень похожее на страх, она подобралась поближе, но слов разобрать не смогла.

Она взялась за ручку двери — и задрожала от прикосновения холодного металла.

Разжав пальцы, она опустила руку. Нет, сейчас она не готова встретиться с матерью и братом лицом к лицу. Есть только один человек, которого ей хотелось видеть. Гаррет скажет, что делать. С ним она будет в безопасности.

Кейт развернулась и, едва не запутавшись в юбках, помчалась вниз. Увидев Джона, она споткнулась и остановилась. Он развалился на стуле и бесцеремонно закинул ноги в грязных сапогах на другой стул.

Взглянув на нее, Джон усмехнулся.

Притворившись, что не видит его, Кейт прошествовала мимо и отперла дверь темницы. Она открыла дверь — и тут рука Джона легла ей на плечо.

Кейт застыла. Дверь отворилась шире, и Гаррет посмотрел поверх книги, которую читал. Когда он увидел Джона за спиной у Кейт, его глаза недобро блеснули. Он отложил книгу и, лязгнув цепями, встал.

Джон по-змеиному быстро обхватил Кейт за талию. Она попыталась вывернуться, но не тут-то было: Джон держал ее крепко.

Гаррет угрожающе зарычал.

— Ты что делаешь?! — воскликнула Кейт и попыталась отцепить руку Джона. — Живо отпусти меня.

— Не сегодня, Китти. Я подумал: а почему бы нам, не поразвлечься? Как вы с мистером Лонгмайром развлекались вчера.

Кейт охватила паника, и она широко раскрытыми глазами уставилась на Джона:

— О ч-чем ты говоришь? — Я думаю, ты и сама знаешь, — выдохнул он ей в ухо. — Я был здесь и все-все слышал. И видел. Ты широко раздвигала перед ним ножки, разве нет?

Окрик Гаррета донесся до нее словно издалека.

— Отпусти ее, — приказал он.

— Мистер Фиск обещал, что я следующий на очереди.

— Пусти! — Однако борьба была бесполезной. Рука, державшая ее, была крепкой, как древесный сук.

Вдруг глаза его расширились, и Кейт поняла, что он бедром почувствовал что-то твердое у нее в кармане.

— Так, а это что такое?

Кейт защурилась. Джон вытащил пилку из кармана ее фартука.

— Решила освободить любовничка? Ах ты, глупая девчонка!

Он отбросил пилку за спину, в коридор, туда, где ни Гаррет, ни она не могли ее достать.

Кейт боялась, что Джон расскажет Уилли и тогда Гаррету никогда не увидеть свободы.

Джон рывком свел ее руки за спиной, и не успела Кейт и глазом моргнуть, как в запястья уже впилась грубая веревка. Она попыталась освободиться, но Джон связал ее крепко. Она не могла пошевелить руками.

Гаррет что-то прорычал — она не разобрала что.

Лязгнул по каменному полу металл — это Гаррет, рванулся, натянул цепь, но Джона ему все равно было не достать. Полная ужасных предчувствий, Кейт посмотрела Гаррету в лицо: он побледнел, челюсти были сжаты, губы искривила гримаса гнева. Сведенные брови, прищуренные льдисто-голубые глаза. В его руке блеснуло что-то серебристое, и Кейт пискнула: он взялся за пистолет, который она ему принесла.

Джон оружия не видел — он полностью сосредоточился на Кейт. Внезапно он оттолкнул ее, и она ударилась о стену с такой силой, что из легких вышибло воздух. Перед глазами замелькали мушки. Кейт стала жадно хватать воздух ртом.

— Отпусти… меня… — с трудом выдавила она.

Лицо ей обожгло горячее зловонное дыхание — над ней склонился ухмыляющийся Джон. Кейт затошнило.

Вдруг что-то с глухим звуком ударилось о голову Джона.

О, да это же книга Гаррета! Чертыхаясь, Джон развернулся к нему, и его локоть чуть ослабил давление на ее грудь.

— Кейт, ложись! — взревел Гаррет.

Не думая, Кейт упала на пол.

Грянул выстрел. Отзвук его вибрировал в голове.

Кейт, как в тумане, увидела, что Джон упал рядом с ней. Кровь. Она пропитывала его рубашку, пятно на рукаве все ширилось.

Всхлипывая и прерывисто дыша, Кейт с трудом встала на колени. Она не могла отвести от Джона взгляд. Глаза его закатились, он застыл.

— Кейт! — позвал ее Гаррет.

Она повернулась, ища его глазами.

— Кейт, ты в порядке?

Она моргала, стараясь отогнать туман, застивший глаза. Вот Гаррет опустился на колени и перезаряжает пистолет. Она перевела взгляд на Джона. Тот по-прежнему не шевелился.

— Ты его убил? — хрипло прошептала она.

— Не знаю, — напряженно ответил Гаррет. — Хотя вряд ли, пуля только поцарапала ему плечо.

Кейт смотрела на бездыханного человека, стараясь найти в себе хоть каплю сочувствия к нему. Но нет, она радовалась, что Гаррет его подстрелил.

Голос Гаррета смягчился.

— Все в порядке, Кейт. Иди ко мне, я развяжу тебе руки. Она попыталась подняться, подойти к нему, но кто-то, верно, приклеил ее ноги к полу — она не могла пошевелиться. Неужели Джон действительно шпионил вчера за ней и Гарретом? Неужели Уилли действительно сказал ему, что он может поразвлечься с ней следующим? Ее затрясло.

— Это Уилли, — прошептала она, не сводя глаз с неподвижного тела Джона. — Змея — это Уилли.

— Кейт…

— Как в той басне. Мы доверяли ему, мы открыли ему двери нашего дома и наши сердца, а он оказался змеей. — Она, зажмурившись, посмотрела на Гаррета. — Я боялась, что это ты, но это не ты. Это Уилли. Вместе с Уорреном умерла его душа. Если бы я только знала это, если бы видела… я бы могла все предотвратить.

Гаррет бросил взгляд на открытую дверь:

— Скажи, кто еще сейчас в доме?

— Уилли, — машинально ответила Кейт. — Мать и Реджи.

— Еще кто-нибудь?

Кейт покачала головой:

— Точно я не знаю, но вряд ли.

— Проклятие! Надо спешить. Твой брат вот-вот будет здесь.

Не знаю, сработает ли это, но если нет, беги отсюда, должна спрятаться от брата. Обещай, что сделаешь это.

— Обещаю, — прошептала Кейт, глядя на Гаррета.

Он выпрямился, прицелился в стену, туда, откуда шла цепь, и выстрелил.

В тесной темнице грянул оглушительный выстрел. У стены взметнулось облако пыли с частицами глины и раствора. Не успела Кейт понять, удалось ли Гаррету освободиться, кто-то вдруг схватил ее за волосы, рывком поставил на ноги и оттащил назад, к двери. Что-то холодное и металлическое упиралось ей в щеку.