Ублюдки и стрелочники - Корали Джун

— Но, наверное, некоторые твои предположения все же правдивы. Одна из причин, почему я выехал из дома братства, была потому, что они немного отвратительны, и я никогда не мог нормально спать из-за очень громких вечеринок. А общий душ, клянусь богом, всегда были покрыты толстым слоем спермы.

— Отвратительно.

— Я оставался ради милых парней и одобрения родителей, но и ушел я по этой же причине. Это трагедия.

Милых парней? Я думала, что Джаред флиртовал со мной. Я предполагала…

— Я вижу, как милые шестеренки в твоем голове крутятся. Не переживай, я все объясню. Я пансексуал, — объяснил он. — Я потерял девственность с женщиной вдвое старше меня в Лондоне. В прошлом году встречался с футболистом. Прошлый месяц, в Нью-Йорке, я провел с красивой транс-женщиной. Прошлой ночью, в здании Психологического университета, я сосал член, принадлежащий очень смущенному президенту братства. А сейчас я очень надеюсь, что ты разрешишь мне позвать тебя на свидание.

— Ох. Я…

Я не ожидала, что он спросит меня об этом. Не то чтобы меня смущал его сексуальный опыт, скорее, все мои мысли были о Хамильтоне. Я хотела объяснить, что не ищу себе парня, когда мой телефон начал звонить. Это был вызов по Фейс Тайму от Хамильтона.

— Извини, я должна ответить, — прошептала я.

Одним из условий присмотра за Маленькой Мамой было то, что я отвечаю, когда он звонит, ну, конечно же, если я не на уроке. Хамильтон властный дурак. Я достала телефон и улыбнулась, прежде чем нажать на кнопку «принять вызов». Хамильтон лежал на кровати, как мне показалось, в маленькой темной комнате. Его волосы были взъерошены, а на щеке красовалось пятнышко.

— Блядь, спасибо, что ответила. Я клянусь, мой член твердел все время, когда я думал о тебе.

Я откашлялась, и Джаред, стоя рядом со мной, улыбнулся, затем посмотрел через свое плечо и снова перевел взгляд на мой экран. Я попыталась убрать телефон. Несмотря на то, что Джаред не в курсе, что Хамильтон мой дядя, это был всего лишь вопрос времени, прежде чем он узнает.

— Я полагаю, что это именно то, почему ты не хочешь пойти со мной на свидание, хм? — спросил Джаред спокойно.

— Кто, блядь, это такой? — задал вопрос Хамильтон, сидя на матрасе и наклонившись к экрану, чтобы лучше разглядеть Джареда.

— Это не важно. Если ты звонишь, чтобы проверить свою собаку, я буду дома всего через несколько минут, и ты сможешь ее увидеть, — сказала я.

— Ты ведешь этого парня к себе домой? — спросил Хамильтон.

— Нет. Он живет в том же доме, что и я. Ты ревнуешь?

— Может быть, я просто не хочу делиться. — Джаред шел рядом со мной, бесстыдно слушая мой разговор с Хамильтоном и ухмыляясь в камеру.

— Ты кажешься знакомым, — сказал Хамильтон Джареду. — Мы встречались раньше?

— Не знаю. Думаю, если бы мы встречались раньше, я бы вспомнил тебя, — ответил Джаред с ухмылкой.

Хамильтон сузил глаза.

— Ты мне не нравишься.

— Но ты же даже не знаешь меня, — отреагировал Джаред.

— Я довольно хорошо разбираюсь в людях. Не придумывай себе ничего лишнего и держись подальше от Веры.

Я тоже решила вставить свои пять копеек:

— Я уже говорила тебе. Этого не случится. И давай не будем говорить об этом перед моим новым другом. Тебе еще что-то надо, Хамильтон? — спросила я.

— Только ты. Ты мне нужна прямо сейчас, Лепесток.

— Лепесток? — спросил Джаред.

Мое сердце забилось быстрее.

— Я позвоню тебе позже, Хамильтон, — выдохнула я, прежде чем повесить трубку.

Джаред начал истерически смеяться.

— Теперь ты должна пойти на свидание со мной, просто чтобы позлить его.

Я нахмурилась.

— Я собиралась сказать тебе, прежде чем меня так грубо прервали, что я не хочу ни с кем сейчас встречаться. Я просто хочу спокойно жить и заводить новых друзей.

— Понял. Кто ж захочет встречаться с тобой, когда у тебя есть кто-то вроде этого, готовый съесть тебя?

Я шумно выдохнула и продолжила идти. Мы шли по тротуару, и мимо нас проезжали дорогущие машины.

— Все сложно, — призналась я.

— Насколько сложно?

Я думала над тем, чтобы рассказать Джареду, что происходит. У меня не было никого, с кем бы я могла поговорить об этом. В момент, когда Хамильтон появился в моей жизни, я боролась со странным влечением — притяжением к нему. Думаю, можно спокойно поделиться мыслями с тем, кто не моя мама и не часть семьи Борегаров.

— Он технически мой дядя? — выпалила я.

Джаред перестал идти, дважды моргнув.

— Еще раз.

— Моя мама вышла замуж за его старшего брата месяц назад, — начала я объяснять.

— А я-то думал, что ты вся такая правильная, не кинешь на меня бомбу из табу, — Джаред проговорил восхитительно. — Я так впечатлен. И немного заведен.

— Это не странно вообще…

— Давай, — перебил меня Джаред, — мы идем к тебе, и ты мне все расскажешь. Со всеми подробностями.

Глава 13

— Господи, ты такая милая. Будь я дома, я бы обнял тебя, — сказал Хамильтон, разговаривая со мной по FaceTime. Я закатила глаза, а мои щеки стали розовыми. Маленькая Мама виляла хвостиком, пока Хамильтон говорил с ней.

— Вера дает тебе много вкусняшек? Она чешет тебя за ушком? Ты только скажи слово, и я отшлепаю Веру за плохое обращение с тобой. Я очень быстро сделаю ее задницу красной.

Я подняла телефон с пола и выгнула бровь, глядя на Хамильтона.

— Ты сейчас серьезно? — спросила я.

— Я следую твоим правилам! — игриво воскликнул он. — Никаких кокетливых, грязных, озорных или собственнических разговоров. Мне нельзя говорить о том, как сильно я хочу, чтобы ты оседлала мое лицо прямо сейчас, или спрашивать, промокла ли твоя киска от мыслей обо мне. Мне абсолютно не разрешено спрашивать, куда ты собираешься сегодня вечером в такой сексуальной юбке. Твои сиськи вот-вот вывалятся из этого топа, а я хочу поймать их своим ртом, красавица.

У меня перехватило дыхание, и Хамильтон злобно ухмыльнулся, слегка наклонив телефон так, чтобы я могла видеть его голый твердый торс.

Блядь.

— Но если бы все же мне разрешили спросить об этом, я бы сказал этому ублюдку Джареду, чтобы он держался подальше от тебя.

Я подавила ухмылку. Хамильтон заставлял меня чувствовать себя сексуальной.

Желанной.

Одна из причин, по которой он мне так нравился, заключалась в том, что он заставлял меня чувствовать себя самой особенной в этом мире, а это было не то, к чему я