Самая темная нота - Нелия Аларкон

— Ты наконец-то собираешься ее преследовать? — Спрашивает Финн.

— Нет.

— Это единственный способ, чтобы Джинкс раскрыла свою информацию. — Сообщает мне Зейн.

Мой взгляд резко останавливается на них.

— О чем вы говорите?

— Мы пытались заплатить Джинкс за имя. — Объясняет Зейн. — Это было самое странное. Она отказалась дать его нам. Сказала, что сообщит эту информацию только тебе.

— Почему ты думаешь, что она играет в игры? — Спрашивает Финн.

— Она всегда играет в игры. — Ворчит Зейн. — На этот раз она играет жестко.

— Наверное, потому что ей нужно больше денег. — Рычу я. Кем бы ни была Джинкс, она хорошая бизнесвумен. Надо отдать ей должное. Я не могу сосчитать, сколько ей удалось выудить только у братьев Кросс.

— В этой рыжей есть что-то еще. — Задумчиво произносит Финн. — Я чувствую это.

Я бросаю на него сердитый взгляд.

— Что именно ты чувствуешь?

— Осторожно, Финн. Датч отлупит тебя за мысли о его девушке.

— Она не моя девушка. — Я отложил гитару. — Если мы не идем на тренировку, то я ухожу.

— Почему? Твое свидание только в субботу. — Поддразнивает Зейн.

Я тут же напрягаюсь.

С одной стороны, я хочу быть умным в этом деле. Всякий раз, когда я нахожусь рядом с рыжей, мой мозг отключается. Она — все, что я вижу. Все, что я хочу. Даже тридцатитысячедолларовые губы Кристы не смогли избавить меня от вкуса ее горячего блеска для губ с вишневым ароматом. После того как все закончилось, я не мог не пожалеть, что это была та рыжая, которую я прижал к рулю.

Как бы я ни был раздосадован этой пощечиной и тем поступком Золушки, который она совершила, сбежав, не оставив своего имени, я знаю, что последовал бы за ней куда угодно.

А это значит, что я глубоко вляпался. Гораздо глубже, чем мне хотелось бы. Я не могу потерять контроль над собой, и как только я увижу ее, я стану пушинкой в ее руках.

Разозлившись на братьев и на себя, я практичным движением перекидываю гитару через плечо и ставлю ее обратно на подставку.

— Вы, придурки, тренируетесь без меня. Я ухожу.

Зейн обижается.

— Не будь таким, старший брат.

Я закатываю глаза. Я опередил его всего на пару минут, но он никогда не перестанет выпячивать свое превосходство.

Финн ухмыляется, как будто знает, что они задели меня за живое.

Я беру свой рюкзак и перекидываю его через одно плечо.

— Какой у нас сейчас урок?

— Наверное, музыка. — Он жестом показывает на барабаны. — Именно поэтому мы здесь.

Я немного оживляюсь. Каденс учится в нашем музыкальном классе. Вместо того чтобы дуться на рыжую, я могу попытаться добиться большего прогресса в том, чтобы выгнать ее из Redwood.

На прошлой неделе она уничтожила мой бумажник. Я не могу допустить, чтобы она думала, что избежала моего гнева.

Мои братья молчат и смотрят на меня.

— Почему его лицо засветилось? — Зейн спрашивает Финна.

Мой брат только пожимает плечами.

Не став их мудрить, я выхожу из тренировочного зала и направляюсь в музыкальный класс. Брамс становится слишком удобной для меня. Раз уж я в настроении, думаю, самое время устроить ад.

Джинкс: Я не смогла порадовать твоих братьев, так что вот тебе халява. Твоя любимая пара накрашенных губ уже давно строит заговоры и интриги. Сегодня она планирует ударить твою девочку по больному месту.

Джинкс: Что это будет, Датч? Хочешь сыграть героя или злодея?

15.КАДЕНС

Музыка — мое спасение.

До четвертого урока, когда она превращается в нечто близкое к гвоздям на меловой доске благодаря мисс Юнис, нашему заместителю, которая задерживается здесь гораздо дольше, чем все думали.

Выглянув в окно, я замечаю, что на небе собираются тучи. Штормовая погода за окном полностью соответствует моему настроению. Я просто хочу, чтобы этот урок уже закончился.

Взгляд на часы приносит мне некоторое облегчение. До звонка — или «звонка об окончании урока», согласно справочнику Redwood Prep — осталась всего одна минута.

— Каденс и Криста, мне нужно, чтобы вы обе подошли сюда после урока. — Кричит мисс Юнис.

Все застывают на своих местах и смотрят на меня. Затем они оглядываются по сторонам, чтобы посмотреть на Кристу. Громкоголосая чирлидерша, у которой на груди, наверное, вытатуировано «будущая жена Датча Кросса», бросает на меня самодовольный взгляд.

Я понятия не имею, что означает эта ухмылка, но мне сразу становится не по себе. Меньше всего мне хочется идти туда и выяснять, что так радует Кристу.

Прозвенели куранты, возвещая об окончании урока. Глубоко вздохнув, я сползаю со стула и подхожу к пожилой женщине у входа.

Я чувствую, как глаза прожигают меня по спине, пока я делаю шаг. После моего унизительного промаха во время практического задания мои сокурсники жаждут увидеть вторую часть.

Не секрет, что все, что я делаю в Redwood Prep, надолго остается у всех в памяти благодаря необычному интересу Датча ко мне. Мое происхождение как стипендиата делает эту предполагаемую «историю любви» еще более сочной для этих богатых детей.

Мои шаги замедляются, и я ломаю голову, пытаясь понять, к чему эта встреча. Я уверена, что мисс Юнис не вызывает меня на очередное практическое задание.

После того неловкого дня я спрятала свою гордость глубоко в груди и пошла поговорить с ней. Я объяснила свою фобию и спросила, может ли она разрешить мне выполнять практическое задание, когда в классе будем только я и она.

Она согласилась и, когда услышала, как я играю, поставила мне высокий балл за задание.

Не думаю, что она снова станет поднимать этот вопрос.

Куранты бьют второй раз, оповещая всех о том, что свободный урок официально начался, но никто не двигается с места. Им не терпится посмотреть шоу.

Неудивительно, что кто-то вроде Джинкс имеет такое влияние на этих богатых детей. Они любят сплетни и скандалы не меньше, чем старухи в моем районе.

Молчание — ожидающее и тяжелое.

Я делаю вид, что ничего не замечаю, и останавливаюсь перед учительским столом. Мисс Юнис, похоже, не заинтересована в том, чтобы выгнать кого-то из класса. Ее тусклые глаза задерживаются на нас с Кристой, а губы поджаты.

Она