14 дней до падения - Иоланта Палла

Замолкаю, потому что грудную клетку будто под прессом сжимает. Дергаю за резиночку на руке, а Костя наблюдает за мной.

— Почему ты мне не сказала?

Холодно. Отрешенно спрашивает.

— Ты от меня отказался, Костя, и… Ты всегда был в курсе того, что делают «твои». Теперь понимаешь, что «нашими» они никогда не были?

— Алиса… — изворачиваюсь от его рук.

— Я должна его предупредить.

Только как, если Илья меня заблокировал.

— Поздно.

— Что? Как поздно?

— Вика сказала, что они вечером с ним говорить собираются.

— Где? Костя?! Где?!

— Там, где вы сосались, — цедит сквозь зубы.

— Ты… Ты за нами следил?

Растерянно моргаю. Отшатываюсь от него, не веря в происходящее. Какой-то чертов кошмар!

— Ты – моя сестра, — отводит глаза в сторону. — Я не мог допустить, чтобы ты с ним…

— Боже…

Сердце грохочет. Перед глазами все плывет, когда я хватаю телефон и вызываю такси.

— Ты никуда не пойдешь.

— Не тебе мне указывать! Ты…

— Я не знал.

— Теперь знаешь. Что изменится? Запугаешь Лазученко? Или руку ей пожмешь? Что?!

Дергает меня за руку. Айфон летит на пол.

Нет! Я не позволю! Отталкиваю его от себя и пользуюсь тем, что Костик запинается о ножку кровати, вылетаю в коридор и бегу вниз. Мама с папой заняты разборками в его кабинете. Я выбегаю во двор и сажусь в такси. Костя не успевает догнать. Дышу часто, и водитель странно на меня смотрит. Моросит дождь. Я в легком платье. Дрожу всем телом и не сдерживаю слез.

Словно на зло, машина ломается за несколько метров до школы. Пока таксист матерится, я вылетаю из салона и бегу.

Мир рушится…

Кажется, что асфальт под моими ногами сотрясается, когда подошва кроссовок касается его.

Сердце в груди кувыркается в такт.

Я боюсь.

До ужаса боюсь опоздать…

А ещё…

Мне не верится, что всё происходит со мной…

Две недели прошло, а моя «идеальная жизнь» превратилась в ком из хаотичных событий.

Глаза жжёт от слёз.

По лицу ударяют холодные капли.

До нужного здания остается несколько поворотов.

И я поскальзываюсь… Падаю, конечно…

Беззвучно всхлипываю и с трудом нахожу в себе силы подняться.

На коленке кровь. Одежда прилипла к телу. Противно.

Весь крепкий кокон, спасающий меня от порочного внешнего мира, пошёл трещинами и вывалялся в грязи. От осознания начинает пробивать дрожь. Она плотными вибрациями распространяется по телу и мешает двигаться быстрее.

Обзор становится мутнее, потому что капли дождя смешиваются со слезами. Волосы прилипли к щекам и шее. Ещё никогда я не была в таком виде…

И всё из-за него…

Гашу в себе очередной приступ рыданий, сжимаю кулаки и, хромая, двигаюсь к цели.

Остается последний поворот…

И вот я стою перед заброшенным зданием, в котором смогла пережить невероятные по своей силе эмоции.

Самые приятные.

До мурашек по коже.

Делаю шаг и неуверенно тяну дверную ручку на себя.

Шум дождя отходит на второй план.

В ушах будто воздушные шары лопаются.

Я шагаю вперед, вытираю ладони о подол платья и всматриваюсь в темноту. Через разбитые окна пробирается свет от немногочисленных фонарей, и у меня сердце останавливается, когда я вижу темный силуэт на полу. Бегу к нему, падаю на колени и понимаю, что передо мной Северский…

— Илья? — касаюсь его щеки пальцами. Она безумно холодная. Мои руки пробивает дрожью. Неужели… — Илья? — спускаюсь пальцами к шее и чувствую, что они погружаются во что-то теплое. Медленно убираю её и внимательно смотрю на алые пятна. — Нет… Илья… Нет-нет-нет… — начинаю лихорадочно ощупывать его. — Илья? Ответь, пожалуйста… Скажи, хоть что-нибудь… Илья-а-а-а…

Что делать? Понимаю, что даже телефона у меня нет. Глаза застилает пелена слез.

— Помогите… Кто-нибудь, пожалуйста… — еле шепчу в темноту.

Слышу, как в помещение кто-то входит. Поворачиваю голову.

— Твою же… — растерянно звучит рядом. — Лис… — Костя опускается на колени поблизости со мной, кладет пальцы на шею Севера, а я не могу остановить истерику, рвущуюся наружу.

Сил нет даже вытереть щеки, по которым противно скатывается соленая влага.

Нет… Я не хочу верить в происходящее. Не хочу!

— Сделай что-нибудь, Костя… Пожалуйста… Я сделаю все, что они скажут. Только пусть живет… — срываюсь на отчаянные рыдания. Брат обнимает меня за плечи и набирает номер скорой. — Я буду их слушать… Все сделаю… Все… Только пусть живет… Пожалуйста… Все сделаю… Все… Все-е-е…

32

POV Алиса

Все происходит очень быстро и в то же время медленно. Я чувствую себя безвольной статуей, которой помогают передвигаться в пространстве. Скорая приезжает через двадцать минут после звонка Кости. Я сижу рядом с Ильей и не могу пошевелиться даже в тот момент, когда его забирают работники больницы. Опомнившись, бегу за ними, но меня не пускают в машину. Дверь закрывают прямо перед носом. Костя обнимает, а я отрицательно качаю головой.

Мне нужно к нему…

Нужно!

Трясусь от холода и страха за жизнь Северского.

— Все будет хорошо, — повторяет, как заведенный, Костя.

Нет! Как может быть хорошо, если у Ильи руки холодные?! Как?! Он лежал в луже крови. Что может быть хорошо?!

— Я должна быть рядом с ним. Должна… Вызови мне такси, пожалуйста… — зубы стучат, когда пытаюсь выговорить каждое слово.

Костя берет меня за руку, и я замечаю его BMW около здания.

—