Тайна серого кардинала, или Как я стала злодейкой - Екатерина Слави

Повернувшись, Алькан Валарис направился в мою сторону.

Глава 18. МЕЖДУ ИСКУШЕНИЕМ И УНИЖЕНИЕМ

Глядя, как он приближается, я понимала, что бежать так, как сбежали супруги де Лаанталь, я не смогу. Но по правде сказать…

Личность графа после рассказов принца вызывала во мне и страх, и интерес одновременно. К тому же, только что он, похоже… заступился за меня, в буквальном смысле наказав Лаанталей за их грязные разговоры обо мне. Это выглядело даже в какой-то степени… благородно.

— Надеюсь, вы не приняли близко к сердцу слова маркизы, тэлли де Саар, — произнес граф. — Вы сегодня привлекли к себе взгляды всего света, когда стало ясно, что его высочество заинтересовался вами. После этого вам неизбежно должны были начать перемывать кости — так устроен двор.

Приблизившись, Алькан Валарис взял мою руку за кончики пальцев, чтобы запечатлеть на ней поцелуй. Под его взглядом я замешкалась — темные глаза в прорезях маски смотрели на меня с затаенной улыбкой. Поначалу я лишь смутно осознавала охватившее меня волнение. По какой-то причине моя воля стала податливой. Я не могла разорвать притяжение его взгляда — меня как будто зачаровали, даже дыхание участилось.

Граф АЛЬКАН ВАЛАРИС

Опомнившись, я резко выдернула руку из мужских пальцев.

Граф застыл. Глаза его чуть расширились от удивления, но длилось оно недолго. Усмехнувшись, он сказал:

— Его высочество, похоже, успел предупредить, что я для вас опасный человек и от меня нужно держаться подальше. — Глаза в прорезях маски чуть сузились, взгляд как будто испытывал. — И что же? Предполагается, что я должен вас соблазнить и опорочить?

Я сглотнула, не до конца понимая, почему этот человек так взволновал меня. Странное чувство… Чем-то похоже на влюбленность, но ведь это невозможно.

А если принц Селебриан прав, и Алькан Валарис само воплощение порока и соблазна, как и его сестра?

Однако непохоже, чтобы граф пытался соблазнять меня. Я одернула руку, потому что испугалась тех эмоций, которые он во мне вызвал — он же решил, что меня отталкивают неприглядные слухи о нем.

— Ах, да, — тихо рассмеялся граф, — я же и сам только что грозился проявить непристойный интерес к Изабель Лаанталь. Немудрено, что вы меня боитесь.

Эти слова привели меня в чувство. Я слишком хорошо понимала, что подобных намерений в отношении дочери Лаанталей у графа не было — он просто пугал их обоих в наказание за то, что они грубо говорили обо мне.

Что на меня нашло, в самом деле? Алькан Валарис слишком очевидно бравировал своей дурной репутацией — и там, в тронном зале некоторое время назад, и сейчас, в разговоре со мной.

Когда грязь невозможно смыть с собственного имени, остается только превратить ее в оружие, внушающее страх. И тогда это оружие одновременно станет твоей броней.

Я выдохнула, возвращая себе самообладание.

— Вам стоит сменить маску.

— Что, простите? — Кажется, я поставила графа в тупик.

— Если вы планируете меня соблазнить, тэр, вам стоит сменить маску на более привлекательную. Эта слишком невзрачна, боюсь, я не готова на нее соблазниться.

Мои слова прозвучали так небрежно, а ведь я буквально мгновенье назад думала о том, что этот мужчина даже в маске умудрился вызвать во мне чувства, которые меня напугали.

Я удивляла саму себя такими резкими перепадами настроения.

Алькан Валарис тем временем развеселился — видимо, счел мой ответ остроумным. От его тихого смеха в моей груди что-то шевельнулось — одновременно щемящее и волнительное, я с трудом подавила в себе непрошеный порыв. Граф же вдруг показался мне на удивление расслабленным.

— Что и ожидалось от вас, тэлли де Саар, — сказал он неожиданно мягким, обволакивающим тоном.

— Ожидалось? — удивилась я. — Но вы ведь меня совсем не знаете.

Граф снова усмехнулся — в этот раз иронично.

— Я хотел сказать, что ваш ответ выдает в вас человека неискушенного. Вы так невинны, что вам чужды любые соблазны. Что и ожидалось от тэлли, которая впервые при дворе.

О. Так вот как он это расценил? Похоже, мое остроумие осталось незамеченным.

Проявив неосторожность, я снова посмотрела в темные глаза, глядящие на меня из прорезей маски, и тотчас усомнилась, что сделала правильные выводы.

Эти глаза с затаенной в их глубине улыбкой способны были распалить что-то очень потаенное внутри меня. Снова и снова они заставляли меня дышать чаще.

«Принц Селебриан был прав, — подумала я, не в силах оторвать взгляда от темных глаз. — Этот человек опасен для меня».

Даже флиртуя с его высочеством, красивейшим мужчиной Гатарии, я оставалась холодна внутри. Флирт был приятным, но поверхностным, он не задевал моих чувств. Так почему же я словно теряю себя рядом с мужчиной, чье лицо скрыто от меня под плотной черной маской?

«Мне не стоило заговаривать с ним», — с тревогой подумала я, вновь не в силах разорвать наши взгляды.

— И все же вы боитесь меня, тэлли де Саар.

Какое-то время Алькан Валарис наблюдал за мной, видимо, заметил мою растерянность, и вот такой вывод сделал в итоге.

— Боитесь, что все те дурные вещи, которые мне приписывают, правда?

— Вы говорите о слухах, которые обвиняют вас в связи с вашей сестрой? — удивленная собственной смелостью прямо сказала я. — Или о том, что вы погубили собственных родителей?

Губы под маской насмешливо изогнулись.

— И о том, и о другом.

Я ответила не сразу.

— Думаю, все это может быть правдой, и в таком случае мне и впрямь стоит опасаться вас, чтобы не стать жертвой вашей порочной натуры. — Алькан Валарис никак не отреагировал, он продолжал смотреть на меня, словно ждал чего-то, и я добавила: — Но если вдруг все эти слухи ложны, тогда… единственная жертва здесь — вы, граф.

Возникла пауза, и пока она длилась, я вдруг испугалась собственных слов. Мне не стоило этого говорить. Предполагая, что слухи могут быть неправдой, я как будто допускала, что принц Селебриан солгал мне.

— Тэлли де Саар, — заинтересованно начал Алькан Валарис; темные глаза в прорезях маски снова сузились. — Неужели вы полагаете, что его высочество…

Испугавшись вопроса, который сейчас может прозвучать, я уже открыла рот, чтобы прервать графа, но меня опередили:

— Тэлли Клодия!

Вздрогнув, я обернулась.

Серебро волос, льдистые глаза, тяжелый взгляд из-под бровей — появление Тариена Грима подействовало на меня как ушат холодной воды.

Магистр приближался с другой стороны