Кукла Яся - Анна Джолос

Пока поднимаюсь до нашего этажа по ступенькам, Череп успевает прислать кучу сообщений.

«Ясь, сорян»

«Ну дебил я»

«Не знаю, зачем растрепал всё тебе»

«Отстойно вышло»

«:(((»

«:__(»

Что-то ещё приходит, пиликая, но я уже не читаю. Открываю ключами дверь. Разуваюсь-раздеваюсь в прихожей и прохожу на кухню, где, яростно сражаясь с внутренним ураганом, раскладываю купленные продукты по полочкам.

Щас сварю себе стрёмный суп и нажарю целую сковороду картошки.

Плевать, кто и что думает по поводу моих способностей.

Голодать мне теперь из-за этого, что ли?

Раздражённо вытираю щеку рукавом толстовки.

«Это всё из-за лука, всё из-за лука. Неправильно чищу», — убеждаю себя, когда изображение вновь становится мутным…

«Пользы от неё никакой»

— Ниче, я им докажу, что они ошибаются…

Глава 19. Разговор по душам

— Волосы — просто пушка! — парикмахер Регина, оказавшаяся не только настоящим профессионалом, но и прекрасной женщиной, взбивает пряди пальцами и улыбается, оценивая результат.

— Да ты ваще на неё посмотри, — фыркает Сашка. — И этот человек с утра до ночи моет машины, — вздыхая, качает головой.

— В смысле? — Регина вопросительно приподнимает бровь.

— В прямом. Яська на автомойке работает, — поясняет Рыжая, попутно щёлкая меня на свой телефон. — С такими внешними данными она вообще работать не должна, скажи?

— Я абсолютно с тобой согласна

— Мы тоже закончили, — сообщает Света, визажист. — Щас хайлайтера ещё немного добавлю.

— Не надо, так отлично, — смотрю на себя в зеркало и испытываю внутри смесь восторга и грусти.

Давно я себя такой не видела. Красивой, женственной, при полном параде. Волосы, макияж, платье. Там в отражении словно другой человек. Другая Яся. Та самая, которая могла когда-то поехать в Париж на неделю моды.

Но не поехала. А загремела вместо этого в колонию.

— Как с обложки блин, — подмигивает мне Света, довольная своей работой.

А ведь они и не подозревают, что обложка у Ярославы Бортич тоже была.

Меня тогда выбрали из тысячи девчонок. Подумать только, как изменчива жизнь…

— Ясь, а ты сможешь ко мне в следующее воскресенье приехать? — неожиданно спрашивает Регина.

— В воскресенье и понедельник я работаю.

— Тогда в субботу. М?

— Ладно, а зачем?

— О да! — загорается Сашка. — Скажи мне, что это то, о чём я думаю.

— Мне кажется у Вас с Ясей получатся красивые фотографии.

— Моя мамзель обновляет интерьер в салоне, — коротко объясняет Саша. — Мы придём, Регин, только это, сразу на берегу договариваемся, тот лак больше на мне ни-ни. Я, блин, обчихалась в тот день, когда ты меня на батин юбилей собирала.

— Понял-принял. Ну всё, — она отходит от меня и ещё раз осматривает придирчивым взглядом. — Идеально.

— Спасибо, Региночка! Ты лучшая! — Сашка лезет к ней обниматься.

Похоже, что они с этой женщиной очень близки. Прям чувствуется, что между ними очень тёплые отношения.

— Ну мы погнали.

— Подожди, Саш, я рассчитаюсь, — лезу в сумочку, которую она мне одолжила на время вместе с платьем.

— Угомонись, ради Бога!

— Нет, так не пойдёт.

— Завязывай, Бортич! Ты моя подруга или кто?

— Подруга.

— Ну вот, а я, на минуточку, — дочь хозяйки салона красоты, так что поднимай свой прекрасный зад и…

— Я так не могу. Люди потратили на меня своё время, — упрямо гну свою линию.

Деньги у меня, конечно, не лишние, но пользоваться тем, что салоном владеет Сашкина мать, как-то некрасиво.

— Отработаешь в субботу. Разберёмся. Всё, мы полетели, хочу успеть выпить кофе, — посылает женщине воздушный поцелуй и тянет меня за руку. — Гля, какая настырная! Убери немедленно, она всё равно не возьмёт, — шикает на меня недовольно, заприметив деньги, зажатые в моей ладони.

— Пока, девчоночки! Увидимся в субботу, — машет нам на прощание Регина.

— Неудобно, Харитон, так дела не делаются, — высказываю уже на улице, на ходу накидывая пуховик.

— Ой, Ясь, — цокает языком. — Харэ, проехали эту тему. Нам туда, — указывает пальцем в сторону французской кофейни-пекарни. — Гоу, скорее, чтобы твой причесон от снега не осел!

Перебегаем дорогу, пока удачно горит зелёный и уже через три минуты греемся в стенах уютной кафешки.

— Пахнет тут абзац! — вдыхаю носом чудесные ароматы кофе.

— Ага. Сейчас как закажем себе кучу всего запретного. У них тут десерты такие, что закачаешься.

— Мне перед кастингом только десертом закидываться.

— Тю, а то ж прям моментом это на твоей суперфигуре отразится. Глупости!

— Меню писец. Глаза разбегаются.

— Да.

— Здравствуйте, милые девушки, могу ли я принять у вас заказ?

Рядом с нашим столиком появляется парень. Молоденький, светловолосый. Приветливо улыбающийся.

— Сама решай, я ни бум-бум, — откладываю меню, избавляя себя от мук выбора.

Слишком много текста, а я с детства не люблю читать.

— Может быть, я что-то посоветую, если позволите?

— Не, она разберётся. Да, Саныч?

— Угу, — кивает девчонка, наматывая на палец прядь рыжих волос. — Так… Нам два рафа Амаретто, два «Три шоколода», две «Константы», набор корзиночек «Боке» ассорти…

— Притормози.

— Чё эт ради? И профитроли. Да. Профитроли. Пока всё, — отдаёт мальчику меню.

— Отличный выбор. Ну я пошёл? За вкусняшками? — спрашивает, глядя при этом на меня.

— Да, спасибо.

— Пару минут — и я уже здесь.

— Отлично.

Сашка хихикает, а блондин, наконец, уходит, чтобы передать дальше наш заказ.

— Он положил на тебя глаз, — Саша стреляет глазами в сторону барной стойки.

— Чепуха, — отмахиваюсь и достаю телефон.

— Да ты видела, как он на тебя пялился? Как я на этот профитроль, — тычет пальцем на картинку в меню.

— Завязывай, — печатаю сообщение Черепу.

— Запал. Стоит таращится даже сейчас. Спорим, попробует попросить твой номер?

— Угу.

«Чё там как?»

Череп: «Лежит. Градусник сунул ему под копыто»

«И?»

Череп: «Темпу померил, 39,2»

Ёпрст.

«Таблетки заставь выпить, на тумбочке всё оставила»

Череп: «Попробую»

— Симпатичный, кстати. Хорошенький прям.

— Угу.

«Не попробуй, а затолкай насильно, Тох!»

«А вообще, лучше бы врача вызвать»

Череп: «Свечку?»

«ОНА ВЕТЕРИНАР!»

«И она в Бобрино!»

Череп: «А, блин, точнярус»

— Как считаешь? Ничё такой?

— Угу.

В пол уха слушаю Харитошку.

— Чё ты заладила «угу да угу!» — бесится, раздражённо цокая языком, и мне приходится оторвать взгляд от экрана.

— Извини, старуха Изергиль захворала, — откладываю телефон в сторону.

— Что-то серьёзное?

— Заболел, то ли ОРВИ, то ли грипп. Лежит с высокой температурой, ни черта не делает. Думает, само пройдёт.

— Ооо, ещё один. Илья тоже таблетки терпеть не может.

— Мы вчера поругались. В очередной раз.

— Не удивила.

— Я пыталась объяснить ему, что игры со здоровьем — отстойная затея. Своеобразно, в своей манере, но пыталась.

— А он?

— Да как обычно. Сказал, чтобы не лезла с советами. Сам,