Рождественский Клаус - Энн Айнерсон

Она хлопает в ладоши.

— Ты слышала, мамочка? Я — верный кандидат, — восклицает она стоящей рядом женщине, ее карие глаза загораются при виде энтузиазма ее дочери. У них одинаковые черные как смоль волосы, контрастирующие с их бледной кожей.

— Конечно, Пенн, — говорит ее мама.

Она подходит, чтобы помочь ей слезть с моих колен.

— Спасибо за терпение.

— Это было несложно, — ухмыляется Лила. — Счастливого Рождества, Пенни.

— Счастливого Рождества, — кричит она в ответ, когда мама тянет ее к выходу.

Вот тогда я замечаю потертые заплатки на локтях свитера Пенни и потертые манжеты ее джинсов. Это заставляет меня задуматься, не туго ли у ее семьи с деньгами и сможет ли Санта навестить ее в этом году.

Боже, я надеюсь на это.

На ум приходит старая благотворительная организация моего отца, Фонд «Рождественский Клаус». Ее миссия заключалась в том, чтобы дети в Старлайт Пайнс и близлежащих районах получали подарки под елкой, независимо от финансового положения их родителей. Это было семейное дело — мой отец занимался сбором средств и определял тех, кому больше всего нужна помощь, мои братья и я выбирали большую часть игрушек, а моя бабушка их упаковывала.

Когда он умер, я задвинул благотворительность в самый дальний угол своего сознания, думая, что кто-то другой в сообществе поднимется и продолжит дело. Теперь я думаю, не ошибался ли я, предполагая это.

Последнее, чего я хочу, — чтобы Пенни или другие дети остались без подарков.

К тому времени, как мы прошли через длинную очередь детей, жаждущих своей очереди с Сантой, я уже так готов к тому, чтобы это закончилось. Один мальчик чуть не сдернул мою бороду, а трехлетний ребенок потребовал пони с фиолетовым хвостом. Рад, что мне не придется объяснять, почему утром под елкой не будет ничего.

Хотя сначала я колебался, не могу отрицать, что игра в Санту получилась лучше, чем ожидалось.

Удивительно, но это помогло мне почувствовать себя ближе к отцу, чем за долгое время, заставив меня задуматься, не является ли лучший способ сохранить память о нем — отпраздновать праздник, который он любил больше всего.

Моя смена точки зрения произошла благодаря Лилу. Она научила меня находить радость в мелочах, и теперь я начинаю верить, что, возможно, просто возможно, можно снова научиться быть счастливым.

Ее присутствие рядом со мной сегодня вечером имело решающее значение — у нее есть очаровательный подход к детям. Они могли бы прийти увидеть Санту, но именно ее голос и заразительная улыбка заставили их внимать каждому ее слову. Она привнесла особое чудо в это событие, и я благодарен, что смог стать его частью.

Настоящее волшебство Рождества — это не подарки, завернутые в ленту, или покрытые огнями деревья — это она.

Я должен поблагодарить свою бабушку за то, что она собрала нас сегодня вечером.

Иногда ее настойчивость может быть подавляющей, но обычно она знает лучше.

Как только я избавляюсь от зудящей бороды, делаю глоток воды из бутылки, которую Лила принесла мне ранее.

Оглядываю комнату, проверяя, вернулась ли она после того, как помогла одинокой маме усадить детей в машину. Она в другом конце комнаты, прислонившись к стойке регистрации, разговаривает с парнем в мешковатой фланелевой рубашке и шапочке. Он стоит ко мне спиной, так что я не вижу его лица, но в нем есть что-то очень знакомое.

Я предполагаю, что он гость, остановившийся в гостинице, пока он не сжимает ее руку. Говорит что-то, что заставляет ее смеяться, и этот музыкальный звук, словно магнит, притягивает меня ближе.

Кто, черт возьми, это?

Очевидно, они знают друг друга, но мне не нравится, насколько он дружелюбен с Лилой. Она может быть и не официально моей, но после того, что произошло между нами этим утром, я с нетерпением ждал возможности узнать, что же это за штука между нами.

Красная дымка застилает мне глаза, и моя челюсть дергается, когда я вижу, как незнакомец наклоняется, чтобы обнять ее.

Мое терпение лопается, я замечаю улыбку на лице Лилы, ту, которую она приберегает для близких ей людей. Прежде чем я успеваю остановиться, подхожу.

— Кто твой друг?

Я спрашиваю, игнорируя ее вопросительный взгляд, когда притягиваю ее к себе, обнимая за талию.

— Мы все знаем, что ты любишь быть в центре внимания, но этот наряд — это нечто большее, Брукс, — протягивает знакомый голос.

У меня отвисает челюсть, когда я поднимаю глаза и вижу, что таинственным мужчиной оказывается мой брат.

— Джеймсон?

Когда мы общаемся по видеосвязи, он всегда носит белое пальто или рубашку на пуговицах, строгие брюки и начищенные туфли. Его едва можно узнать во фланелевой куртке, джинсах и ботинках. Плюс шапка скрывает его черные волосы, обычно коротко подстриженные.

Он упомянул, что приедет в канун Рождества, но он не звонил мне с тех пор, как я приехал в город, поэтому я не был уверен, что он последует примеру. Он практически живет в больнице и редко берет выходной, даже во время праздников. У нас есть что-то общее.

— Он тоже приезжал навестить твою бабушку. Разве это не мило? — с улыбкой вмешивается Лила.

— Да, очень мило, — говорю я, притягивая ее ближе.

Джеймсон запрокидывает голову и смеется.

— Ты не говорил мне, что встречаешься с Лилой Монро, брат.

Я сердито смотрю на него, но не успеваю ответить, пока его не замечает бабушка.

— Джеймсон? Это правда ты? — Она спешит к моему брату, нежно сжимая его щеки, прежде чем притянуть его для объятий. — Не помешает ли вам, ребята, предупредить меня, что вы едете? Колдер с вами?

Она оглядывается через плечо.

Джеймсон качает головой.

— Извини, бабушка. Он все еще в Непале, и сотовая связь не работает.

В ее глазах проступает намек на печаль, но она ее скрывает.

— Ну, я рада, что вы с Бруксом добрались. — Она снова гладит его по щеке. — Как надолго ты здесь?

Он проводит рукой по волосам.

— Вот об этом я и хочу поговорить с тобой.

— Звучит зловеще, — посмеивается бабушка. — Давай отложим этот разговор на послерождественские праздники. Нам предстоит отпраздновать свадьбу, и я хочу насладиться каждой минутой с внуками, пока могу.

Она протягивает руку и берет нас обоих за руки.

Меня снова охватывает чувство вины, когда я думаю о том, как тяжело ей было так долго не видеться. Трудно представить, какую пустоту она, должно быть, чувствовала.

Возвращение в Старлайт Пайнс заставило меня осознать, как быстротечно время, и я не хочу упускать больше моментов с семьей,