Принцесса и отверженный - Лали Аморале

– Осторожно, – Кристоф помог мне подвинуть блюдо, при этом прильнул еще ближе.

– Что теперь?

– Нужно размять его.

Я взяла вилку и начала вдавливать ее в кусок масла. Он был твердым и получалось плохо.

– Не выходит.

Кристоф вытянул руку и несколько секунд подержал ладонь над блюдом. Воздух зарябил, и я ощутила, как он нагревается.

– Обычно приходится набраться терпения и дождаться, когда масло станет мягким и податливым.

Кристоф опустил руку, но уперся ладонью в стол так, что теперь я была заключена в его объятия. Не знаю, имел ли он в виду масло, но я точно стала именно такой, как он описал. С трудом зажав между пальцами вилку, я расправилась с маслом.

– Так?

– Умничка. Теперь насыпь муку в миску и добавь туда щепотку специй. Проверь, достаточно ли насыщен вкус.

Я смешала ингредиенты, а потом опустила палец в муку. Слегка повернув голову к Кристофу, медленно облизала палец.

– Вкусно.

– К дьяволу булочки.

Кристоф развернул меня, одновременно смахивая со стола всё, что на нем было. Я ахнула, когда он сжал мою талию и усадил на деревянную поверхность. В воздух взметнулось облако муки, а по кухне пополз аромат специй. Мы одновременно потянулись навстречу друг другу. Поцелуй опалил на секунду, но Кристоф сразу отстранился.

– Тебе может быть больно после вчерашнего, – он тяжело дышал.

Я замотала головой, стаскивая с его плеч сюртук и швыряя на пол вслед за маслом, мукой и другими продуктами.

– Мне не больно.

Притянув его ближе, я прижалась губами к небритой щеке и дёрнула завязки на рубашке.

– Тогда надо перебраться на кровать. Алия… – Кристоф сжал мою талию, то ли пытаясь удержать на месте, то ли отодвинуть.

– Не надо. Кристоф.

Он поднял на меня тяжелый взгляд.

– Поцелуй меня.

С тихим стоном Кристоф сдался. Пока его губы терзали мой рот, руки ловко разобрались с подолом платья и нижним бельем. Первое проникновение действительно оказалось немного болезненным. Я невольно вдавила ногти в его плечи.

– Прости, – его шепот коснулся губ.

Я поцеловала Кристофа в ответ, потому что мне не нужны были его извинения. Я хотела, чтобы он двигался. К счастью, мне попался очень понимающий муж. А вот моим сестрам не повезло, потому что у них были все шансы остаться голодными.

– Я разговаривал с твоим отцом, – сказал поздно вечером Кристоф, вернувшись из своего подземелья.

На удивление, мы почти всё успели. Правда, с кухни Кристоф меня в итоге выгнал и занялся готовкой сам.

– Ты ему рассказал, что теперь наш брак расторгнуть не удастся?

– Да. И он не очень этим доволен.

– Почему? – я повернулась набок и подперла голову кулаком. – Папа так тебя любит.

Кристоф закинул руки за голову и потянулся.

– Он любит нас по отдельности, а вот вместе мы ему не нравимся.

– Что ж, – я откинулась обратно на подушку. – Придется ему смириться.

В обед следующего дня я уныло наблюдала за вереницей карет, катящихся по дороге к дому. Судя по тому, как надсадно скрипели колеса, сестры решили привезти в Брох половину дворца. Я посмотрела по сторонам. Олек и Кримси вчера потрудились на славу. Ковер из сочной юной зелени радовал глаз, а на деревьях начали появляться листочки.

Королевская карета остановилась у ворот, и с подножки спрыгнул стражник. Он распахнул дверь. Первой наружу показалась острая мордочка Эхиль. Она бросила взгляд по сторонам, а потом повернулась к Кесли, которая все еще сидела в карете:

– Мы что, будем жить в лесу?

Я цокнула. Началось.

Глава 36

– Вы можете жить в карете, – я повернулась, чтобы уйти.

– Алия, подожди!

Я нехотя остановилась. Эхиль выскочила из кареты, а следом выбралась и Кесли. Кесли посмотрела себе под ноги и брезгливо поморщилась:

– Это земля.

– Спасибо, дорогая сестрица. До твоего приезда я не замечала.

– Но почему дорога не мощенная?

– Потому что это поместье, Кесли, а не королевский дворец, Великие боги!

Я махнула рукой и пошла в сторону дома. Сзади снова послышались жалобные причитания.

– Ладно тебе, Алия, – Эхиль повисла на моем локте. – Мы так долго тряслись в этой карете, что сил нет.

Она внезапно притормозила и зашептала:

– А где… ну… твой муж? Почему он нас не встречает?

– Кристоф занят.

В другой локоть вцепилась Кесли. Судя по бледноватой коже, поездка действительно вымотала моих сестер. Наверное, не стоило быть такой строгой с ними: ведь они и правда кроме дворца ничего не видели в жизни.

– Он тебя не обижает? До нас доходили слухи, что колдун разозлился после того, как вас изгнали.

– Кесли, не говори глупостей. Меня никто не обижает. Лучше расскажи, что у вас там происходит. Почему папа решил отправить вас в Брох?

Девочки начали наперебой жаловаться. Оказывается, после нашего с Кристофом отъезда во дворце творился полный бардак. Несколько министров попытались оспорить решения, принятые королем под влиянием советника-колдуна. Другие настаивали, что раскол только сыграет на руку Агонде.

– Сначала папа приставил к нам по дюжине стражников, потом заставил носить кучу безвкусных украшений! – возмутилась Эхиль, а я сжала зубы, чтобы не дать ей затрещину.

Я до сих пор помнила, скольких усилий стоило Кристофу зарядить те украшения. Внезапно она остановилась и схватила меня за руку.

– Лади!

– Что с ней? – сердце испуганно сжалось. Неужели без меня за птицей никто не ухаживал?

– Она в карете. Ну, то есть в клетке. Но клетка в карете.

Я рванула обратно. У карет уже суетились горничные сестер и королевская кухарка. Стражники, которые уже начали разгружать сундуки, показали, где стоит клетка. Я залезла в карету, моргая и пытаясь привыкнуть к полумраку.

– Лади, – позвала тихо.

– Крлы, – раздалось в ответ грустное, а потом уже радостнее: – Крррлы!

– Привет, милая. Иди сюда.

Я нащупала замок клетки и открыла его. Лади лежала, укрыв нос одним крылом. Она всегда так делала, когда из-за чего-то переживала. Я достала птицу и вытащила ее из кареты. Сестры уже топтались рядом. Кесли заворчала, сложив руки на груди.

– Не понимаю, с чего вдруг отец настоял на том, чтобы взять птицу с собой. Нам постоянно приходилось останавливаться из-за нее.

А я улыбнулась, зарываясь носом в золотистые перья. У меня были догадки, кто попросил папу отправить Лади в Брох. И этот кто-то сейчас стоял на крыльце дома и задумчиво смотрел на нас. Вернее, это я знала, что Кристоф