Лучшая подруга - Памела Робертс

– Я люблю тебя, Белль, красавица моя. Мне ужасно трудно не бросить все и не кинуться к тебе, но…

– Oui, mon amour, – ответила Изабелла с великолепным французским прононсом, которым чрезвычайно гордилась. И немудрено, ведь она потратила почти три часа с электронным тренажером, чтобы добиться правильного произношения.

– О! Ты делаешь успехи, ma belle, я впечатлен. Я послал тебе кое-какие пустячки, чтобы скрасить ожидание. Надеюсь…

– Патрик! Ну зачем ты? – воскликнула она.

– Дорогая, поверь, мне это доставило громадное удовольствие. О, как бы мне хотелось, чтобы ты была рядом. Париж сейчас удивительно хорош… – Он вздохнул, представляя себе прогулку по набережной в ее обществе. – Но ничего, он всегда недурен.

– Мне тоже хочется быть с тобой. Неважно где, лишь бы с тобой! – чуть задыхаясь от переполнявших ее эмоций, ответила Изабелла. – Я люблю тебя, mon amour.

– Я тоже, любимая. До свидания, Белль, до скорого свидания.

– Au revoir, mon amour, – сказала она, вызвав очередной залп похвал со стороны своего возлюбленного.

И с того момента, как она повесила трубку, больше ничего.

На четвертый день невыносимого, нестерпимого, изматывающего ожидания у телефона ей уже хотелось выть в голос.

И она решилась позвонить Натали, надеясь услышать радостный голосок своего маленького любимца.

– Морган? О, привет, Морган, как поживаешь?

– Да так себе, – ответила Изабелла. – Как ты? Что Бобби? Здоров ли? Что он в последнее время натворил забавного?

– Боб у мамы. Здоров. По крайней мере, был вчера, когда я с ними разговаривала. Что-то ты невеселая, Морган.

– Да нет, нормальная, – все тем же тусклым, невыразительным тоном проговорила она.

– Как твой новый друг? – с интересом спросила Натали.

– Спасибо, все в порядке. Он в командировке.

– А-а, ясно. Слушай, мы давно не виделись, почему бы нам не встретиться? Я как раз сегодня собиралась сама тебе звонить. Мне надо поговорить с тобой.

– Давай, если надо.

– Где?

– А где ты хочешь?

– Да мне в общем-то все равно. Давай в какой-нибудь тихий ресторанчик зайдем, без музыки и всяких приставал. Где нам никто не будет мешать.

– В тихом? Тогда «Итальянский дворик» на углу Двадцать пятой и Рузвельт-стрит. Идет?

– Вполне. В семь.

– В семь.

За пять минут до назначенного времени Изабелла вошла в небольшой полутемный зал, в котором стояло не больше десятка столиков, и прошла к тому, что заказала заранее. Впрочем, нужды в том не было – еще четыре были свободны. Да, здесь они вполне смогут поговорить без помех. Хотя о чем говорить?

Впрочем, в теме беседы сомнений не возникало. Наверняка у Натали очередное новое увлечение, и ей необходимо срочно излить душу.

Официант принес большой глиняный кувшин с красным вином и стаканы, наполнил один, положил меню.

Изабелла заставила себя улыбнуться и кивнуть в знак благодарности. Она неторопливо потягивала ароматный напиток и перебирала в памяти драгоценные воспоминания своей короткой, но такой пылкой любовной истории, что даже не заметила, как прошло больше четверти часа.

– Морган, привет! – ворвался в ее мысли энергичный голос Натали Стокер. – О чем мечтаешь?

– Ни о чем, – отозвалась она. – Привет, Нат. Как дела? От Бобби что-нибудь слышала?

– Ой да в порядке твой ненаглядный Бобби. Тебе, видно, уже пора своих заводить. Только о детях и думаешь.

– Может, и пора, – ответила Изабелла, не желая спорить. – Садись. Вина выпьешь? Неплохое. Что будем заказывать?

– Мне что-нибудь легкое и диетическое.

– Натали, мы в итальянском ресторане. Что, по твоему мнению, в итальянской кухне есть легкого или диетического? Ладно. Я возьму пиццу, а ты уж думай сама, – немного раздраженно заметила она.

– Ну ладно-ладно, не ворчи, – тут же отступила «подружка», ощутив ее настрой. – Закажи большую, поделим пополам, идет?

– Идет.

– Слушай, ты какая-то не такая сегодня, – заглядывая ей в лицо, сказала Натали. – У тебя что-то случилось? Или на любовном фронте неприятности?

– Нет, просто устала немного. Работы в последнее время было выше головы. А в остальном у меня все отлично.

– Да? Ты уверена?

Изабелла внимательно посмотрела на нее.

– Не понимаю. Что значит, уверена ли я? Конечно, уверена. Кому же, как не мне, знать…

Натали хмыкнула. Качнула головой, снова хмыкнула.

– Как твой новый друг? Этот француз? Как его там?

– Его зовут Патрик Морро, – ледяным тоном ответила Изабелла. Высокомерные нотки в голосе Натали ей решительно не нравились. – Он прекрасно. Уехал на пару недель во Францию.

– Ага!

– Натали! Изволь объясниться, что означает твое «ага» и почему ты позволяешь себе так странно выражаться?

– Не злись, Морган, не злись. – Натали протянула руку и погладила ее по плечу. – Я же хочу тебе только хорошего. Самого хорошего. Ты веришь мне? Я же твоя лучшая подруга. Уже много лет. Мне нестерпима мысль о том, что тебе могут причинить боль, обмануть…

– Натали! – еще громче вскричала Изабелла, ощущая, как в глубине души зашевелилось что-то холодное и скользкое. – О чем ты говоришь, Натали?

Та отвернулась, вздохнула, снова взглянула на встревоженную собеседницу.

– Ты… я должна сказать тебе одну вещь, Морган. Не очень приятную. Надеюсь, ты не разозлишься на меня? Но я просто обязана…

Изабелле стало совсем нехорошо. Что? Что случилось? Почему она спрашивала про Патрика, про то, какие у них отношения? Нет, я не хочу ничего слышать! – мысленно воскликнула она. Ничего не желаю знать, кроме того, что он меня любит. Но вслух тяжело уронила:

– Говори.

– Я… я тут как-то с Ронни беседовала… – несвойственным ей нерешительным тоном начала Натали, – по поводу этого трастового счета… Ну вот, а потом… Не злись, Морган, я не могла иначе. Ну, в общем потом я подумала, что ты такая неопытная, в мужиках не разбираешься, кинулась в эту связь, позабыв обо всем на свете, да еще с таким сомнительным типом. Французишка какой-то, хм… И я решилась спросить про него у Рона. Тот все же с ним работал какое-то время и должен знать его.

Изабелла не прерывала подругу. Она смотрела на нее, широко раскрыв глаза, и ощущала только жуткий, парализующий страх. Сердце колотилось быстро-быстро, но, несмотря на это, по лицу растекался не румянец, а мертвенная бледность.

– Рон очень удивился, что ты связалась с ним. Не то чтобы этот твой Патрик – или как его там? – какой-то выдающийся негодяй, но Рон сказал… В общем он очень удивился, что ты связалась с женатым мужиком. И он предположил, что, может быть, тот намеренно умолчал о своем брачном статусе. Или забыл просто? – закончила Натали.