Лучшая подруга - Памела Робертс

Когда на следующее утро Патрик все же включил свой мобильный телефон, маленький аппарат через пару минут только что не расплавился от сообщений и оповещений о пропущенных вызовах.

– А я свой в отеле оставила, – лениво проговорила Изабелла, усаживаясь на постели и прислоняясь к его плечу. – Ты, как я посмотрю, настоящая знаменитость. А говорил, что у тебя тут мало знакомых. Готова поспорить, что половина звонков от твоих поклонниц.

Он фыркнул, потом посерьезнел.

– Вообще-то все они от одного из моих немногочисленных друзей. Это Ронни. Он вне себя от волнения.

– А что случилось? Бобби?! Что-нибудь с Бобби?! – тревожно выкрикнула Изабелла, даже не подумав, что Рон едва ли стал бы искать помощи Патрика, приключись что с его сыном. – О господи, ну говори же скорее!

Патрик странновато посмотрел на нее.

– Нет, с чего ты взяла? Ты так любишь этого малыша?

– Да, конечно. И ты бы любил, если бы знал его. Он удивительно милый мальчуган. К тому же он остался под присмотром одной только Натали, а это…

– Она его мать, – резонно заметил Патрик. – Уж наверное она в состоянии позаботиться о нем. Но в любом случае дело не в Бобби. А в тебе.

– Во мне?! – поразилась Изабелла, потом на мгновение задумалась и поняла. Ну естественно, ведь она сбежала с приема, не сказав никому ни единого слова, и пропадала больше суток, не появившись в своем отеле, не позвонив, не предупредив, исчезнув в чужом и не очень-то спокойном городе. – О, Патрик, какая же я эгоистка! Они, должно быть, с ума сходят. Надеюсь, еще не заявили в полицию.

– На этот счет можешь не переживать. Вашу полицию не так просто заставить начать розыски. Ты взрослая и имеешь полное право исчезнуть, если тебе вздумается. Пока нет доказательств того, что с тобой что-то случилось, тебя никто не будет искать. Да-да, – подтвердил он, заметив ее изумленный взгляд. – Я не просто так говорю, а убедился на жизненном примере. У нас в съемочной группе пропала одна из ассистенток, и полиция даже пальцем не шевельнула.

– Какой кошмар, Патрик! И что, о ней до сих пор ничего не известно?

Он засмеялся.

– Нет, на сей раз копы оказались правы. Девица удрала со своим любовником и только где-то через месяц соблаговолила позвонить и поставить начальство в известность. Фантастика!

– Да, но я-то ведь никогда не была безмозглой и безответственной кретинкой, заботящейся только о себе. Ты заставил меня позабыть обо всем на свете.

– Приятно слышать. Но не переживай, позвони своей приятельнице и предупреди, что приедешь к самолету. Я обязуюсь доставить тебя в аэропорт в срок, если, конечно, ты не раздумаешь уезжать.

– Смотри, дорогой, ты сильно рискуешь, – засмеялась Изабелла. – А вдруг я решу поймать тебя на слове и останусь?

Он прижал ее к себе с такой силой, что она пискнула.

– Это будет самым большим счастьем, о котором только можно мечтать, – с чувством произнес он. – Правда, Белль, оставайся. Ну что тебя ждет дома? Все та же нелюбимая работа? Ты же говорила, что тяготишься ею с самого первого дня.

– Ну не преувеличивай. Не с первого, конечно, а с третьего. Но… Нет, Патрик. – Изабелла чуть отодвинулась, чтобы иметь возможность взглянуть ему в лицо. – Ты ведь понимаешь, что я не могу поменять все вот так одним разом. И как бы мне ни было горько расставаться с тобой, но ты же…

Резкий звонок прервал ее.

– Да? Да, привет, Ронни. Прости, я только что включил телефон. Еще только начал читать сообщения, – сказал Патрик и кинул на нее вопросительный взгляд.

Она залилась краской, но кивнула – мол, да, можешь сказать.

– Нет-нет, не волнуйтесь, все в порядке. Да, Изабелла жива и здорова. Да, я знаю, где она. – И снова вопросительный взгляд.

Она глубоко вздохнула, опять кивнула и покорно протянула руку, куда он вложил трубку.

– Ронни, привет. Прости, что я повела себя, как безответственная девчонка, и сбежала, даже не предупредив тебя. И даже не поблагодарила тебя за приглашение и за удовольствие, которое получила от фильма. Ты просто гений, Рон, правда! Уверена, что тебя выдвинут на «Оскара», убеждена! А если нет, то только потому… – Изабелла сама чувствовала, что несет какую-то чушь, но не могла справиться со смущением и продолжала говорить все быстрее и быстрее, не давая ему возможности вставить ни единого слова.

Впрочем, Ронни, безусловно, ощущал ее неловкость, да и сам испытывал не меньшую, поэтому не прерывал ее, собираясь с мыслями, и, лишь когда она замолчала, не зная, что еще добавить, и страшась возникшей паузы и тех вопросов, что могут последовать, спокойно сказал:

– Я очень рад, Белла, что ты довольна поездкой. Я буду провожать Бобби с матерью в аэропорт, так что, может, еще увидимся. Ну, пока, приятно было повидать тебя. Да, кстати…

– Что? – тревожно откликнулась она, внутренне сжимаясь в комочек.

– Ты стала еще красивее, Белль. И я от души желаю тебе счастья, – тихо сказал он и сразу же дал отбой.

Изабелла безмолвно протянула аппарат Патрику. Тот внимательно смотрел на нее, пытаясь понять, что она чувствует. Наконец сказал:

– Тебе нечего стыдиться, Белль. Ты взрослая свободная женщина. Ты никого не обманула, ни у кого не украла. Тебе нечего…

Изабелла улыбнулась.

– Конечно. Я знаю. Просто мне немножко неловко, что меня, можно сказать, почти что в постели застали. Это, наверное, с непривычки. – Она пожала одним плечом, и Патрик немедленно припал к нему губами. – Нет, подожди, милый. Подожди.

Но Патрик не желал ни ждать, ни слушать.

– Не отталкивай меня, я с ума схожу по тебе. А что касается Рона, то не смущайся. Я твердо намерен сделать из тебя честную женщину, – полушутливо пробормотал он, отшвырнув телефон и покрывая ее поцелуями. – О, Белль, у нас осталось так мало времени. Не отталкивай меня. Думать и говорить будем потом, когда… потом… потом…

Она уступила. Конечно же уступила. Потому что отчаянно желала того же. Оставшиеся несколько часов промелькнули как десять минут. Целуя ее в последний раз перед тем, как отпустить в ванную, Патрик сказал:

– Я жадный, моя ненаглядная Белль, ужасно жадный. Никак не могу насытиться тобой, красавица моя…