Крутой поворот - Дэни Синклер

— Значит, ты о браке и детях не помышлял?

У Спенсера мелькнула мысль, что Бренна, вполне возможно, уже беременна от него. Что ж, этого следовало ожидать. Но почему-то эта мысль скорее вдохновляла его, чем пугала.

— Было бы хорошо. Лишь бы женщина оказалась что надо. А ты что скажешь?

Бренна насупилась.

— Я как-то не задумывалась над этим вопросом. У меня перед глазами пример мамы, которая прыгает от одного мужа к другому… — Она пожала плечами.

— А твой отец?

— Он был женат трижды. Первая его жена умерла, и тогда он женился на моей матери.

— А его нынешняя жена?

— Они вместе уже тринадцать лет, — неохотно призналась Бренна.

— Надо полагать, твой дедушка всю жизнь был женат на твоей бабушке.

Бренна явно насторожилась.

— Спенсер, ведь ты не делаешь мне предложение. Тогда к чему этот разговор?

Он погладил ее по голове.

— Просто спрашиваю, чтобы узнать тебя получше. Мне не хочется разрывать наши отношения. Давай посмотрим, куда они нас заведут.

Ей не сразу удалось поднять голову и встретиться с ним взглядом.

— Я чувствую то же самое, Спенсер, но завтра утром я должна быть у себя в офисе.

— Да и я тоже.

Их отчаяние было взаимным.

— Так что же нам делать?

— Не знаю. Давай начнем с поисков картины.

Они прочесали всю усадьбу Саммертонов. В нескольких комнатах обнаружились работы Би Джея Уолфорда — от парочки небольших рисунков до группового портрета. Обнаженных натур тоже хватало, но ни одна из них не являлась изображением бабушки Спенсера.

В изнеможении Бренна плюхнулась на сиденье автомобиля.

— Может, она где-нибудь в шкафу или в библиотеке, в сейфе? — с грустью предположила она. — Холст можно свернуть, тем более что картина не очень большая.

— Не могли же мы обшарить все углы, — сказал Спенсер. — Есть у Хэддена другой дом, офис? Может быть, яхта?

— Нет. Что же нам делать? Эксперты приедут завтра с самого утра.

— Знаю.

И Спенсер, и Бренна отвратительно чувствовали себя. Стоит знатоку бросить взгляд на картину, как он тут же соотнесет лицо натурщицы с широко известным обликом бабушки Спенсера. А если принять во внимание, что через две недели должна начаться общегосударственная кампания по борьбе с порнографией под ее патронажем…

В ярости он скрипнул зубами. Бренна с отсутствующим видом изучала проплывающий за окнами пейзаж. Они уже не могли ничего предпринять.

— Бренна, прости меня за то, что я счел твою работу не такой важной, как моя.

— Не беспокойся, — протянула она. — Просто я рассердилась, когда Тодд не смог поверить, что я выбираю работу, а не его.

В груди Спенсера зашевелилась ревность.

— А он имел на тебя виды?

— Он хороший человек, — вздохнула Бренна.

Спенсер расслабился. Женщина не станет называть хорошим человеком парня, к которому что-то испытывает.

— А я — «хороший»?

Уголки ее губ поднялись.

— Иногда. А как мне следует тебя называть?

— Сексуальным, завораживающим, умным…

— Надень шляпу на свое самомнение.

— Шляп не ношу.

— Я выражаюсь фигурально.

Все-таки она улыбнулась.

— Мне надо кое-что сделать до ужина у бабушки. Я заеду за тобой в пять тридцать.

Бренна повернулась к нему.

— Я не смогу.

— Почему? У тебя самолет в девять.

— Спенсер, до отъезда я хочу провести пару часов с дедом. Ему предстоит тяжелая неделя.

Спенсер подавил раздражение.

— Я понимаю. Может быть, на следующие выходные мне удастся выбраться в Нью-Йорк.

— Это было бы хорошо, — тихо вздохнула она.

— А телефон всегда под рукой.

— Эротика по телефону?

— О да! Вкупе с весьма смелыми предложениями.

Бренна улыбнулась, и у Спенсера отлегло от сердца.