Дура среднего возраста - Ирина Мясникова

– Что делать-то будем? – поинтересовался Гений. Видимо в присутствие Комарова ему было уже не так страшно вникать в Любашины проблемы.

– Спать ложиться, – Сергей Сергеевич посмотрел на часы. – Утро вечера мудренее.

– Всё, убрался, – в гостиную вернулась Валентина, всё еще белая, как мел. – Вот принесла же нелегкая!

За Валентиной следовал суровый Валентин с охапкой дров. Он подбросил дров в камин и с достоинством удалился.

– Валь! Оставайтесь, куда вы, на ночь глядя? – предложила Любаша.

– Да уж, придется. Ты, это, разбирайся, давай с этим говном быстрее, а то нам придется к тебе и вовсе переехать. Для твоей безопасности.

– Так и переезжайте, давно ж зову, места всем хватит, – Любаша тяжело вздохнула. – Правда, если он нас в три шеи всех отсюда не выгонит.

– Тогда ко мне на дачу переедем, – успокоил Сергей Сергеевич. – Там, конечно, места гораздо меньше, но в тесноте, да не в обиде.

– Ага! Туда, если не полиция, так ваша жена всенепременно явится, и может получиться совсем некрасивая картина. Доказывай опять, кто кому кем приходится. Жена ж у вас не без вести пропавшая.

– Нет, не пропавшая, но я решил разводиться, – сообщил Сергей Сергеевич и радостно улыбнулся. – Вернее это жена предложила, не хочет ничего общего иметь с уголовником, а я обрадовался. Так обрадовался, что забыл даже, что у меня полиция на хвосте.

– А чего раньше-то не собрался? – поинтересовался Гений. – Я со своей первой сразу же через год совместной жизни развелся, с тех пор живу себе, поживаю, кум королю и брат министру.

– Ага! У Любаши нашей подъедаешься, – добавила Валентина. – Захребетник бестолковый.

Гений обиженно надул губы.

– Раньше я не собрался, потому как не до того было, некогда, дела, проблемы всякие житейские, – объяснил Комаров. – Всё по инерции как-то жили и жили, друг другу вроде бы не сильно мешали. Мы ж женой уже давно чужие люди.

– А давайте выпьем, – предложила Любаша. – Валь, зови супруга. Гений, сгоняй за красным.

– Мне б «Мартини», а Вальке моему водочки, – попросила Валентина, выходя из гостиной.

– Я принесу, знаю где, – радостно сообщил Гений, срываясь с места.

Любаша и Сергей Сергеевич остались одни.

– Ну, как вы? – поинтересовался он.

– Спасибо, ничего. Без вас было бы хуже. Гораздо хуже.

– Всё как-нибудь образуется.

– Надеюсь, – Любаша тоскливо улыбнулась.

Когда, наконец, все собрались и разлили спиртное по рюмкам, Сергей Сергеевич предложил тост:

– Давайте, чтобы всё сложилось хорошо. И для нас с вами, да и для этого внезапного Алика.

* * *

Марина с трудом поднялась по лестнице. Сегодня Федя никак не мог подвезти её с работы до дома, и пришлось сначала тащиться к маршрутке, потом толкаться в метро, а затем ковылять в любимых сапогах по купчинскому бездорожью. При этом сверху с неба валилась каша из воды и снега. Такая же каша чавкала под ногами, и сапоги, конечно же, промокли. Марина глянула на бесценную обувь, ей сразу же захотелось заплакать. Сапоги – это еще один аргумент в пользу того, чтобы перебраться к Федору в совместное проживание. Он предложил переехать к нему еще неделю назад, сказал, что ему надоело возить её в Купчино. Разумеется, пошутил. Марине и самой уже надоело уезжать в Купчино после свиданий с Фёдором, чтобы изображать перед матерью приличную девушку. Правда, матушка хоть и увлеченная телевизором женщина, но все же не дура, явно уже заподозрила неладное. Заподозришь тут, когда дитя является с работы за полночь и при этом совершенно ничего не хочет есть. Сегодня никакого свидания не получилось. В офисе группы компаний «Галактика» производился обыск. Вооруженные до зубов господа в камуфляже и черных шапочках на всё лицо нагрянули, как это у них водится, перед концом рабочего дня и велели всем оставаться на местах. Фёдор только-то и успел позвонить Марине, когда у всех сотрудников отобрали телефоны. Теперь неизвестно, когда это всё закончится. Марина знала по опыту общения с клиентами компании «Михайлова и партнеры», что уж кого-кого, а программистов точно до конца обыска не отпустят, а обыск может продолжаться и до самого утра. Здание у «Галактики» немаленькое, целых пять этажей, на каждом этаже куча разных кабинетов, а в каждом кабинете рабочие столы и компьютеры. Пока везде залезешь, пока всё проверишь. Разумеется, обыск производится не столько для того, чтобы чего-то найти, а сколько для устрашения руководства и сотрудников. Устрашать же можно до бесконечности. Пока все не упадут, включая устрашальщиков. Опять же производственный процесс сорван. Пустячок, а органам почему-то приятно.

С такими вот тоскливыми мыслями Марина открыла дверь квартиры и сглотнула слюну. Пахло волшебно, да уж, чего-чего, а готовить матушка умела просто фантастически. Сегодня Марина от ужина отказываться не будет, всё слопает, добавки попросит и еще тарелочку оближет. Есть хотелось просто невероятно. Бедный Федька! Вернется домой голодный, а там шаром покати. Накануне они с Мариной основательно подчистили холодильник. Вот если б они жили вместе, Марина непременно ждала бы его дома с чем-нибудь вкусненьким. Еще аргумент в пользу переезда. Однако в офисе «Галактики» обыски, слава богу, не каждый день!

На самом деле все сомнения Марины насчет совместного проживания с Федькой упирались в матушку. Вот как ей сказать? Марина, хоть и давно уже самостоятельная девушка, но кто его знает, как матушка отреагирует. В равной степени может и обрадоваться, а может и в обморок упасть. Ведь больше всего мать боится, что Марина повторит её судьбу, заделавшись матерью-одиночкой. Глупость, какая! Марина слабо улыбнулась.

Видимо услышав, что Марина пришла, матушка высунулась из кухни.

– О! Какие люди! Сама Марина Михайловна домой пожаловала, собственной персоной и не в час ночи. Никак твои олигархи решили тебя больше не эксплуатировать? Или выгнали?

Марина внимательно оглядела мать, аж прищурилась. Что-то было не так. Совершенно не так.

– Я тоже по тебе соскучилась, – ответила она и, как обычно, чмокнула матушку в макушку. При этом сразу стало понятно, что не так. Материнская седина была тщательно закрашена и явно не дешевой краской из гипермаркета. Марина взяла мать за голову и заглянула ей в лицо. Ого! Брови тоже были аккуратно выщипаны и подкрашены. И глаза! В кои-то веки у матери были накрашены глаза. Тут уже Марина схватила мать за руку и вовсе оторопела. Рука сверкала свежим маникюром.

– Что это? Тебя похитили инопланетяне? – тревожно поинтересовалась Марина.

– Тьфу на тебя. Три раза, – матушка шкодливо хихикнула и отняла у Марины свою руку. – Подумаешь, слегка себя в порядок привела.

– Слегка? – Марина вылупила глаза. – Да ты к Новому году так себя в порядок никогда не приводила. Ты для фотографии лучшего работника месяца даже не причесалась! Признавайся, неужто влюбилась?