Любовь по обмену - Елена Соколова

Зоя

Удивительно, но осень решила порадовать нас бабьим летом. Таким теплым и по-летнему душным, что я долго не могла решить, брать с собой куртку или купальник. Взяла и то, и другое сразу — в одном можно будет вечером погулять, в другом баньку посетить. Главное, не перепутать.

Еще раз проверила все по списку и закрыла сумку на замок. Готово.

Джастин вообще не понял, что его ждет, поэтому собирался с воодушевлением. Старые джинсы Степки оказались ему коротки, поэтому он поехал в своих — чистеньких и светлых. Кроссовки чужие тоже надевать отказался, ответил, что грязь его не пугает. А вот старомодную куртку, которую достали из маминых запасников «на всякий пожарный случай», американец под строгим взглядом моего отца все же надел.

— Я иду. — Показывает папа, топая и для наглядности высоко поднимая колени.

— Э… о’кей, — кивает Джастин. На нем та самая куртка с полосками на плечах и широкими рукавами — мама ее специально выстирала. Готова поспорить, что эта вещь навевает им с отцом воспоминания о далекой романтической молодости. Так и вижу, как они сидят у костра возле речки вдвоем и смеются над папиными шутками. — Я… и-ду. — Послушно повторяет американец за моим отцом.

Ты, — папа указывает на него. — Идешь.

Парень кивает.

— Я, — произносит он, изображая ходьбу, — идешь!

— Ладно, проехали. — Хмурится папа. — Продолжим, как вернетесь.

Стою у лестницы, на плече спортивная сумка, смотрю на довольного Джастина и хихикаю. Вот вылитый же бард! Не хватает свитера с высоким горлом в ярко-оранжевый ромбик, старой гитары на ремне и приплюснутой кепки на голову.

— Привет, как дела? — восклицает он, заметив меня.

— Прекрасно!

Качаю головой, гадая, когда же он, наконец, избавится от привычки спрашивать всех и каждого об их делах, словно это интересует его больше всего на свете.

— Джастинушка, — подходит мама и оглядывает его со всех сторон, — you look good [1], сыночек.

— Спа-си-ба! — Американец расцветает, ведь его уроки английского начинают давать свои плоды.

Мама явно делает успехи, особенно в произношении. Теперь о ее «вэлкам ту Раша» мы вспоминаем только со смехом.

— Посидим на дорожку? — Предлагает папа.

— Мы же недалеко уезжаем. — Пытаюсь возразить я. — И ненадолго, пап.

Но все бесполезно. Он уже усаживает растерянного Джастина на диван и жестом приказывает нам опуститься рядом на стулья.

— Традиция. — Объясняю я. — Перед путешествием положено присесть и помолчать немного.

— Оу… — понимающе тянет гость и делает серьезный вид. — Посидим.

Мы молча переглядываемся, а американец, наверняка, гадает, чем же продолжится странный ритуал. Но не проходит и пяти секунд, как папа вскакивает и громко восклицает:

— Всё! — Радостно потирает ладони и улыбается. — А теперь дуйте на свой турслет.

— Всьо, — повторяет за ним Джастин, поднимаясь с дивана. — Дуй- ти.

И мы идем к двери, за которой нас ждут свобода, много свежего воздуха, лес, речка и комары.

Поправлюсь: американец также ждет встречи с медведями. Наверняка, поэтому он и спрашивал у отца вчера про перцовый баллончик. Хорошо, что тот ни черта не понял — русские на медведя только с голыми руками ходят.

[1] — хорошо выглядишь.

Джастин

Похоже, я выгляжу просто прекрасно, потому что прохожие смотрят на меня с интересом. Эта винтажная ветровка приковывает взгляды, многие одобрительно улыбаются, другие даже провожают нас взглядом.

— Снял бы ты ее пока, — предлагает Зоя, когда мы сворачиваем к магазину.

— Ты права, сегодня реально как-то жарко. — Соглашаюсь. Скидываю куртку, сворачиваю и убираю в рюкзак. — Тебе помочь?

— Да, спасибо, — она передает мне свою сумку.

Та достаточно легкая, весит не больше пары килограмм.

— Может, лето все-таки передумает и вернется? — Спрашиваю с надеждой.

В глазах Зои написано все, что она думает о моей наивности.

— А-а, — отрицательно качает головой, — это всего на пару дней. Женское лето. Ну, в смысле, так называют у нас этот период, когда природа дарит несколько теплых дней перед заморозками — «Babye leta». У вас ведь тоже бывает такое — Indian summer, если не ошибаюсь?

— Да. — Усмехаюсь. — Жаль… прикольно будет посмотреть на вашу зиму.

— О, — протягивает Зоя, — это совсем не прикольно. Полгода снега, серости и мороза. Сама не понимаю, как мы выживаем такое количество дней без солнца.

— Без солнца… — повторяю за ней, как во сне.

Нет, я все же ей не верю. Они, русские, такие шутники, что никогда не упустят случая надо мной постебаться.

Входим в супермаркет.