Свежесть твоих губ - Сандра Мартон

Глаза Дэвида сузились. Стефани содержит любовника? Ему такое и в голову не пришло…

Он поспешно поднялся и бросил несколько банкнот на стол.

– У меня встреча, – сказал он, когда Джек запротестовал, – и я опаздываю…

– Что это за жених, который соглашается с тем, что он ненормальный? – спросил Джек жену поздно вечером.

Мэри потрепала мужа по руке.

– Жених, который еще не готов сознаться, что он любит.

Джек фыркнул.

– Глупости. Ему просто вскружили голову.

– Он влюблен, – сказала Мэри. – Остается только надеяться, что не будет обманут.

В этот вечер, перед тем как уйти с работы, Стефани позвонила в «Реет Хэвен». Трубку сняла сиделка, ухаживающая за Полом. Пол не хочет разговаривать с ней. Он подавлен. Пол всегда был подавлен, но, видимо, дело обстояло хуже, чем обычно.

– Позвоните мне, если что-то случится, – сказала она и повесила трубку.

Пол уже хорошо себя чувствовал. Неужели он снова впал в прежнее состояние? Как бы там ни было, следовало больше рассказать Дэвиду о нем. Скоро Дэвид станет ее мужем и будет оплачивать лечение Пола. И не хотелось бы, чтобы существовали секреты между ней и человеком, которого она… которого она…

– Готова?

Она подняла глаза. Дэвид стоял в дверях. Его улыбка ей не понравилась.

– Дэвид? В чем дело? Что-то случилось?

Дэвид замялся. Да, хотел он сказать, случилось. Он весь день мерил шагами свой кабинет и наконец полчаса назад позвонил Дэну Ноулэну и попросил его проверить Стефани и выяснить все, что возможно, о ее брате. Если у нее действительно был брат. Но если Джек попал в точку…

– Нет, – сказал он. – Просто был тяжелый день. Поехали домой.

Тяжелое молчание царило во время ужина и весь вечер. В конце концов Дэвид отодвинул в сторону газеты, которые пытался читать, и взглянул на Стефани.

– Скарлетт?

Она подняла глаза от книги. Ее лицо было напряженным.

– Да?

Дэвид подумал о своем звонке Дэну Ноулэну. Сейчас он жалел об этом. У него есть вопросы, да, но он может задать их Стефани. Их отношения должны быть честными.

– Что, Дэвид?

Спроси ее, сказал он себе. Скажи, что тебе надо больше знать о ее брате, что ты хочешь встретиться с ним…

– Ничего, – ответил он, помолчав. – Просто… – Он взял ее руку. – Уже поздно. – Пошли наверх.

Он медленно раздел ее в темноте спальни. Ему нравилось слышать ее возгласы, когда он прикасался к ней, аромат страсти, который исходил от ее кожи. Все его заботы улетучились, когда они заключили друг друга в объятия. Все было правильно. Все должно было получиться.

Зазвонил телефон.

– Дэвид? Телефон…

– Пусть звонит, – сказал он, но, вздохнув, нежно поцеловал ее, зажег настольную лампу и потянулся за трубкой.

Стефани сидела, привалившись к подушкам, Натянув одеяло до подбородка. Дэвид отвернулся, одеяло доходило ему до пояса.

Ей не могли звонить, но она почувствовала, что звонят ей. «Пол, – подумала она. – Это Пол».

Дэвид повернулся и протянул ей трубку.

– Это мужчина, – сказал он. Его лицо ничего не выражало. – Он не захотел назвать себя. Хочет говорить с тобой.

Стефани взяла трубку:

– Алло?

Это действительно был Пол. Его голос звучал спокойно. Он сказал, что сиделка дала ему новый номер Стефани.

– Ты где? – спросила Стефани.

Он сказал, что сбежал из «Реет Хэвена» и находится в мотеле.

Стефани кивнула. «Реет Хэвен» – лечебное заведение, а не тюрьма.

– Ты нужна мне, сестренка, – сказал Пол.

Она взглянула на Дэвида. Его лицо по-прежнему было бесстрастным.

– Я приеду утром, – сказала она. – А тебе, между прочим, надо…

– Ты нужна мне сейчас.

Она снова взглянула на Дэвида. Потом потянулась, чтобы взять с ночного столика карандаш и блокнот.

– Скажи мне, где ты находишься. – Она записала. – Я приеду. – Послышались гудки. Она протянула трубку Дэвиду. – Дэвид! Мне… мне надо ехать к брату.

Глаза Дэвида стали такими же пустыми и скучными, как море перед штормом.

– Зачем? В чем проблема?

– Он болен. Послушай, я знаю, у тебя есть вопросы, но не могу ничего объяснять сейчас. Ты не мог бы… ты не отвернешься? Пожалуйста.

Дэвид стиснул зубы.

– Какая стыдливость, Скарлетт, – сказал он с жесткой улыбкой, но повернулся к ней спиной.

Стефани поспешно стала одеваться.

Услышав шум за своей спиной, она обернулась. Дэвид тоже одевался.

– Что ты делаешь?

– А как ты думаешь? – Он выхватил рубашку из ящика комода и натянул через голову.

– Не надо, Дэвид.

Он посмотрел на нее.

– Я отвезу тебя туда, куда тебе надо.

– В этом нет необходимости. – Она подумала о Поле. Ему станет хуже, если он разволнуется. – Я не хочу, чтобы ты со мной ехал! – Слова упали камнем.

– Номер вызова такси записан в памяти того телефона, который внизу, – холодно сказал он.

Потом вошел в ванную комнату и захлопнул дверь.

Мотель смотрелся как декорация из дешевого фильма.

Пол оказался в последней комнате. Он лежал в постели, прикрыв рукой глаза. В таком ужасном состоянии она его еще никогда не видела. Его одежда валялась на полу.

– Пол? – тихо позвала она.

Он не ответил. Она знала, что делать. Она сядет рядом с ним, обнимет его, скажет, как сильно его любит, и будет надеяться, что ее слова дойдут до него… и что, когда объяснит все, Дэвид ее поймет.

Она не потеряет Дэвида. Не может его потерять. Пора признаться себе. Она полюбила Дэвида, и остается лишь надеяться, что он, может быть, тоже когда-нибудь полюбит ее.

Дэвид шагал в гостиной из угла в угол. Возможно, Джек прав. Нет никакого брата. Это бы объяснило многое. Причину, по которой ей нужны деньги, то, что она терпела оскорбления Уиллингхэма…

Что она была так хороша, так необыкновенно хороша в постели…

Дэвид остановился. Ему стало холодно. Женщины лживы, к этому его приучила Крисси. Женщины вероломны, к этому его тоже приучила Крисси. Но Крисси хотя бы вышла замуж не ради денег.

Ну почему он раньше не попросил Ноулэна проверить Стефани?

И тут он вспомнил. Она что-то записывала в блокнот. Карандаш оставил глубокие и четкие следы. Дэвид прочитал, и ярость, жгучая и горячая, нахлынула на него.