Это ты во всем виновата! - Пол Рудник

Поющие Синглберри выступали на мероприятиях по сбору средств для борьбы с различными видами рака, болезнью Альцгеймера, рассеянным склерозом и боковым амиотрофическим склерозом — болезнью, о которой большинство знает только благодаря роликам, где знаменитости пытаются повысить осведомленность об этом заболевании, опрокидывая на себя ведра с ледяной водой. Мы пели в больницах, где я встречала маленьких детей, которые провели большую часть жизни, находясь на лечении, мы ездили в дома престарелых, чтобы развлечь стариков в инвалидных колясках: они казались очень хрупкими и едва находящимися в сознании, но всегда находили силы, чтобы отблагодарить нас улыбкой и аплодисментами. Не могу сказать, что я подружилась с кем-либо из них — я была скорее туристом, временным свидетелем их несчастья на какие-то пару минут и на несколько веселых песен. Если быть по-настоящему честной, я должна признаться, что больные люди, и особенно серьезно больные люди, пугают меня. Я знаю, что не подхвачу рак просто от того, что нахожусь рядом с кем-то, у кого он есть, но это все равно невероятно нервирует даже меня.

За время наших благотворительных концертов я научилась контролировать дыхание и смотреть в глаза всем, даже детям, замотанным бинтами, или старикам со странными опухолями на лицах. Мое сердце билось как сумасшедшее, потому что я никак не могла представить, как можно быть настолько больным или настолько старым, и мне всегда хотелось каким-нибудь невероятным образом исцелить их всех — с помощью волшебной палочки, секретной сыворотки или силой молитвы. Я представляла, как люди вскакивают со своих кроватей, инвалидных колясок и, смеясь, выбегают из больницы в согретый солнцем воздух, ну и, конечно, потом пишут мне записки с благодарностью на стикерах в форме ромашки. Я чувствовала себя виноватой, потому что тут же возвращалась в реальность и осознавала, что я могу покинуть больницу, а эти больные люди — нет.

Родители пытались подготовить нас к этим концертам, объясняя, как нам повезло быть здоровыми, и что наш долг — собирать средства для помощи больным и стараться показать им, что мы о них заботимся, и что они не забыты. Еще мама подарила мне одну книжку, ставшую моей любимой; это был роман жанра Young Adult: у главного героя был рак.

Книга называлась «Поднимитесь, болваны», и в ней шла речь о шестнадцатилетней девочке по имени Ариэль, которая устроилась на летнюю подработку в больницу в качестве медсестры-волонтера. Она хотела стать врачом и понимала, что волонтерство будет хорошим преимуществом при поступлении в колледж. После своего первого дня, когда одного пациента стошнило на нее, а в реанимации ее забрызгало кровью пострадавшего в перестрелке, Ариэль хотелось просто сбежать оттуда и никогда не возвращаться. Но затем Ариэль встречает восемнадцатилетнего Джеймса с неоперабельной опухолью головного мозга, которой он дал имя Сэм. Когда между Ариэль и Джеймсом начинают завязываться дружеские отношения, Джеймс предупреждает девушку, что Сэм всегда подслушивает и что он очень завистлив и капризен.

Ариэль и Джеймс влюбляются друг в друга и притворяются, что больница — это зачарованное королевство, полное, по словам Джеймса, «скрытых удовольствий и ужасных опасностей». Между собой они дают новые имена персоналу — например, доктор Ларри Ланселот Ринопластики или сестра Нострадамус, Ведьма по удалению бородавок. Опухоль Джеймса уменьшается, и на очень короткое время Ариэль и Джеймс позволяют себе представить жизнь вне больницы, в Прекрасновиле — так они называют свой город. Но в день, когда Джеймс должен был отправиться домой, он теряет сознание и умирает на руках Ариэль. Дочитав эту книгу, я три дня не могла встать с постели, а когда брат или сестра спрашивали, что со мной, я просто показывала книгу и опять начинала рыдать.

Несмотря на то, что в книге были детальные описания болезни, я знала, что все-таки это вымышленная история и в реальности болезнь выглядит совсем по-другому, так, что мой мозг этого просто не сможет понять. Сегодня я пыталась натренировать себя, чтобы не потерять присутствия духа при встрече с Софи Шулер и случайно не сказать или не сделать чего-нибудь невежественного, глупого, того, что может ранить ее чувства. И еще нужно будет внимательно следить за поведением Хеллер, потому что именно она будет находиться с Софи под светом софитов. Я серьезно волновалась о том, как кузина будет вести себя с подростком, потому что Хеллер имеет обыкновение игнорировать неприятные вещи или смеяться над ними, да и к тому же жизнь кинозвезды — полная противоположность жизни больной маленькой девочки — потому что кинозвезды получают все, чего хотят.

Я так разнервничалась перед встречей с Софи, что вернулось одно из моих навязчивых состояний. Проснувшись, я сразу же начала думать о Софи, так что у меня возникла непреодолимая потребность три раза постучать по дереву, потому что если не сделать этого, то могут заболеть и умереть я или кто-нибудь, кого я люблю, кто-нибудь из членов моей семьи. Единственный способ предотвратить это — найти что-нибудь деревянное, типа поручня, спинки кресла или столешницы и постучать три раза. Необязательно стучать громко, достаточно слегка, кончиком пальца, так, чтобы никто меня не поймал на этом. Я теряла над собой контроль.

Однажды мама спросила, не слышу ли я голоса, которые принуждают меня совершать эти навязчивые действия. Но она просто не может понять: тревожность — это не живущие в голове злобные эмоциональные гномы, которые нашептывают, что нужно лизнуть дверную ручку или сморщить лицо. Я не получаю никаких инструкций, эти навязчивые идеи просто вдруг появляются в голове. И не гномы приказывают мне — я сама даю себе приказы. Мои навязчивые мысли даже не мысли вовсе, это абсолютная уверенность, и выбор, подчиняться им или нет, передо мной просто не стоит.

Церемония началась на несколько минут раньше запланированного времени. Ведущий представил режиссера фильма «Войны ангела» Тарела Денсмора, автора серии Сару Смайлбороу и звезд фильма, включая Милса и Билли. Оба они со сцены смотрели на меня. Я сидела в первом ряду, так что была у них как на ладони. Милс и Билли то и дело мне подмигивали и корчили рожи, пытаясь меня рассмешить. Вчера вечером, поцеловав Милса, я тут же сбежала к себе в комнату, чтобы попытаться убедить себя, что этого поцелуя не было и одновременно запомнить каждую его секунду — на случай, если меня больше никогда и никто не захочет поцеловать.

В зале было около пяти сотен людей, включая вчерашнюю армию репортеров, блогеров, подписчиков из твиттера и толпу Воинов ангела, которые, надеялась я, не были так одержимы жаждой крови, как Эйва Лили Ларримор. Уайатту удалось прикрыть поведение Эйвы в Мэдисон-сквер-гарден, сообщив СМИ, что все было заранее спланировано. Саму Эйву в настоящий момент обследовали психиатры в частном учреждении.

Ведущий представил Франка Маркопулоса, гендиректора Омнисферы, мегакорпорации, которая владела студией, снявшей фильм, выпустившим эту серию книг издательством, а также сетью ресторанов быстрого питания, предлагавших тематические «ангельски вкусные СуперСнеки» в течение месяца со дня премьеры фильма. Среди предлагавшихся СуперСнеков были пончики из пшеницы, которые были переименованы в «Нимбы здоровья», и куриные крылышки, которые носили название «Ангельские крылышки», что, по моему мнению, было грубо и непристойно. Мне даже думать не хотелось о том, как у ангелов отрезают крылья, панируют, а затем поджаривают их до золотистой корочки.