Преданная - Мария Анатольевна Акулова

Телефонный террорист Елизавета оживает тут же. Видимо, от друга узнала, что уже можно. Пишет мне. Звонит. Я улыбаюсь, качаю головой, но брать не хочу.

И так устала, а мусолить все в разговоре — тупо.

Захожу в нашу с ней переписку и в ответ на вопрос: «ну что там???», отправляю то самое красивое видео.

Получаю бурную реакцию. Она меня почему-то окрыляет сильнее, чем встреча с парнем.

Вот сейчас испытываю дрожь. Вот сейчас в кровь выплескивается адреналин.

«Выставляй, Березина. Срочно»

С одной стороны, фыркаю, а с другой плюхаюсь на кровать и действительно открываю приложение.

Жму на плюсик, примеряю фильтры, добавляю музыку. Долго размышляю, тэгнуть ли Игоря. Ищу его в подписчиках, но не обнаруживаю. Возникает догадка…

Во второй раз за очень короткое для моего не активного аккаунта время вокруг аватарки загорается красочный кружочек. История выставлена.

Почему-то волнуюсь.

Летят первые реакции: Лиза в восторге, старые университетские подружки тоже. А сейчас еще мама увидит…

Через пять минут захожу в статистику и проглядываю просмотры. Ни мама, ни брат еще не в курсе. Даже странно.

Зато в перечне просмотревших есть те самые спорттовары.

Не могу заткнуть внутреннюю язву, перехожу на безликую страничку, открываю пустое диалоговое окно, печатаю:

«Можешь добавиться ко мне с основной. Сделал бы это сразу — я может сразу же и тэгнула. П.с. Спасибо за вечер. О выходных я подумаю»

Не знаю, откуда во мне уверенность, что это Игорь, но она непоколебима.

Отправив, остаюсь в переписке. Сообщение быстро читается. Дальше — пауза.

Пользователь печатает, а мое сердце запоздало разгоняется: а вдруг ошиблась? С чего я вообще такая самоуверенная?

На этот вопрос мне не отвечают, а вот на прошлый — да.

Короткое: «Мимо», сбивает ритм дыхания. В чате снова пауза. Я набираю дурацкое: «Это не Игорь?» и удаляю до отправки. Очевидно, нет. А кто?

Вторая догадка шпарит кипятком.

Перепугано блокирую мобильный и опускаю на живот. Сама же смотрю в потолок. Даже в голове стремно предполагать. Если это Тарнавский, то… Зачем?

Черт, нет. Не он, конечно же.

Решаю, что отвечать не буду и в диалог тот больше не зайду, но мобильный на животе жужжит. Я поднимаю его и читаю:

«Но ты не стесняйся. Выставляй еще. Мне нравится».

Глава 19

Юля

Игорь Линчук добавляется ко мне чуть позже тем же вечером с подписанной его именем активной страницы.

Поторопилась я, конечно.

Своим позором ни с кем не делюсь. Кому написала — лучше не думать. Но лучше — совсем не значит, что всегда получается.

У меня через раз.

С другой стороны, если это Тарнавский и нам с ним повезет — судья сам догадается, что девушке, которая дружит с дочерью его врага, не стоило бы доверять.

Закончатся все эти конверты, встречи, беспечность и отношение как к преданной мебели с узким функционалом.

Ну или он прикопает меня под каким-нибудь кустом за все, что я уже знаю. Посмотрим. Что уж тут?

Сама признаться ему я с каждым днем опасаюсь все сильнее. Оснований для доверия нет. Предсказуемость поведения на нуле.

Об этом думать значительно мучительнее, чем о подписке на меня дурацких спорттоваров.

Тем более, что с тех пор я ничего больше не постила.

Ходила на работу.

Сначала удивлялась, а потом свыкалась с напором Лизиного друга.

Думаю, Игорь действительно сильно мной увлекся, потому что не проходит и пары часов, чтобы не написал. Несколько раз звонил. Звал на свидание.

Я на умеренном морозе. Ссылалась на занятость, попросила не приезжать больше под суд. Мол, работодатель с приколом. Ему может такое не понравиться.

Хотя в реальности никакой реакции от Тарнавского я не получила.

Он подготовил то самое сложное решение без моего участия. Материалы вернулись в канцелярию.

Вылизанным до последней запятой текстом я, конечно, зачиталась. Убедилась в том, что Тарнавский — исключительно умный. Селит внутри сразу и жажду поглощать его науку (которой сейчас толком со мной не делится), и абсолютную неуверенность (кажется, что сколько бы я ни работала над собой, так просто о сложном писать не смогу).

Отчаянно хочу к нему тянуться. А потом вспоминаю, кто он в реальности, и… Не хочу хотеть.

Новая рабочая неделя пролетает без дурацких заданий и поразительно быстро.

К Игорю подключается Лиза и они вдвоем все же дожимают: я соглашаюсь поехать на гидроциклы.

С рядом условий: добираемся мы вдвоем со Смолиной, и буду я там как ее подруга, а не девушка Линчука. А еще вечером мы вдвоем же и уедем.

Перспектива новой встречи с Игорем волнует, но скорее ум, чем душу. У моих бабочек затишье.

Возможно, антиромантику распыляют через вентиляционную систему, потому что Лена в суд на этой неделе тоже не заглядывала. Странно.

— Он, короче, на тебе уже чуть ли не женился у себя в голове, — Лиза сообщает, бросая на меня короткий взгляд из-под вздернутой брови.

Я пила воду, забросив ноги на торпеду ее машины. Мы гоним по трассе. Лиза, по-моему, превышает, но мне пофигу. День какой-то такой, что хочется ослабить контроль.

Но полученной информацией давлюсь.

Снимаю ноги, сажусь ровно, прокашливаюсь.

Жестом руки отказываюсь от ударов по спине.

— Игорь? — уточняю севшим голосом. Прокашливаюсь еще раз.

— Игорь, конечно. Кто еще?

Действительно.

Хмурюсь и бьюсь спиной о кресло.

— Это пугает, если честно, — признаюсь. Лиза в ответ легонько улыбается. С пониманием.

— Это называется настойчивость. И решительность. Ты должна быть в восторге, Березина!

Подруга учит меня, но не раздражает. Я знаю, что это отчасти ирония.

— Мы на ночь тогда точно не остаемся, — предупреждаю в миллионный раз, Лиза фыркает.

Когда Игорь приглашал, я наивно думала, что гидроциклы — это простая аренда потасканных ТС где-то в черте города. Забыла, что меня окружили мажоры.

В реальности же планируется чуть более масштабное мероприятие. Или не чуть.

Мы едем в загородный гостиничный комплекс со спа и кучей опций для активности. Я на свою голову погуглила и охуела. В первую очередь, от цен. Потом от стыда — потому что с меня денег не берут.

Это все неправильно. Но… Он настойчивый. И решительный.

Наш компромисс — моя готовность провести в компании день и часов в одиннадцать смыться.

— Твоя целка мне уже поперек горла, если честно… Ты трахнуться боишься, а я должна на трезвую гулять.

Реагируя на тираду подруги, толкаю ее в плечо. Лиза начинает смеяться первой. Я — за