За соседней дверью - Мария Вэйдер

– Привет, Джун.

Я протянула руку.

– Приятно познакомиться, Майкл.

Пожав ее, он снова перевел глаза на соседа.

– Так что у вас стряслось?

– Нам нужен видеоплеер.

Тогда я выудила из рюкзака кассету.

– Я хочу узнать, что здесь.

– Хорошо, проходите, – с этими словами он отошел от прохода, пропуская нас в дом.

Интерьер сразу привлек мое внимание. Скромный, без особой вычурности, но обладающий шармом. Стиль кантри читался в интересных деревянных подставках и светильниках. В гостиной были клетчатый бордовый диван и другая деревянная мебель. Паркетный пол украшал огромный уютный ковер с узорчатой вышивкой, а на светлых стенах висели рамки разных размеров с фотографиями семьи Майкла.

Я любила этот стиль, поэтому интерьер пришелся мне по вкусу.

– Чудесный дом.

– Спасибо, мои родители всегда хотели жить в глубинке, – усмехнулся Майкл.

Парень подвел нас к деревянной скрипучей лестнице, и мы начали аккуратно спускаться. Из-за своей неуклюжести я оступилась и чуть не полетела вниз, но сосед успел подхватить и придержать меня за локоть. Наши лица оказались так близко, что я почувствовала его теплое дыхание на своих губах. Глаза Тайлера изучали мое лицо с нескрываемым интересом. Это длилось всего несколько секунд, но сердце успело затрепетать.

– Спасибо, – прошептала я.

Сосед молча кивнул и отпустил меня. Дойдя до конца лестницы, мы оказались в очень крутом подвале. Сразу видно, сколько сил было потрачено на эту красоту. В лучших мужских традициях помещение наполняли постеры, вывески и дорожные знаки. Все выглядело просто шикарно, поэтому я начала с восхищением осматриваться.

– Нравится? – вывел меня из транса друг Тайлера.

– Очень круто! – промолвила я и присела на диван, пока парни копались с видеоплеером.

– Давай сюда, – протянул руку Майкл.

Передав вещицу, я вновь утонула в супермягкой спинке дивана. Они запустили видео и присоединились ко мне.

На экране появился папа на фоне парка, где была сделана фотография. На его лице играла улыбка. Волосы по-ребячески взъерошены, а на теле красовалась любимая кожаная куртка в сочетании с белой футболкой и джинсами.

– А что это за кассета? – проронил Майкл.

Но Хэйс лишь шикнул на него.

– Эй, ты уже снимаешь? – спросил отец.

– Да, вроде работает! – ответил мужской голос за кадром.

Этот голос я слышала совсем недавно, поэтому не сложно было догадаться, кому он принадлежал.

Папа усмехнулся, а после продолжил:

– Это видео для меня! Для будущего Алана Сандерса, который в скором времени станет отцом! – Его переполняла гордость. – Я очень хочу стать хорошим отцом. И, надеюсь, таким и стал. Да, Джуни?

После обращения по моему лицу покатилась слеза, которую я сначала и не заметила. Боковым зрением увидела, как Тайлер наблюдает за моей реакцией. Он аккуратно положил ладонь на мою руку в знак поддержки. Она была такой большой и теплой. Раньше я бы наверняка ее убрала, но теперь почему-то не хотелось этого делать. Наверное, потому что сейчас он был именно тем другом, которого мне не хватало.

– Малышка Джуни, ты даже не представляешь, как я тебя люблю! Уже люблю, хотя ты пока еще не видела этот мир! – Он махнул рукой, демонстрируя пейзаж вокруг себя. Затем развел руки: – Этот мир жесток, но он ровно настолько же прекрасен!

Эмоции скакали и желали выбраться наружу, как кролики в клетке. Я испытала радость, грусть и, казалось, все чувства, какие только можно было испытать. Сердце колотилось как бешеное, а из глаз не переставая текли слезы.

– Иди сюда! – позвал папа того, кто держал камеру.

– Зачем? Я плохо получаюсь на видео.

– Хочу, чтобы все знали, как выглядит мой лучший друг!

Мужчина поставил камеру на какую-то подставку и отошел. Оуэн просто светился счастьем в своих рабочих брюках и белой рубашке с закатанными рукавами. На руке блестели часы, а волосы были уложены гелем.

Теперь уже я взглянула на Тая. Его лицо не выражало абсолютно ничего.

– Это Оуэн. И вот он точно будет очень крутым отцом! – с уверенностью заявил папа, положив руку на плечо друга.

– Ну конечно, – буркнул сосед себе под нос.

– Не верю, что у нас скоро будут дети, – проговорил отец. – Хочешь передать что-нибудь будущему сыну?

– Алан, это же ребячество, – заныл Оуэн.

Тайлер лишь шумно выдохнул. Похоже, его видео тоже задевало, но не так, как меня. По другой причине. Что-то происходило внутри него, но он пытался сдерживать эмоции.

– Ну, давай же! Вдруг они найдут запись?

– Хм, – прокашлялся отец Тайлера, – знаешь, я не столь оптимистичен, как Алан, но я постараюсь стать хорошим отцом. Конечно, не без ошибок.

– Разумеется, мы будем их совершать, – вставил папа. – Джуни, если я накормлю тебя чем-то, на что у тебя аллергия, или не смогу вовремя сменить подгузник, извини.

– Но мы будем любить вас всегда и во что бы то ни стало! – заключил Оуэн.

Запись резко оборвалась, но мы с Таем продолжали молча пялиться в опустевший экран. Не знаю, что происходило в его голове, но в моей творилась полная вакханалия из смешанных чувств. Этот отрывок из прошлого всего за пару минут смог раскромсать мое сердце на куски.

Мы бы и дальше сидели в полной тишине, если бы не Майкл:

– Итак, это был чудесный фильм!

После этого он встал и отошел от дивана куда-то к шкафчикам и начал громко хлопать дверцами, но я слышала только звук своего бьющегося сердца.

– Джун? – прошептал Хэйс.

– Да?

– Извини, что называл тебя «Джуни».

Мне было больно слышать знакомое прозвище каждый раз, когда его использовал Тайлер.

– Ничего, – прохрипела я.

– Они действительно были лучшими друзьями.

Мне хотелось с ним поговорить, а он это почувствовал. И в итоге попытался вывести меня из забвения.

– Да, и они очень любят нас, – сделала вывод я, намекая на его отца.

Но я так и не узнала ответ на свой самый главный вопрос. Конечно, было приятно увидеть послание от папы, но то, что тревожило сердце, продолжало оставаться тайной.

– Джун? Что-то не так? – вдруг выдал Тайлер. Он словно читал мои мысли или слишком хорошо понимал меня.

– Просто, – я вытерла рукавом остатки влаги с лица, – я так и не узнала правды. Думала, это видео поможет докопаться до истины.

– Ты о чем?

– Папа ездил куда-то на мотоцикле раз в неделю. И он никогда не говорил куда, как бы сильно я ни упрашивала рассказать.

Проследив за аккуратным движением его руки, я ощутила тепло. Он убрал еще одну мою слезу. Это легкое прикосновение оставило на моем теле мурашки, но я даже не