Зачарованные сладости попаданки - Марго Арнелл

— Да, конечно.

— Тогда вот.

Корвин элегантным жестом снял украшенный серебряной вышивкой плащ, а затем набросил его мне на плечи. Его руки на мгновение задержались, и я почувствовала их тепло даже через ткань. Вдруг вспомнилось, как я буквально рухнула в его объятия. Всего лишь на миг, но вдруг показалось, что Корвин снова обнимает меня. Дыхание перехватило.

На Ханиглоу опускался вечер, становилось прохладнее, но я даже не задумывалась об этом… до недавних пор.

— Спасибо, — проронила я, нервно потирая ручку пустых корзинок, зажатых в ладони.

Отдавать их Корвину я отказалась — они все равно почти ничего не весили и… не подходили под его образ.

Он лишь молча улыбнулся, и мы двинулись вперед.

— Несколько месяцев назад в Ханиглоу начали происходить странные вещи, — приглушенным голосом сказал Корвин. — У талантливых волшебников начали пропадать способности. Это затронуло как ремесленников всех мастей, так и кондитеров. Думаю, ты догадываешься, что в нашем городе их немало.

— Есть догадки, из-за чего это произошло?

— Изначально я подозревал проклятие или некие темные чары. Так мы и познакомились с Лианой. К сожалению, расследование зашло в тупик — ни ей, ни мне подобные чары незнакомы. Однако до сих пор кто-то время от времени обращается в Дозор с жалобой, что его способности ослабли. Это не похоже на проклятие, которое поражает всех и вся. Кажется, что чары бьют точно, прицельно.

— А значит, это не какая-то магическая чума, — кивнула я. — Это сделано кем-то намеренно.

— Да. Так я и подумал. Под подозрение попали несколько лиц, за которыми я все это время следил. И, возможно, я подобрался к виновнику происходящего слишком близко.

— И он решил вывести тебя из игры. Сначала — ослабив дар Альдуса, а затем подбросив тебе отравленную пастилу.

— Я все еще на плаву только благодаря Зефирке, — улыбнулся Корвин. Его улыбка тут же поблекла. — Однако право вести это расследование у Альдуса забрали, а я работаю только с ним, и ни с кем другим. Так что все материалы по делу я передал коллеге. Так что в каком-то смысле преступник добился своего.

— Ох, мне очень жаль, — выдохнула я.

— Все в порядке, — спокойно отозвался Корвин. — Я лишь надеюсь, что его выведут на чистую воду. Это все, чего я хочу. Тогда есть шанс, что мы узнаем, какие именно чары он использует. И тогда Лиана может помочь Альдусу, сотворив нечто вроде противоядия.

Я задумчиво кивнула.

Увы, каким бы ни большим ни был крюк, наша прогулка подошла к концу. Альдус и Зефирка стояли у дома Грознака и, судя по всему, уже давно. Зефирка сияла, а вот и глаза, и кристальная шерсть Альдуса как будто… потускнели.

В его взгляде, обращенном на Корвина, мне почудилась мольба и что-то вроде: “Забери меня отсюда”. Это подозрение подкреплялось тем, что Корвин, посмотрев на друга, подавился смешком.

Я вернула ему плащ, и мы тепло попрощались. Погруженная в свои мысли, я заглянула на кухню, чтобы оставить там пустые корзинки. Задумчиво взглянула на гномью печь.

Корвин уже столько раз помогал мне… Я видела, как его огорчает происходящее с Альдусом и как важно для него, чтобы со скар’рином все было хорошо. Я просто обязана хотя бы попытаться помочь ему в этом. Пока точно не знаю, как, ведь я тоже почти ничего не знаю о сразивших его темных чарах… Но обязательно что-нибудь придумаю.

И это никак не связано с Лианой и с тем, что я хотела перехватить у нее эстафету и прийти на помощь Корвину и Альдусу вместо нее.

32. Недружелюбная светская львица

Тем же вечером я решила проведать Финна. Постучала тихонько — на случай, если он все еще спит. Однако дверь он открыл — заспанный и как будто пребывающий в некой прострации.

— Привет, ты как? — улыбнулась я.

Финн растрепал пятерней примятую подушкой прическу. Зефирка, проскользнув в комнату, потерлась о его ногу.

— Я… нормально, — растерянно сказал Финн. — Ощущение, что это был очень странный сон. Ну, когда я играл как ненормальный. Руки до сих пор болят.

— Извини за это. Я не думала, что эффект будет… таким.

— Нет, нет, все в порядке! Я очень тебе благодарен! Но от повторения я пока воздержусь. Я тогда… будто сам себе не принадлежал. Это, знаешь ли, немножечко жутко. Кроме того… — Финн обвел рукой пространство, буквально засыпанное листками с табулатурой. — Мне еще кучу времени это все разбирать. Но я уже успел увидеть здесь целую россыпь интересных мелодий!

Ну что ж. Я была искренне рада, что сумела хоть немного ему помочь. И, кажется, я обеспечила себе хороший сон… и хорошее музыкальное сопровождение во время готовки.

— Мира, я… Это все благодаря тебе. У меня как будто сознание перестроилось, понимаешь? Я так зациклился на том, чтобы написать идеальную мелодию для Илари, что забыл о том, ради чего я, собственно, вообще начал играть на лютне. Ты встряхнула меня. Немного грубовато, но действенно. — Финн криво ухмыльнулся. — В общем, к чему это я… Что я могу для тебя сделать? Ну, в благодарность за твои чары?

Я улыбнулась.

— Я делала их не ради благодарности. Если уж быть откровенной до конца, я просто хотела выспаться. И не сойти с ума.

Финн рассмеялся, смущенно потирая кончик носа.

— И все равно я обязан тебе всем!

— Ну это очень громко сказано. — Я на мгновение задумалась. — Ладно, давай так. Если я когда-нибудь обзаведусь своей собственной лавочкой сладостей… ты сыграешь во время ее торжественного открытия.

— По рукам, — решительно кивнул Финн.

Едва за мной закрылась дверь, он заиграл на лютне. Мелодия была бодрой, веселой и немного прилипчивой. Но главное, что он не собирался играть ее несколько дней подряд.

Во всяком случае, я на это надеюсь.

Этой ночью спала я крепко и сладко, как младенец в утробе. Проснувшись, потянулась одновременно с Зефиркой.

— Я на работу. Сладости будут, когда вернусь.

— Можно мне с тобой? — захныкала Зефирка, ненадолго забыв о том, как старательно она лепила из себя грациозное, величественное создание.

— Я не буду брать тебя к