Подарок для ведьмы. Портал в шкафу - Мартиша Риш

подбородком, по нему растекается серебристая вязь узора. На плечи статного красавца наброшен бархатный плащ. Я протерла глаза. Быть такого не может. На горле точно та фибула, которую я видела в отражении окна. Россыпь камней украшает изящную пряжку. Да, такие в стародавние времена называли именно фибулами. Я сделала над собой усилие и подняла глаза на лицо мужчины. Острые скулы, прямой тонкий нос, губы сурово поджаты, а по центру вишневых глаз будто разгорается пламя. Смоляные волосы откинуты назад. Вдруг портрет вздохнул, оторвалась пуговица рубашки, с громким звуком заскакала по каменному полу. Я отшатнулась. Он — что, настоящий?! Вот этот мужчина за рамой картины? Не бывает такого. Это — смелый рисунок, изящный портрет, фантазия мастера. Не бывает в жизни таких людей, а эльфов тем более. Тонкие губы мужчины изогнулись в легкой полуулыбке. Он произнёс всего одно слово бархатистым, звонким голосом, который отрикошетил от стен неизвестного зала.

— Нет.

Картинка закрутилась, стала черной. Я наконец вздохнула. Что это было — не понимаю. Внезапно краски собрались в совершенно другое изображение.

Просторный амбар, всюду сено, кажется, даже сквозь раму пробирается упоительный запах скошенной травы. В уголке хозяйской рукой сложены пузатые мешки, все они туго затянуты разноцветными веревками. На скамейке бок о бок друг к другу пристроились крынка молка и краюха хлеба, видна даже хрусткая корочка. И в глиняной плошке тоже что-то лежит, прикрытое холщевой салфеткой. Под потолком хлопнули крылья, я заметила филина, сидящего на толстой балке. Птица изогнула шею и вытаращила глаза, глядя вниз. Я тоже посмотрела вниз, даже сделала пару шагов к волшебной картине. Внезапно на полу, прямо из сена высунулась рука! Я отскочила назад. Это что, мне показывают пробуждение вурдалака? Следом за рукой наружу показалась взлохмаченная голова. Лица просто не видно. Пьянчуга? Вор? Кто ещё может так спать в амбаре? И почему рубашка этого человека отделана кружевами?

— Ненавижу всех, кто блудит! Ну зачем заводить трех любовниц, когда можно было ограничиться только одной любимой? Вот же скотина любвеобильная! Чтоб его завтра пахать отправили! В телегу запрягли вместо клячи! Хотя нет, в телегу не надо! Это я пошутил. Расколотит, придётся платить или чинить. Мне еще когда про него говорили — редкий жеребец! Редкостная скотина он!

Мужчина выбрался из сена и лег на другой бок.

— Старушке помочь с дымоходом, вдове с огородом, как бы чего не перепутать. Всем надо помочь, а я один. Хоть бы за завтрашний день управиться.

Картинка вновь померкла. Теперь видна только башня, да небольшой городок. В некоторых окнах горят свечи, шторки ласкает легкий ветерок. Красота. Я еще минутку постояла. И что за мужчину мне сейчас показали? Наверное, таких тоже не бывает в природе. Блуд осуждает, заботится о том, чтобы телега не оказалась разбита, помочь хочет всем. Женат, видимо. Жаль, мне не повстречался такой, была бы я счастлива жить за такой широкой и надежной спиной. А то, что он крестьянин — так это не страшно. Главное, человек хороший, нет, даже золотой. Жаль, лица я его не увидела. В любом случае он лучше, чем тот надменный эльф в красивом плаще.

Я сделала шаг назад. Под туфелькой что-то прокатилось, я нагнулась и с огромным удивлением подняла с пола пуговицу. Ту самую, перламутровую, которая отлетела от эльфийской рубашки.

— Мааам! Ты почему не сказала, что принесла в дом дворняжку? Она в банке с мёдом застряла. Смешная такая. Или это кто? На мочалку похожа, — донеслось со стороны шкафа, — Я сейчас принесу. Только она какая-то неживая. Или живая? Местами сопит.

Глава 19

Агата

Я влетела кухню и замерла, правда, попутно зацепившись рукой о вазу. Кто-то рожден ползать, а кто-то летать. Чувствую, у этой вазы явно другое предназначение, чем тихо-мирно стоять в уголке. Роняю я ее по три раза на дню. В первый раз испугалась, что разобью, во второй тоже. Теперь уже интересно, из какого материала она сделана, что никак не треснет. С виду вроде бы дерево, в руку возьмешь — тяжелая. И переставлять ее из угла в угол дома — абсолютно бесполезно. Я роняю ее везде. Может, над вазой витает какое проклятие вечного полёта? Или в ней поселилась душа чайки?

Хороший у меня всё-таки сын, если думать глобально и не зацикливаться на мелочах. Вон, зверька спас, значит сострадать и заботиться он умеет. Ну а то, что на скатерть натекла лужа вкуснейшего меда, так это не так уж и страшно. Вышивку, конечно, жаль. Но зверька жалко больше.

— Мам, а это точно не крыса? — Кирюша повыше поднял заляпанного зверька. Помнится, кто-то еще недавно мечтал о собаке. Так может? Нет, ну если карга не издохнет от передозировки счастья, конечно. Или от наглости в смеси с шустростью.

— Нет! Это точно не крыса. Это такая собака. Очень редкой породы. Дизайнерский экземпляр. Помесь мочал… Чихуахуа, померанского шпица и йоркшира.

— То есть дворняга?

— Дизайнерская порода. Теперь это так называют. Чем оригинальнее внешность, тем дороже. Эта — очень оригинальная, да, — я все же с некоторым сомнением посмотрела на черненький нос, выдающийся из горы склеенной медом шерсти. И как только занесло каргу в наш мир? А главное, зачем? Она же на мышей должна вроде охотится? Или я что-то не так поняла, или темный эльф мне все не так объяснил. Дурой себя чувствовать не хочется, поэтому виноват явно эльф. Знать бы ещё, к какому виду относится карга, ну хоть примерно. Зверёк высунул неправдоподобно длинный язык и изящно пригладил шерстку над своим глазом.

— Это не собака, мам, — прошептал сын.

— Собака, собака! Еще какая собака! Гораздо лучше овчарки, я тебя уверяю. Она ещё вырастет, вот посмотришь. А нет, тоже хорошо.

— Мам, у собак таких языков не бывает. Я точно тебе говорю. Может, ты не знаешь?

— Собака! Просто дизайнерской породы. Голова от одной породы досталась, язык от другой, именно поэтому он не помещается в пасть.

— Думаешь? А на спине у нее что за холмики?

— Какие холмики? — я присмотрелась к спине мочалки, Лопатки и вправду торчат несколько странно, — Ах, эти? Это жирок. И вообще, собаку нужно срочно отмыть. Возьми мой шампунь и действуй. Только воду очень горячую не делай.

— Твой шампунь? Ее же нужно мыть собачьим. Ты сама говорила, что…

— Мой шампунь как раз собачий. Шелк, блеск, мягкая шерсть, полностью натуральные экстракты всех возможных трав. Я его в салоне забрала из остатков.

— Ага. Я сейчас. А что ты сразу