Мой милый друг - Лаура Кинсейл

– Фолли, это я, Роберт. – Тон его голоса как-то не вязался со злодейской внешностью.

– Да, я вас узнала. – Фоли опустила голову, разглядывая булыжники под ногами.

– Где Лэндер? – сурово спросил он, выпустив ее руку.

– Сопровождает леди Дингли и девочек. Они отправились за покупками.

Роберт тихо выругался.

– Вы не должны никуда выходить без него.

– Но он привез меня сюда, и я сама отослала его. – Фоли старательно избегала его взгляда. – Если нам необходим сопровождающий, пусть он идет с ними и охраняет их на улице. Не думаю, что в конторе поверенного со мной может случиться что-то ужасное.

– Но сейчас вы не в конторе, – хмуро возразил он.

Фоли теребила ленточку ридикюля, щеки ее пылали.

– Вам нельзя ходить по городу одной, – продолжал Роберт. – Я останусь с вами, пока они не вернутся.

– Нет-нет, – запротестовала она. – Не беспокойтесь за меня. У вас встреча с мистером Хокриджем.

– Так вы знали об этом?

– Да, мне сказал сам мистер Хокридж.

– Понятно. Идемте в дом, – сухо приказал Роберт.

Точно провинившийся ребенок или пойманная преступница, она покорно поднялась по ступенькам. Роберт последовал за ней в контору. Клерки и слуги приветствовали его заискивающими поклонами, а мистер Хокридж сам вышел ему навстречу.

– Идемте, мистер Кэмбурн! Так вы встретили миссис Гамильтон? – спросил мистер Хокридж, поклонившись Фоли. – Мы с ней недавно беседовали.

Роберт Кэмбурн коротко кивнул и сказал, обращаясь к Фоли:

– Я здесь надолго не задержусь, мадам. Надеюсь, вы меня подождете. Мистер Хокридж, есть у вас свободная комната?

– Ну конечно! Проходите в кабинет мистера Джеймса, миссис Гамильтон. Он уехал по делам на несколько дней. Может, желаете чаю?

Фоли по-прежнему нe поднимала головы, и взгляд ее случайно упал на руки Роберта – он как раз снимал перчатки. Его пальцы, длинные, смуглые, совсем недавно ласкали ее шею, грудь и… Стыд захлестнул ее горячей волной.

– Благодарю, – вымолвила она. – Да, от чая я не откажусь.

Роберт пробыл у мистера Хокриджа совсем недолго. Пока он отсутствовал, Фоли попыталась засунуть муфту с хорьком под кресло, но Тут был категорически не согласен и требовал, чтобы ему позволили обследовать кабинет. В книжном шкафу мистера Джеймса его удалось изловить, но как только Фоли сняла хорька с полки, он выскользнул у нее из рук и забился под стол. В дверь постучали – клерк принес чай. Фоли выпрямилась и, прошипев грозное предупреждение своему питомцу, уселась в кресло и постаралась принять исполненную достоинства позу. После того как клерк ушел, она снова залезла под стол и вытащила оттуда непокорного зверька, который уже успел поиграть под столом с клубками пыли. Затолкав упирающегося хорька в муфту, она обмотала ее сверху вязаной шалью. Сквозь сетчатую шаль Тут просунул нос и стал похож на миниатюрного тигра в клетке, но на время оставил свои попытки вырваться на волю.

Едва Фоли уселась и, немного успокоившись после охоты за хорьком, положила себе сахар в чай, дверь отворилась, и вошел Роберт.

– Я рад, что мы встретились с вами, миссис Гамильтон, – сказал он, отвесив ей церемонный поклон. – По некоторым причинам, которые мне хотелось бы оставить в тайне, я не смог нанести вам визит в Кэмбурн-Хаусе… Я был… немного не в себе. В Солинджере… и в Дингли-Корте я вел себя не совсем так, как полагается джентльмену. Мое поведение достойно осуждения.

Фоли нервно размешивала сахар ложечкой.

– Так что же, – продолжал он, – вы не соблаговолите взглянуть на меня?

Фоли неохотно подняла голову. В его присутствии она сама не своя и мысли путаются. Как это раздражает! Да, пусть он дьявольски красив – ее волнует вовсе не его внешность. А что? Она и сама не знает. Еще до того, как он поцеловал ее, она трепетала от одного его взгляда. Фоли посмотрела на него с вызовом.

– Я был не в себе, – повторил Роберт. – Я хотел спросить… То есть я хотел бы знать, возможно ли нам… начать все сначала?

– В каком смысле? – холодно осведомилась она.

– Не знаю. Может, мы могли бы… Ведь когда-то мы были друзьями. Фоли резко поднялась и отвернулась от него. – Разве не так, Фолли? – продолжал он допрашивать ее. Она сосредоточенно разглядывала корешки объемистых томов с судебными отчетами. – Вы забыли про наши письма, – тихо промолвил он. О письмах он упомянул впервые. У Фоли сжалось сердце.

– Нет, не забыла, – сказала она. – Но я не думаю, что их стоит считать основанием для возобновления нашей дружбы. Я была очень молода, когда… переписывалась с вами. – Странно, голос ее звучит так уверенно и твердо. – Мы стали старше. И сильно изменились. – Он молчал. Да, с ее доводами не поспоришь. – Мы никогда не понимали друг друга, мистер Кэмбурн, – добавила она. – Мы придумали себе друг друга.

– Да, возможно, – согласился Роберт.

– Но мы переросли мечты молодости. – Фоли осторожно взглянула на него. – С возрастом человек меняется. – Похоже, некоторые меняются до неузнаваемости. – Фоли отвернулась к книжным полкам. Лучше разглядывать пыльные корешки – так спокойнее. За окном слышались крики мальчишки-газетчика, грохот проезжающих экипажей.

– Не хотите ли чая? – спросила Фоли.

Не дожидаясь ответа, она налила ему чай и поставила чашку на стол.

– Благодарю. – Роберт бросил в чай четыре кусочка сахара и долил сливок. «Выпил чаю – он так и называется здесь «чай» – с молоком и сахаром», – писал он ей в одном из писем. Нет, никогда ей не забыть ни строчки!

– Леди Мельбурн просила меня передать, чтобы вы заехали к ней с визитом, – сказала Фоли, беря в руки чашку и усаживаясь в кресло.

– Леди Мельбурн? – озадаченно переспросил он.

Ну вот, ей наконец удалось его смутить, а заодно и сменить тему.

– Да, она жаждет услышать ваше мнение по поводу недавних завоеваний в Синде.

– В Синде? – удивился он. – Мы не воевали в Синде.

– В таком случае вам следует просветить ее по этому вопросу. Нельзя допустить, чтобы вигов неправильно информировали.

– Неудивительно, что они не у власти. Им поставляют неверные сведения. – Казалось, он и сам рад уйти от обсуждения скользкой темы. – А кто такая леди Мельбурн?

– Весьма влиятельная и знатная особа. На ее вечерах присутствуют почти все сторонники вигов, – повторила Фоли слова леди Дингли и добавила от себя: – У нее поразительная память. Она сразу же вспомнила, кто вы и с кем в родстве, едва услышала ваше имя.

– Неужели?

– Она сказала, что вы не являетесь прямым потомком сэра Джеймса Кэмбурна, и назвала вашу сестру, леди Раймэн.

– Сэр Джеймс приходится мне дядей. Я видел его всего один раз, когда приезжал в Лондон еще школьником. – Роберт задумчиво нахмурился. – Не понимаю, почему ей так много о нем известно.