Мой милый друг - Лаура Кинсейл

– Ну хорошо, хорошо, – буркнул Роберт, взял со стола клетку и вышел в коридор.

Фоли снился Тут. Он скребся в клетке и разговаривал с ней голосом Роберта Кэмбурна. Фоли пыталась открыть клетку, но руки ее не слушались.

– Фолли! – послышался настойчивый шепот. – Фолли, проснитесь!

Кто-то осторожно коснулся ее щеки. Фоли застонала и открыла глаза. За окцом светало. Фоли зажмурилась и уткнулась лицом в подушку.

– Фолли! – снова позвал ее тихий голос.

Она резко села в постели и в ужасе вскрикнула. Над ней нависла чья-то тень. Неизвестный отдернул руку, как будто его ужалили, и быстро прошептал:

– Не бойтесь! Это я.

Фоли, тяжело дыша, не сводила с него глаз. К груди она прижимала подушку.

– Вам нечего бояться, – повторил Роберт. Закутанный в черный плащ, он был похож на колдуна.

– О Боже! – выдохнула Фоли.

– Нам надо поговорить.

– Вы с ума сошли! Что вы здесь делаете?

– Но это же мой дом, – возразил он, как будто это все объясняло.

– Ну да, и поэтому вы проникли сюда через окно! – прошипела Фоли. – Почему вы не продемонстрировали этот трюк перед поверенным? Зачем вы прикинулись нормальным, после того как я поклялась мистеру Хокриджу, что вы сумасшедший?

– Должно быть, это любовь, – сухо промолвил Роберт.

– Ну конечно! Что вам нужно? – спросила она, сердито воззрившись на него и натянув одеяло до подбородка. – И не приближайтесь ко мне!

– Как вам будет угодно, мадам, – ответил он, окинув ее взглядом.

Фоли с трудом перевела дух – сердце колотилось где-то в горле.

– Я спрашиваю, зачем вы явились сюда?

– Я должен с вами поговорить.

– Поговорить? И для этого вы залезли в мою спальню на рассвете? Неужели в Индии это считается утренним визитом?

– Тише! – перебил он ее. – Слушайте меня. Что-то в его голосе заставило ее прикусить язычок.

– Так что же?

– Я знаю, вы считаете меня сумасшедшим. Да, вы были правы… отчасти.

– Прекрасно! А теперь подпишитесь под этим заявлением.

– Черт возьми, да послушайте меня! – воскликнул Роберт, сделав шаг к кровати.

Фоли решила, что разумнее будет подчиниться, и покорно промолвила:

– Да, я вас слушаю.

– Я понимаю, в это сложно поверить, но мне кажется, что наша жизнь в опасности.

Фоли насторожилась: сумасшедшие часто пытаются убедить себя и окружающих, что их преследуют злодеи.

– Кого же нам следует опасаться?

– Не знаю.

– Тогда почему вы решили, что нам что-то угрожает? – осторожно поинтересовалась она.

– Меня пытались отравить. Я догадался еще в Солинджере. А Кэти это подтвердила.

Фоли стало не по себе: сейчас он говорил как умалишенный.

– А зачем кому-то понадобилось отравить вас?

– Не знаю! – крикнул Роберт. – Я и сам не был уверен, что это так, но когда нашел… Нет, не стану говорить вам, что именно. Я швырнул это в Темзу. Они убили бедняжку Кэти.

– Убили? Но кто такая Кэти?

– Служанка… горничная в Солинджере. Я видел ее всего один раз, после того как вы уехали. Она принесла мне обед. И призналась, что ее заставляли подсыпать мне яд в пищу. Но на кухне я ее не нашел, а слуги клялись, что такой горничной в доме нет. Вы считаете, что я все выдумал, – продолжал он, заметив во взгляде Фоли явное недоверие.

– Да, это звучит нелепо. Не стоило мне приходить сюда и рассказывать вам все это. Но они украли мои дневники.

– Понимаю.

– Ничего вы не понимаете! Вы же не знаете, что я нашел у себя в номере. Не знаете, какие ужасные минуты я пережил. – Роберт наклонился над ней, и его лицо было так близко, что она разглядела пробивающуюся щетину на его щеках. – Фолли, ваши письма и копии моих писем… я хранил их в дневниках. Теперь у них есть наши письма.

– У них?

– Я не знаю, кто они. Но меня пытались свести с ума. Если бы я не уехал из Солинджера, то убил бы себя. И теперь я боюсь, что, прочитав наши письма, они поймут… – Роберт умолк и отвернулся, потом взволнованно продолжал: – Если они поймут, как много вы значите для меня, то непременно попытаются использовать вас, чтобы меня погубить.

Фоли прижала ладони к горящим щекам.

– Использовать? Но как?

– Не знаю! Они готовы на все, только бы упрятать меня в сумасшедший дом!

– Роберт, – промолвила она как можно спокойнее. – Роберт, вы напрасно так думаете.

– Да послушайте же! Я понимаю, что вы больше не питаете ко мне никаких нежных чувств, но эти письма… тому, кто их прочтет, сразу станет ясно, что… – Он не договорил и отвел взгляд. Стиснув рукой столбик кровати, прижался к нему лбом и зажмурил глаза, словно пытаясь отогнать ужасное видение. – Ради всего святого, послушайте меня. Вы ничего не знаете. Вы даже представить не можете, на что они способны. Я постараюсь оградить вас от опасности. Если я должен застрелиться, чтобы доставить им удовольствие, я это сделаю.

– Не говорите так, – сердито сказала Фоли. – Не смейте так говорить!

– Тогда выслушайте меня и сделайте то, что я скажу.

– Нет, это вы должны выслушать меня. – Фоли откинула покрывало и села на край кровати. – Вы думаете, мне все равно? Нет, мне больно видеть вас таким. – Голос ее дрогнул. – Роберт, не делайте этого, прошу вас.

– Вы ошибаетесь, это не мания преследования. Поверьте мне! Давайте уедем вместе туда, где мы будем в безопасности.

– О Господи, зачем вы это говорите? – со стоном промолвила она. – Яд, какая-то горничная, которую никто не знает. А теперь зовете с собой. Как будто я могу уехать с вами! Вы пугаете меня, Роберт.

– Нет, Фолли, я никогда не причиню вам зла. Клянусь жизнью!

– Вы пытались силой запереть нас в Солинджере! Не знаю, кто там что замышляет, но у вас с головой явно не в порядке!

– Теперь мой разум прояснился. Поверьте мне, умоляю. – Он опустился подле нее на колени и накрыл ее руки своей рукой. – Я только хочу, чтобы вам ничто не угрожало. Фолли, вы должны уехать со мной.

Фоли посмотрела ему в лицо. На мгновение ей показалось, что перед ней настоящий Роберт – ее любовь и спасение. И в то же время он говорит такие странные вещи, и говорит так убежденно и искренне. – Роберт, я не могу, – беспомощно пролепетала она.

– Позвольте мне увезти вас туда, где я смогу вас защитить. Здесь я не смогу этого сделать. Они ищут нас. Оставаться опасно.

– Вы все это выдумали! – в отчаянии воскликнула она.

– Черт подери! – Роберт вскочил на ноги. – Так вы никогда не поверите мне снова?