Женское начало - Галина Врублевская

Также на юбилей к Палеям была приглашена и другая супружеская пара – Олег и Катерина Котовы. Олег Артурович Котов сумел возместить значительный ущерб, нанесенный ему беспощадными кредиторами. За минувшие годы он превратился в респектабельного коммерсанта, основал крупную продовольственную сеть. Бизнесмена уважали за благотворительность – его вклад в фонд помощи инвалидам, в котором работали Палеи, был самым весомым. У Котова подрастал сын, а сам коммерсант собирался баллотироваться в депутаты. Но сделка с совестью, попытка выпутаться из своих бед за счет другого, имела для Котова последствия непредсказуемые. Не только Павел оказался в заключении, сам Олег попал в тиски несвободы. Теневые авторитеты контролировали каждый его шаг, заносили над его головой домоклов меч угрозы разоблачения.

А еще Палеи, особенно Марта, надеялись увидеть у себя на празднике Яну Ковалевскую. Подруга жила теперь по соседству, в десяти минутах ходьбы от их дома, но появлялась у друзей считанные разы. Яна с головой погрузилась в финансовую деятельность, остальная жизнь ее занимала мало.

Яна въехала в новую высотку, выросшую на гребне уплотнительной застройки на Варшавской улице. Она выбрала этот микрорайон за удобную связь с центром, за почти прямой выход на правительственную магистраль. Яна оценивала теперь дороги и маршруты, как автомобилист, потому что у нее появилась аккуратная дамская машина – голубой «Пежо». Карьера Яны была на подъеме: безработная программистка, она же – учительница, уволенная за непригодность к профессии, нашла, наконец, свое призвание. Выпускница матмеха стала авторитетным аналитиком финансового рынка.

Наметились перемены к лучшему и в ее личной жизни: немалую роль в этом сыграло совместное проживание Яны с Валерием, мастером водоканала. Долгое время оба удовлетворялись расслабляющей негой, возникающей в те минуты, когда их обнаженные тела касались в постели друг друга. Но Валерий становился все активнее, раскрепощалась и Яна. Продолжение намекало о себе самым причудливым образом. Во сне Яна часто попадала в бордели и пыталась спастись от преследования клиентов. В иные ночи она со страхом поднималась по бесконечным лестницам средневековых башен, где за любым поворотом ее мог поджидать наводящий ужас разбойник с ножом в руке. Нередко он набрасывался на нее и заключал в свои объятия. Проснувшись от ужаса, Яна наяву ощущала незнакомые, но приятные толчки внизу живота. Тогда она крепко прижималась к спине Валерия, испытывая болезненное отчаяние от невозможности единения. Валерий рассказывал Яне, что тоже видит эротические сны, однако о подробностях умалчивал. Однажды их сны чудесным образом вошли в резонанс – оба проснулись одновременно на пике возбуждения. Все произошло так, как будто у любовников не было страхов и комплексов: спящую красавицу окропили живой водой, а заколдованного рыцаря коснулась палочка доброго волшебник.

Когда интимная жизнь слегка наладились, Валерий стал настаивать на оформлении брака. Яна тянула с решением, потому что новый этап их взаимоотношений осложнился новыми проблемами. Яне теперь недоставало пылкости Валерия, а он начал ревновать ее без всякого повода. Пошли конфликты в быту. С возвращением потенции к Валерию он стал самонадеян и менее внимателен к своей гражданской жене. Теперь он отказывался посещать музеи или ехать за город в выходные дни, а, как большинство мужчин, полеживал на диване, уткнувшись в телевизор или газету. Валерий напоминал Яне, что ему уже сорок пять и что он хочет нормальной жизни.

После переезда Марты к мужу Яна выкупила ее площадь, и теперь у них с Валерием было две смежные комнаты. Заколоченную межкомнатную дверь раскрыли незадолго до того, как между любовниками пробежала кошка. Но теперь дверь опять все чаще запирали, разбежались по разным комнатам. Валерий утыкался в телевизор, лежа на диване в спальне, а Яна застывала перед экраном компьютера в своем «кабинете», углубляясь в работу. Прежний ее опыт – высчитывание вероятности побед и поражений в спортивных поединках – пригодился в новой работе. Яна безошибочно определяла, когда следует скупать акции, а когда продавать их. Еще до официального объявления могла предсказать банкротство или крах фирм, предвосхитить взлеты. Приобретенная комната, а затем и машина стали материальным подтверждением того, что Яна состоялась в профессии. Следующим шагом обозначилась квартира в строящемся доме на Варшавской, уже частично оплаченная.

Домашнее хозяйство продолжало лежать на Валерии, хотя занимался он обедом и уборкой без былого энтузиазма. Яна вовсе не имела охоты кухарничать и равнодушно съедала приготовленную Валерием картошку с мясом или плов. Других блюд в его меню не было. В одно из воскресений Валерий объявил, что к обеду приглашен гость. Яна удивленно вскинула брови: гостей у них отродясь не бывало.

– Мы ведь собираемся расписаться, Яна, потому я и решил, что пора познакомить тебя с сыном. Он уже взрослый, все поймет, как надо. Вам давно пора познакомиться.

Яна временами забывала, что у ее гражданского мужа есть ребенок. По молчаливой договоренности, он оставался вне сферы их разговоров. Она даже ни разу не видела его. Вначале Валерий ограждал ее от встреч с мальчиком, полагая, что сын находится в трудном возрасте и надо щадить его чувства. Повзрослев, парень нарочито не интересовался частной жизнью отца. Залогом их равноправной мужской дружбы оставались ежегодные поездки в деревню, рыбалка и охота. И вот настало время предъявить сыну почти законную новую жену.

Яна приоделась, выбрала нарядный красный джемпер из тонкого трикотажа с махровыми кисточками по подолу – подарок Валерия, брюки надела обычные, в них она появлялась на бирже. Помогла организовать стол, расширив привычное воскресное меню двумя покупными салатами и бутылкой шампанского для гостя и себя: Валерий по-прежнему держался трезвенником.

Едва гость появился на пороге, у Яны ухнуло сердце: она узнала его. Да, возмужал: раздался в плечах, массивнее стали грудь и шея, гуще звучит бас. Правда, чуть поблекли прежде голубые глаза, а волосы, напротив, потемнели, стали русыми, но сомнений не было – это Женя Иванов. Ученик, из-за которого оборвалась ее школьная карьера. Евгений тоже узнал бывшую учительницу. Он же задал тон новому витку отношений: смеялся над самим собой в мальчишестве, говорил, что догадывается, сколько хлопот приносил учителям. Яна подхватила шутливые интонации, тоже рассказала забавные случаи на уроках и ни слова укора не принесла за убийственную ложь на педсовете. Ну, сказал мальчишка, что покорил учительницу, так сколько лет ему было! Оба вспоминали только приятные моменты из той жизни. К концу обеда Валерий почувствовал себя совершенно лишним – сын и Яна общались исключительно между собой. Торжественно задуманная им помолвка превратилась в фарс.

Расставаясь, молодые люди были уверены, что в скором времени встретятся вновь: тайком от отца Евгений сунул Яне в ладонь записку с номером своего телефона. Он, как истинный спортсмен, помнил, что не одолел планку, не сумел в юные годы добиться победы над этой женщиной, и теперь, возмужав, во второй раз хотел попытаться взять непокоренную высоту. А Яна и не собиралась возводить неприступный бастион. Ей было все равно, с кем испить хмельной напиток жизни, лишь бы забыть о хмуром мастере водоканала, правильном и скучном, как таблица умножения. С Валерием в их редкие интимные моменты, она не испытывала ничего, кроме раздражения. Яна переносила теперь свою неутоленную страсть на профессиональное творчество, так что Евгений подвернулся очень вовремя.