Днк, или Верни моего ребёнка! - Татьяна Михаль

— Я дала вам такую возможность против Северского и вместо того, чтобы его уничтожить любым действенным способом, вы пытаетесь припугнуть его при помощи муляжной взрывчатки!

— Ника, успокойся. У меня нет намерений, убивать Северского. По крайней мере, пока, — проговорил Павел Петрович и уродливо улыбнулся.

— Что?! — опешила я и вскочила с кресла. — Вы же… Вы же говорили, что сотрёте его с лица земли! Воспользуетесь моей информацией и сотрёте его в порошок!

— Сядь! — приказал он мне жёстко. — И прекрати истерить.

Села, гневно глядя на мужчину, которому я решила довериться и в итоге, чувствую, прогадала.

— Твоя информация, конечно, любопытная, Ника, но не имеет особого значения в борьбе с Северским. Репутация его от этого не пострадает, особенно, после того заявления на благотворительном вечере. И уже тем более, он не перейдёт на мою сторону. Лучше подумай и пораскинь своими мозгами, что конкретно могло бы повлиять на твоего бывшего мужа, чтобы он начал делать то, что я от него требую, — он сцепил пальцы в замок и склонился ко мне. — А если не придумаешь, то знай, я – не Северский и терпеть тебя в своём доме не собираюсь. Тут же вышвырну как шавку. А теперь пошла отсюда.

Слышать подобное было не то, что неприятно, это было крайне унизительно!

Я поднялась со своего места и, склонившись над мужчиной, тихо, но зловеще произнесла:

— Я знаю, что может смотивировать Дмитрия пойти на всё, что угодно, но…

Коварно улыбнулась, не спеша продолжать свою мысль.

— Но? — спросил Павел Петрович, сузив свои злые глаза. — Договаривай, раз открыла рот.

— Но я поняла одну вещь – я не стану с вами работать, если вы мне железно не прогарантируете, что я получу всё, чем владеет Северский, начиная от его дома, банковских счетов и заканчивая его трусами. Я хочу всё.

Он усмехнулся и покачал головой.

— Не повезло Северскому с тобой, Ника. Ой, как не повезло. Бедный мужик. В этом плане мне даже его немного жаль. Не допусти Господь мне или моему сыну когда-нибудь наткнуться на такую же тварь как ты.

Я разозлилась и процедила:

— Это всё лирики, Павел Петрович. Мне нужен ответ, а не ваши рассуждения.

Павел Петрович неожиданно для меня выкинул вперёд руку и схватил меня за подбородок, больно его сжав. Склонился над моим лицом и, дыхнув на меня зловонием из своего рта, жёстко произнёс:

— Договорились, маленькая мразь. Ты получишь всё, чем владеет Северский. Но сначала, я хочу получить результат того дела, что он сейчас ведёт. Я не могу проиграть, но Северский делает всё так, что я понесу не просто огромные, а колоссальные убытки. Он вынесет решение не в мою пользу, и я должен этому помешать. Я не пожалею ни средств, ни людей в достижении своей цели. И ты, Ника, если дорожишь своей шкуркой, прекратишь себя вести со мной так, будто мы на равных. Без Северского ты бы так и осталась никем. Поэтому прекрати строить из себя важную особу и рассказывай. Если твоя информация принесёт мне пользу, то тогда… я сдержу своё слово, Ника. Сдержу. Всё поняла?

Моргнула, давая понять взглядом, что поняла.

Он также резко отпустил меня и вернулся в своё кресло.

Я потёрла подбородок, который начинал болеть от стальной хватки мужчины и, дав себе слово, отомстить этому уроду за его слова, ровным тоном произнесла:

— Дима больше всего на свете любит и дорожит своим сыном, Филиппом.

Павел Петрович нахмурился и сказал:

— Ребёнок ведь не его.

Я хмыкнула.

— Верно, не его, но Дмитрий так не считает. Он прикипел к мальчику как к родному и сделает ради него абсолютно всё, что угодно.

Мужчина посмотрел на меня долгим взглядом и задумчиво произнёс:

— А что, это мысль. Раз липовая бомба Северского не испугала, то можно пойти и другим путём. Он не боится за свою жизнь, но будет переживать за жизнь ребёнка.

Павел Петрович довольно улыбнулся и сказал:

— Вот видишь, Ника, если хорошенько тебя прижать, то ты сразу начинаешь соображать. Но это слишком рисково.

— Есть и другой способ решить все вопросы одним махом, — сказала я жёстко. — Нужно убить Дмитрия. И тогда, дело, которое он ведёт, достанется другому судье. И я получу то, что хочу.

— Ты мыслишь слишком узко, Ника, — проговорил Павел Петрович. — Твой бывший муж нужен мне. Он гениален. Северский может провернуть и обставить любое дело так, что не подкопаешься. Он знает законы, как никто другой их не знает и ловко их трактует. Я должен заполучить такого человека в свою команду.

«Урод!»

— Пока можешь быть свободна. Я досконально обдумаю твои слова насчёт привязанности Северского к мальчику, а потом приглашу тебя для уточнения некоторых деталей.

Кивнула и удалилась, сжимая руки в кулаки.

Пока этот урод будет думать, и планировать, Дима уже женится на этой змее Солнцевой!

Я не могу этого допустить!

Мужики – все идиоты!