Лола и любовь со вкусом вишни - Стефани Перкинс

– Та-дам! – Сент-Клэр появляется в лобби, словно по волшебству.

Как всегда, он старается для Анны. Сегодня четверг, и у него по расписанию нет работы, но он конечно же пришел. Хотя сегодняшний вечер особенный. Он кого-то привел.

Есть у Крикета Белла одна черта. Когда он заходит в комнату, его невозможно не заметить. Первое, что бросается в глаза, – это рост, однако вскоре его затмевает бьющая через край энергия. Парень движется так же быстро, как и сестра, только с неконтролируемым энтузиазмом – одно сплошное непрерывное движение тела, рук, ног. В последние несколько встреч он вел себя сдержанно, но сейчас оживлен до предела.

– Анна, – говорит Сент-Клэр. – Это Крикет.

По сравнению с Крикетом Сент-Клэр просто карлик. Они похожи на Роки и Бульвинкля^[29], а учитывая их взаимопонимание, можно сделать вывод, что парни дружат давно.

Анна улыбается:

– Мы потеряли друг друга в общежитии. Наконец-то ты нашелся.

– Более того, – смеется Крикет. – Я о тебе слышал только самое хорошее. На самом деле, если б я не стоял рядом с твоим бойфрендом, наверняка сам предложил бы тебе встречаться.

Девушка вспыхивает, но Сент-Клэр тут же запрыгивает в кассу и заключает Анну в объятия.

– Мояааа! – кричит он.

Парочка, покупающая у меня билеты, косится на Сент-Клэра с опасением.

– Прекрати. – Анна со смехом отталкивает парня. – Тебя уволят. И мне придется содержать твою жалкую задницу всю оставшуюся жизнь.

Всю оставшуюся жизнь!

Почему мне всегда становится так неловко? Меня ведь не угнетает их счастье, так ведь? Сент-Клэр запрыгивает на свое любимое место, на конторку, и они с Анной вместе над чем-то смеются. Крикет ждет по другую сторону стекла и выглядит довольным. Я протягиваю парочке сдачу.

– Итак… что ты делаешь в городе во время учебной недели? – спрашиваю я.

– Час назад встретил Сент-Клэра, и он предложил мне пройтись. Сказал, что можно посмотреть кино, – громко сообщает Крикет.

– Точно, – говорит Сент-Клэр. – В киношку! Давай. – Однако он тут же поворачивается обратно к Анне.

Мы с Крикетом обмениваемся улыбками.

– Заходи. – Я киваю на дверь в кассу.

Мужчина в пушистом свитере цвета шартрез^[30] подходит к моему окошку, но даже это не в состоянии оторвать меня от созерцания Крикета, направляющегося к двери. Эти длинные, плавные шаги. Меня вот-вот накроет сердечный приступ. Парень входит, и я тут же отвожу взгляд.

– Приятного просмотра, – говорю я мужчине в свитере.

Крикет ждет сзади, пока я печатаю билеты еще двум посетителям. Рядом с ним невозможно сконцентрироваться. Лобби вновь опустело, и парень садится на соседний стул. Его брючины приподнимаются, демонстрируя носки. Голубые в фиолетовую полоску. На левой руке у него написано: ГЛ 12, ШАМПУНЬ, КОРОБКА.

– Как ты? – спрашивает Крикет. И это не дежурный вопрос.

Я на минутку снимаю очки, чтобы потереть уставшие глаза:

– Пока жива.

– Но ведь она не останется надолго. – Крикет теребит свои часы. – Так ведь?

– Кредит ей не дадут, ну а снять апартаменты не получится, потому что она никогда не оплачивает жилье вовремя, и это все знают.

Крикет корчит рожу:

– Другими словами, завтра она не уедет.

– Обвинения в попытке взлома, когда она пыталась прорваться в свои апартаменты, тоже не прокатят. – Я скрещиваю руки. – Она хочет, чтобы Натан снял с нее обвинения через суд, но он не станет. Она была не права.

Крикет хмурится еще сильнее, и до меня доходит, что он ничего не знал о недавнем аресте. Зачем я его посвятила во все это? Наверное, потому что он и так все обо мне знает.

– Мне жаль. – В голосе Крикета слышится мука. – Могу я чем-нибудь помочь? Он хочет меня обнять, но сдерживается, отчего его мускулы слегка напрягаются.

– Что за коробка? – спрашиваю я.

Парень хмурится:

– Что?

Я показываю на его руку:

– Прочти главу двенадцать и купи шампунь, так? А что за коробка?

Правая рука Крикета машинально накрывает левую.

– О. Уф, надо найти одну.

Я жду более подробных объяснений.

Парень отводит взгляд:

– Я этим занимаюсь. Ищу коробку. Чтобы перетащить барахло обратно к родителям. Моя комната в общежитии забита вещами. А здесь спальня пустует. И там куча места для всяких вещей.

– Ты… ты ведь проводишь там почти все выходные.

– И праздники, и летние каникулы, – с готовностью подтверждает Крикет и тут же мрачнеет, словно смутившись собственной откровенности: мы уже не одни.

Сент-Клэр так быстро встревает в разговор, словно все это время подслушивал нас:

– Эй, а вы знаете, что Крикета Белла назвали так в честь Александра Грэхема Белла?

– Всем, кто знаком с Крикетом, это известно, – усмехаюсь я.

– Правда? – Анна искренне заинтересована. – Это клево!

Крикет чешет шею:

– Нет, это просто дурацкое совпадение, вот и все.

– Ты сейчас шутишь? – восклицает Сент-Клэр. – Это ведь один из самых великих изобретателей в мировой истории. Всех времен! И…

– Ерунда, – обрывает приятеля Крикет.

Я ошеломлена, но потом вспоминаю, что в первую ночь, когда Крикет вернулся домой, он сильно смутился при упоминании своего полного имени. Что-то изменилось. Но что?

– Не обращай внимания на его энтузиазм, – говорит Анна, с улыбкой глядя на своего бойфренда. – Он просто историк-ботан.