Наездница. Сожженная тобой - Людмила Райот

- Посмотри, Марсель! Почти приехали. Ты бы хотела жить в такое доме? - граф показал мне на что-то за окном, но я так и не выглянула наружу.

- Мистер О'Коннор... Папа. Хочу попросить тебя — не зови меня Марсель. Ни сам, ни тем более при других людях. Хорошо? - я строго посмотрела на него.

- А как же тебе называть, малышка? - граф отлип от окна и попытался отвлечься от навязчивых мыслей о богатстве Кавендишей. Столь серьезная смена разговора далась ему непросто. - «Моя наследница»? «Мисс О'Коннор»?

- Марс.

- Ну это как-то несерьезно, - возмутился он. - Слишком коротко и по-мужски...

- Пусть так и будет! Коротки и по-мужски. Прошу тебя, - мне захотелось возмутиться в ответ (о чем он думал, когда выбирал имя дочери?!), но из глубины моей противоречивой, оглушенной потерей Брукса натуры вдруг проступила твердость. Действительно достойные представителя сильного пола спокойствие и упрямство. Я уверенно выдержала насмешливый взгляд отца, и ему пришлось уступить.

- Хорошо... Марс. Постараюсь запомнить.

- Спасибо.

За последнее время я и так потеряла все, что только можно — смысл жизни, уверенность в завтрашнем дне, опору в виде родного дома и даже саму себя. Если в моей новой реальности все будут звать меня нелюбимым именем — это станет последней каплей.

Усадьба Кавендишей и правда поражала воображение. Герцогу принадлежали гектары ухоженных, прекрасно возделанных земель, но сам «дворец», обитель высокопоставленного пэра, был виден из каждого уголка его владений. Огромное белое здание внушало трепет, уважение, и при этом было не лишено красоты.

Хотела бы я жить в такое доме, папа? Нет, нет и еще раз нет.

Хозяин владений уже ждал нас на крыльце — как по мне, такая предупредительность вовсе ни к чему, но О'Коннор пришел в неописуемый восторг. Лорды встретились, как закадычные друзья — пожали друг другу руки и обнялись. Я уж понадеялась, что они на радостях забудут о моем существовании, но отсидеться в карете не удалось: отец вытащил меня на воздух и гордо представил всем вокруг.

- Знакомьтесь, моя дочурка — Марсе... То есть, Марс. Просто Марс, - он поймал мой предупреждающий взгляд и скривился.

Кавендиш, в свою очередь, ничуть не удивился странному имени или наряду. Лишь посмотрел на меня: изучающе, внимательно и немного прохладно. Он был старше отца, и вообще показался мне почти стариком — высоким, поджарым, почти истощенным. Такой тип людей с возрастом не полнеет, а наоборот, истончается, высушивается и теряет последние соки, покрываясь сеточкой мелких морщин. У него были абсолютно седые волосы и борода и льдистый, колючий взгляд карих глаз: не то, чтобы презрительный... изучающий. Герцог являлся успешным дельцом и устроителем скачек с многолетним стажем. Такие, как он, анализируют людей также, как и лошадей на соревнованиях — определяют породу, мысленно взвешивают, смотрят зубы и потом уже решают, стоит ли ставить на тебя хоть шиллинг.

- Добрый день, лорд Кавендиш, - выдавила я и присела в реверансе. - Папа много рассказывал о вас.

- Добро пожаловать, мисс, - тот скупо улыбнулся в ответ... и на этом все. Можно даже не надеяться, что он слышал обо мне хоть что-то. Все эти семнадцать лет у союза Кавендиш-О'Коннор явно находились более важные темы для разговоров.

 Сына рядом с ним не наблюдалось, и я вздохнула с облегчением. Вдруг случится чудо, и его не будет вплоть до самого конца обеда? Наследник герцога мог многое успеть за одну-единственную ночь... Переехать, жениться, скончаться... Вероятность столь удачного исхода была не очень велика, но она существовала.

Моя надежда крепла с каждой минутой, проведенной в гостях. Кавендиш-отец самолично водил нас по имению, заставлял спускаться и подниматься по устилающим лестницы коврам. Показывал доспехи, прячущиеся в углах комнат, рассказывал истории создания картин и гравюр, покрывающих стены орнаментом лиц и пейзажей. А Кавендиша-младшего все не было.

Наконец пришла очередь главного события — маленького, организованного специально для нас банкета. Мы попали в гигантский обеденный зал. Дневной свет проникал внутрь через высокие окна, заливал длинный стол и изящные стулья. От обилия блюд разбегались глаза, слуги стояли почетной шеренгой - вышколенные, чопорные и до невозможности серьезные.

Обед был накрыт на четверых. Две тарелки с одной стороны — там разместилось старшее поколение, а еще две с другой. Место рядом со мной пустовало. Я вознесла богу благодарственную молитву (не за дарованную еду, а за то, что избавил меня от общества неизвестного, но уже всей душой нелюбимого жениха) и приступила к еде.

Гром грянул неожиданно. Слуги как раз убрали первое и накрыли второе, когда входная дверь хлопнула, и в зал ввалился высокий мужчина. Лениво переставляя длинные ноги и чуть пошатываясь, он прошел к столу и плюхнулся на соседний стул.

- Где ты пропадал, Клифф, - сухое лицо герцога Кавендиша заколебалось, задрожало от скрытого гнева. - Тебя все заждались!

- Немного задержался в городе, что такого? Ночка выдалась чересчур бурная...

Я оцепенела, на этот раз вознося небу проклятия. Судя по доносившемуся до меня запаху вчерашнего виски, смешанному с сигаретным дымом и отголосками женских духов, вчерашняя ночь у наследника герцога и правда оказалась насыщенной. И как он только дотащился до имения?

Отец потемнел и нахмурился, герцог выпрямился, словно проглотил жердь.

- Ладно. Об этом мы поговорим после. А пока, будь добр, представься леди О'Коннор, как полагается.

- А где здесь леди? - юноша (теперь-то я разглядела, что вошедший всего на несколько лет старше меня, просто неряшливый внешний вид, отросшая щетина и темные круги под глазами прибавляли ему возраста) огляделся, потом увидел меня, словно впервые. - Неужели ЭТА? А я уж удивился, кто пригласил служанку к нам на обед...

Лорд Кавендиш грохнул по столу кулаком. Тарелки подпрыгнули и жалобно зазвенели, персонал прижался к стене, безуспешно стараясь слиться с бежевыми обоями.

Я осталась непроницаемой, хоть это стоило усилий — меня начал разбирать неуместный, нервный смех.

- Представься, как положено, - отчеканил герцог, и его сын честно попытался сфокусировать взгляд и сосредоточиться. Он широко зевнул и поправил запыленный сюртук.

- Клифф, лорд Кавендиш-младший, первый и единственный наследник герцога, надежда и наказание титулованного и всеми уважаемого отца... - протянул он и, не вставая, смешно поклонился, чуть не врезавшись лбом в столешницу и мазнув темной челкой по тарелке. - Значит, ты и есть та девчонка с ирландской конефермы?

Он повернулся всем телом, рассматривая меня с головы до ног.

Воцарилось гробовое молчание. Отцы пребывали в состоянии шока, слуги отмерли и распустили уши — какая потрясающая пища для сплетней! Какая удача! Я молча отправила в рот очередной кусочек пирога с говядиной, не поведя и ухом в сторону нахального пэра.