Девушка моего друга - Анастасия Соловьева

Сначала я заикалась, путалась в словах и предложениях, но подруга ободряюще улыбалась, подливала вино, чтобы мне было легче откровенничать. Я рассказала про Андрея и ужасный первый секс, после которого всерьёз считала себя холодной рыбёшкой. Упомянула постельные пытки с удушением, предательство лучшей подруги, свой страх и замкнутость, побег в магазин комиксов, дружбу с Русланом. Я была искренней, потому что Яна заслуживает доверия.

— Нет, какой смысл мстить Андрею? — отвечаю на её странный вопрос. — Всё прошло, давно переболело. У меня новая жизнь, я не слежу за бывшим.

— Я бы его кастрировала, — бесится Янка. — Хотя нет, сначала выдрала бы патлы твоей бывшей подруге, а потом поиздевалась над Андрюшей. Вот поэтому я не влюбляюсь в мужиков. Приятно провожу время, занимаюсь сексом, хожу на свидания, но серьёзные чувства — нет уж, извольте. Поматросит и бросит, а мне потом что делать? Как себя восстанавливать?

Яна машет рукой, показывая, что не хочет слушать мои возражения. Всё же она очень ранимая. Изображает наивную дурочку, чтобы клеить мужчин, а на самом деле отчаянно жаждет любви и боится обжечься. Впрочем, как и большинство людей.

Телефон пиликает, но я не спешу взять его в руки. Я написала отцу три дня назад, ответа так и не дождалась. Может, он редко заходит в фейсбук, а зелёный кружочек напротив его аватарки совсем не означает, что отец сейчас онлайн? Ну или он не знает, как открывать сообщения, или его аккаунт взломали? Должна же быть какая-то причина?

Обманываю себя день за днём, но внутренний голос всё громче шепчет: “Ты не нужна отцу, смирись”. Посылаю его на три весёлых буквы, даю обещание, что напишу папе ещё одно сообщение, как только буду готова.

Надежды почти не осталось, поэтому я не сразу проверяю уведомление.

Всё же смотрю в телефон. Фейсбук. Сообщение от Сергея Родникова.

Невольно вскрикиваю, тру глаза, пытаюсь удостовериться, не плод ли это моего воображения. Вдруг после вина и трёх дней ожидания у меня начались глюки.

Но зрение не обманывает. Открываю сообщение.

Привет! Это Таня, дочь Сергея. Папа почти не заходит в фейсбук, печатать на клавиатуре не умеет. Я иногда проверяю его страничку, но не сразу заметила твоё сообщение. Показала папе, он в шоке, не может поверить, что у него всё это время был ребёнок от первой жены. Ему сейчас тяжело, поэтому я пришла на помощь) В голове не укладывается, что у меня есть сестра, а не только Костик, мой младший брат.

Прости за сумбур. Жду, пока папа раздуплится. А пока напиши что-то о себе, я хочу знать всё!

— Юль, тебе папа ответил?

Киваю. Янка наливает ещё вина, быстро нарезает сыр, выкладывает на тарелку оливки и ветчину.

— Ты, главное, закусывай, — улыбается она. — И дыши глубже.

— Я стараюсь. Написала моя сестра. Говорит, отец в шоке.

— Не удивительно. Самое грустное в вашей ситуации — это потерянные годы.

— Да уж.

Набираю сообщение. Пишу о полученном образовании, о работе продавца-консультанта и съёмной квартире. Какой же бред! Кому нужна эта скучная информация? Стираю всё до последнего слова, печатаю первое, что приходит в голову.

Привет! Я тоже сейчас в каком-то неадеквате. Люблю рисовать, продаю комиксы гикам, встречаюсь с лучшим в мире мужчиной, а сейчас пью винчик с подругой, чтобы не потерять остатки разума. Я очень рада, что ты ответила! Не верила до конца, что нашла своего отца. Так просто — несколько минут поиска в соцсетях, и вот я общаюсь со своей сестрой. А до этого и не подозревала о твоём существовании.

Напиши тоже что-то о себе. И передай отцу, что я безумно рада. Просто не выразить словами, как я счастлива от того, что он у меня есть!

Янка достаёт вторую бутылку, задумчиво жуёт сыр и смотрит в мировое пространство. Когда я отправляю сообщение, мы с подругой чокаемся и пьём вино.

— Бррр, оно креплёное, — передёргиваю плечами, перебиваю оливками привкус спирта.

— Блин, случайно не то купила, — вздыхает Яна. — Ну да ладно, я выпью.

— Ты чего загрустила?

— Не знаю, — хмурится подруга. — Наверное, зависть проснулась. Ты не подумай плохого, я за тебя очень рада! Просто разучилась ловить кайф от жизни. Клубы, знакомства в тиндере, секс на одну ночь — всё не в радость, эмоций не хватает. Вот я и завидую. Противное чувство, знаешь ли.

— Ещё как знаю! Когда я училась в универе и была психом-одиночкой, то очень завидовала всем вокруг. Без желчи и злости, всего лишь мечтала о другой жизни. Это нормальное чувство, хоть и неприятное, конечно. Может, ты готова к чему-то серьёзному, раз привычные формат отношений не вызывает прежних эмоций?

Янка залпом допивает бокал креплёного вина, кривится, чешет нос, а затем признаётся:

— Да, возможно. Денис так трепетно к тебе относится, это очень бросается в глаза. И ты расцвела за неделю: посвежела, перестала закалывать волосы, улыбаешься всё время. Оказывается, есть в этом мире отношения, основанные на искренней любви. Я привыкла, что всё сводится к банальной похоти или к деньгам, что ещё хуже.

Приходит ещё одно сообщение в фейсбуке.

— Юль, отвечай, не обращай на меня внимания, — Янка видит, как я подрываюсь при звуке оповещения, и снова тянется за вином. Кто-то решил напиться.

— Ян, это же не срочно.

— Не надейся, я больше не собираюсь изливать тебе душу. Это было минутное помутнение рассудка, — хихикает подруга. Взмахивает волосами, тянется за оливкой, указывает пальцем на телефон. Вернулась весёлая и беззаботная Янка, из-за чего мне становится грустно. Месяц назад я тоже притворялась счастливой, когда в душе всё переворачивалось от боли.

Понимаю, что разговор больше не будет таким душевным. Вздыхаю, открываю сообщение от сестры.

Да что о себе писать? Мне двадцать два, изучаю французский язык и литературу, пишу стихи. У брата скоро выпускной в школе, совсем взрослый уже, осенью будет поступать в институт кино и телевидения. Может, крутым режиссёром станет, но это не точно)

Папе уже лучше, читает нашу переписку. Говорит, что счастлив, хочет с тобой познакомиться. Может, созвонимся по скайпу на днях? Как раз от шока отойдём))

— Неужели опять соседа черти принесли? — возмущается Яна, когда в дверь начинают звонить.

— Может, не открывать?

— Да ладно, пойду обматерю его, — Яна встаёт, держится за стол,