Любовь (не) навсегда. У тебя есть дочь - Мила Гейбатова

– Белла, – он пришел сюда, в наше бюро, – отобедай со мной, пожалуйста.

Я оторвала удивленные глаза от компьютера, естественно, хотела отказать. Но не смогла. Что–то в его взгляде заставило передумать.

– Конечно, идем, – только и сказала, взяла сумку и отправилась вслед за Вито.

На этот раз он не тащил меня далеко в модный ресторан, мы зашли в простое кафе напротив. Заказали еду и долгое время молчали. Наконец, он все же заговорил.

– Я уезжаю, Белла, – услышала я горечь. – Пора оставить плохое и вернуться на родину строить хорошее.

– Будешь пытаться помириться с женой? – я сразу поняла, о чем речь.

– Да, – Абати улыбнулся, – надеюсь, получится.

– Обязательно получится, – я взяла его за руку и немного сжала, – все будет хорошо.

Собственно, на этом наша встреча закончилась. Других слов мы так и не сказали, поняли друг друга без них. Но Алекс приревновал, конечно.

Возвращаюсь в настоящее и ностальгически улыбаюсь, вспоминая тот момент. Маркелов был очень мил и совсем не грозен, хотя хотел казаться таковым.

А теперь еще кольцо. Опускаю глаза на безымянный палец, украшение прекрасно. Мой принц именно такой, какие бывают в сказках. Только никак не наступит наше долго и счастливо.

Не все драконы побеждены, и не все проклятия разрушены. Интересно, удастся с ними справиться?

Перед глазами сразу возникает картинка, как мы втроем с Алексом и Милой лежим на нежном песочке, рядом океан, а сверху летают экзотические птицы.

Затем декорации сменяются, и мы уже дома, только не в моей маленькой квартирке, а в большом доме. Это настоящее семейное гнездо. Повсюду общие фотографии в рамках, есть большой камин, а в углу стоит наряженная ель. Новый год. И мы почти вчетвером, у меня большой выпуклый живот.

Следующая фантазия отправляет во время, когда маленький братик Милы начинает ходить. И снова мы вчетвером, только теперь на прогулке в парке. Как мне всегда хотелось, когда я завидовала всем тем, кто гуляет с папами.

Вдруг звонит телефон. Беру, не глядя, выныривая из собственных грез.

– Анастасия, здравствуйте, – доносится незнакомый голос, – это оперуполномоченный Петров. Произошла авария, нам нужно, чтобы вы приехали на опознание.

Смысл слов не сразу доходит. Сердце гулко стучит в висках, и я почему–то слышу только его, силясь понять, что хочет от меня этот человек.

– Что? – выдавливаю короткое из себя.

– Приехать говорю, можете? Я вышлю адрес в сообщении. Обычно мы звоним родственникам, но сестра Александра Юрьевича Маркелова пропала.

– Что с ним? – отрывисто спрашиваю.

– Давайте вы приедете, и мы поговорим, – смягчается голос Петрова.

– Хорошо, – механически отвечаю, кладу телефон.

Встаю на ноги, хочу добраться до кулера попить воды или умыться. Но конечности не слушаются, я падаю без сознания на пол.

Глава 60

Туман, темнота, вакуум. Какие–то голоса. Белая пелена перед глазами. Люди. Они заставляют вернуться к ним, очнуться.

– Анастасия, как вы себя чувствуете? Вы упали в обморок, – перед глазами озабоченное лицо парня в белом халате.

Такой молодой, бледнее меня. Нервничает, наверное.

– Не знаю, – язык с трудом шевелится, перед глазами черные мушки.

– Был скачок давления, оно резко упало, а пульс, наоборот, поднялся. Держите, это поможет, – он сует что–то мне в рот, – рассасывайте.

Послушно выполняю требование. Лениво оглядываюсь, оказывается, меня кто–то перенес на диван в кабинет начальника. Витольд Сергеевич тоже тут вместе с доброй половиной моих коллег.

На автомате отмечаю их встревоженные лица, но внутри не возникает абсолютно никаких чувств. Апатия руководит балом.

– Может, ее в больницу? – подает голос серый Витольд.

Ох, это ему туда понадобится, если не прекратит переживать. Разве он не знает, что нервные клетки очень медленно восстанавливаются?

– Не думаю, параметры приходят в норму, – врач скорой помощи меряет мой пульс и давление. – Скорее всего перемена погоды, или железо понижено, рекомендую сдать общий анализ крови. И проверить, не беременны ли вы, такое тоже бывает. Ах да, еще щитовидку гляньте.

Закидывает меня рекомендациями, как будто я их запомню и пойду куда–то. Совсем глупый или прикидывается? Молча смотрю, пытаясь передать свои мысли.

– А вы напишите на бумажке рекомендации, – подает голос одна из моих коллег.

Разумная какая. Впрочем, мне все равно, пусть пишет, если отстанет.

– Хорошо, – доктор кивает. – Полежите еще с полчаса, попейте сладкий чай, он поможет полностью восстановиться, ваши коллеги сделали, – он указывает рукой на журнальный столик. – А потом лучше домой, если начальник разрешит.

– Конечно, разрешу! – восклицает Витольд.

Бедный. Протеже супруги самого большого босса упала без чувств на рабочем месте. Небось, переживает, что с него спросят. Зря.

– Спасибо, – выдавливаю из себя благодарность сразу ко всем.

– Не за что, – это медик, – берегите себя и обязательно проверьтесь, – сует листок и уходит, собрав свой чемоданчик.

Затем потихоньку рассасываются и коллеги, остаемся с Витольдом Сергеевичем наедине.

– Э, ладно, Анастасия, ты пока попей чай, мы конфеты положили, мандарин кто–то у себя нашел с яблоком. А я пойду, – он быстро подходит к выходу. – Может, позвонить кому–то? Чтобы забрали.

Намекает на жену большого босса.

– Нет, не надо, спасибо. Я сама. Вы достаточно помогли, благодарю.

Кивает, отворачивается, но снова замирает.

– И возьми недельку на отпуск, а? Проверь здоровье, незачем откладывать в долгий ящик.

– Я подумаю, спасибо, – отвечаю механически и делаю глоток.

Слишком сладко. Но да ладно. Чищу мандарин и одновременно в рот отправляю конфету. Руки с челюстью заняты – голове легче. Должно быть.

Расправляюсь с запасами коллег, встаю. Все–таки хорошие они люди, помогли, как смогли. Приятно.

На ватных ногах выхожу из кабинета. Нужно взять сумочку и телефон, там смска.

– Я ухожу, вроде лучше, геройствовать не буду, – подхожу к девчонкам, ни к кому конкретно не обращаясь.

Уйти, не попрощавшись, неправильно.

– Конечно, Настенька, иди. И это, отдохни, – говорят они озабоченно, чуть ли не хором.

– Спасибо, – отвечаю в который раз.

На улице в лицо мне дует свежий ветерок. Хорошо. Мозг прочищается, и легкие наполняются кислородом. Эдак я смогу добраться до нужного адреса.

Но я действительно не геройствую, вызываю такси.

– С вас двести пятьдесят рублей, – говорит водитель спустя короткие пятнадцать минут.

Расплачиваюсь и выхожу. Конечно, поблагодарив. Это слово в меня въестся за сегодня, я чувствую.

Так, а теперь неприметный вход сбоку, обшарпанная железная дверь, к которой ведут такие же ступеньки. Мозг на автомате фиксирует картинку, но не анализирует. Иначе, в нем, возможно, возникла бы целая куча закономерных вопросов.

– Здравствуйте, мне нужен Петров, – говорю первому попавшемуся человеку внутри.

– Анастасия? – спрашивает мужчина лет тридцати с уже залегшими морщинами в уголках глаз. Киваю. –