Дотла 2. Красная королева - Анна Эйч

– Этот ублюдок зашёл слишком далеко! – Ким тычет пальцем в морду мужика на фото, и в его голосе слышится нескрываемая злость. – Ты пойми, мне плевать, на кого ты работаешь. Я не гоняюсь за Костенко, как эти голодные псы из отдела по борьбе с наркотиками, пока он играет по правилам мне он не интересен. Но этот человек очень опасен. Если мы впустим его в свою страну, нам придётся столкнуться с проблемами посерьёзнее, чем продажа травки подросткам!

Я сглатываю. О чём он говорит? О каких-то тяжёлых смертельных наркотиках? В животе всё сжимается в тугой комок.

– Если ты не хочешь, чтобы через пару лет все, кого ты знаешь, погибли от биологического оружия, ты согласишься на моё предложение. Тем более выбора у тебя нет – только что оперативная группа накрыла точку по изготовлению кокаина. Там нашли твои отпечатки. Ты сядешь, и надолго.

Я молчу. Это может быть блеф чистой воды – эти уловки я тоже изучил и легко раскусываю. Но кое-что меня всё же настораживает. По языку тела понимаю: насчёт биологического оружия он не врёт. Угроза реальна, и от этого осознания по спине пробегает леденящий ужас.

Ким бросает мне пачку сигарет и произносит:

– Если завтра, когда за тобой придут, найдут пустую пачку, значит, ты принял верное решение. Это будет знаком для меня, что ты согласен. Если нет – добро пожаловать на нары, парень!

С этими словами он выходит из допросной, оставляя меня одного наедине с бомбой замедленного действия. А пачка сигарет, лежащая на столе, навсегда отпечатается в моей памяти как вечное напоминание выбора, который изменит всё.

***

Вика всё это время внимательно слушала меня, стараясь уловить каждое слово. Пауза затягивается, и тут она произносит:

– Наутро пачка оказалась пустой?

– Да, – коротко отвечаю. – Все сигареты я разорвал и смыл в унитаз.

Горло пересыхает, когда вспоминаю тот момент. Руки дрожали, сердце колотилось, меня знобило и трясло, но я ни секунды не сомневался в своем выборе.

– Через сутки мне накинули мешок на голову и отвезли на инструктаж. После этого я официально стал работать под прикрытием – вёл двойную жизнь. Был примерным студентом днём и лучшим стрелком ночью, перспективным архитектором под солнцем и одним из самых эффективных бойцов при свете луны.

– Разве ты имеешь право всё это мне рассказывать?

– Нет. Я нарушаю протокол уже во второй раз. Первый – когда рассказал тебе, что вообще работаю на Арула.

– Всё это время… – Вика качает головой, не в силах вымолвить что-то ещё. – Ты не представляешь, как рисковал…

– Представляю, но это неважно.

– Денис, он убьёт тебя, если почувствует подвох! Тебе нужно бежать!

В её голосе слышу панику. Это меня удивляет – после всего, что я ей рассказал, она всё ещё волнуется за меня, а не за своего отца.

– Нет, нет. Скоро всё закончится.

– Что это значит?

– У нас достаточно улик. Мы можем его арестовать!

– Не может быть! У него связи по всему миру. Откуда такая уверенность? – Вика вскакивает на ноги и нервно начинает расхаживать по комнате.

– У Интерпола есть ордер на его арест, правда, есть одна проблема.

– Какая? – нетерпеливо спрашивает она.

– Он гражданин Черногории, а это государство отказывается от экстрадиции своих граждан. Думаем, он подкормил там, кого надо, поэтому там у нас нет шансов его взять.

Вика смотрит на меня стеклянными глазами. Я боялся, что увижу в них ненависть ко мне и сострадание к отцу, но вместо этого читаю страх за мою жизнь. Она искренне боится, что будет со мной, если отец узнает, кто крыса.

– А где есть? – задаёт вопрос, который ставит меня в тупик.

– В любой стране Евросоюза.

– Кипр подойдёт?

Глава 23. Покер с жизнью

Вика.

За неделю до свадьбы.

Можно ли назвать домом место, откуда ты бежал не оглядываясь? Можно ли скучать по напыщенной роскоши, когда ты в ней родился и никогда не считал её прекрасной?

Можно ли ощутить что-то тёплое, трепетное от дома, который построен на чужих слабостях, крови и человеческой безысходности?

Мой ответ: можно.

Парадоксально, но с того момента, как я выхожу из бронированного мерседеса, который послал за мной отец, и ступаю на порог просторного двора, залитого солнечным светом и украшенного экзотическими растениями, я ощущаю не тошноту и не страх перед скорой встречей с отцом-тираном. Нет. Я ощущаю ностальгию. Запах цветов и прогретого солнцем камня под ногами накрывает волной воспоминаний. Забавно – первое, что я вспоминаю, это не то, как маленькой девочкой бегала по этому двору, играла в прятки в саду, заводила друзей в виде мраморных скульптур, рисовала и создавала альтернативную реальность. Нет, я вспоминаю, как жила в своём мире и, кажется, была счастлива.

– Мисс Арула, рады видеть вас! – приветствует меня Алессандро на крыльце. – Как добрались?

– Отлично, спасибо.

– Говорят, вы летели первым классом… – начинает он, намекая на то, что я должна была как минимум рассыпаться от такого ужасающего обстоятельства.

– Алессандро, вы же из Крагуевца? – я прищуриваюсь, глядя на его самодовольную улыбку. – Вам не к лицу снобизм. Не забывайте, откуда вы и как всего добились – всё очень шатко в нашем мире.

Ядовито подмигнув ему, я прохожу в дом. Нет, по людям здесь я определённо не скучала. Самыми человечными и интересными личностями до сих пор остаются Сара, Лука и Петар – мои мраморные друзья.

– Dušo moja! – из глубины дома доносится восторженный голос Марии, и моё сердце обволакивает тепло. Ладно, возможно, по одному человеку я всё же скучала.

– Девочка моя, как же ты выросла! – Мария крепко обнимает меня. Она такая маленькая и хрупкая – кажется, я никогда не стояла перед ней на каблуках. Только взглянув в её глаза, обрамлённые морщинками, понимаю, насколько я изменилась. Я не просто вернулась домой – я влетела с гордо расправленными плечами. У отца нет надо мной власти, он больше не диктует условия, не управляет моей жизнью. И хоть он может подкупить весь мир вокруг меня, сломать жизнь одним щелчком пальцев – я его не боюсь.

Нет, папа, теперь мы на равных. Ты хотел вырастить королеву – ты её получил.

– Я скучала, – тихо шепчу Марии, обнимая её в ответ. – Поболтаем попозже, я с ума сойти как соскучилась по твоим вафлям.

– О, я их не готовила со