Искусство французского поцелуя - Кристин Хармел

Гийом расхохотался.

— «Мне очень жаль, Эмма! Я больше так не буду!»

— Гийом! — вскричала я.

— Не волнуйся, все нормально, — выдавил Гейб, — Просто он ведет себя, как un imbecile!

Хотя последнее слово он произнес по-французски смысл разгадать было несложно.

— Гейб!

Никогда не слышала, чтобы репортер позволял себе так обращаться со знаменитостью.

— Не волнуйся, малышка, — сказал Гийом, испепеляя Гейба взглядом и гладя меня по руке. — Я сам все улажу.

Они опять начали пререкаться по-французски. Гийом ухмылялся, Гейб бросал на него свирепые взгляды, а я безуспешно пыталась их угомонить. Наконец Гийом посмотрел на меня и сказал по-английски:

— Интервью окончено. Я устал. Пора домой. Гейб взглянул на часы.

— Еще пять минут.

— Нет. Похоже, у тебя часы отстали. Верно, Эмма? Я вздохнула и перевела взгляд с Гийома на Гейба — оба напряженно смотрели на меня. Я вдруг почувствовала жуткую усталость.

— Слушай, Гейб, если он говорит, что интервью окончено, значит, оно окончено. Прости.

Он хотел было возразить, но я подняла руку.

— Гийом, мы обещали Гейбу тридцатиминутное интервью, а прошло только двадцать пять минут. Может быть, ты ответишь на последний вопрос?

Гийом склонил голову набок, прикрыл глаза, подумал немного и кивнул.

— Ладно, валяй. Последний вопрос.

— Спасибо, — сухо сказал Гейб. — Ты очень добр. Он посмотрел в свой блокнот, и я приготовилась к худшему. Наверняка сейчас спросит Гийома о его любви к стрип-клубам (пока нам удавалось скрывать это от прессы) или о сплетнях, что ему пришлось пройти курс печения от наркозависимости, прежде чем «KMG» подписала с ним контракт (этого никто не мог подтвердить, даже мы с, Поппи). Однако Гейб непринужденно спросил:

— Гийом, ты со всеми женщинами так же груб, как с Эммой?

Я подавилась кофе и изумленно поглядела на Гейба, а затем на Гийома, который ничуть не обиделся.

— Только с теми, кому это нравится.

Он улыбнулся и подмигнул мне. Я раскрыла рот.

— Чудесно, — проговорил Гейб и встал. — Благодарю за приятную беседу. Статья о Гийоме выйдет в завтрашних газетах. Спасибо за интервью, Эмма. И спасибо вам обоим, что согласились потратить на меня время.

От страха у меня перехватило дыхание.

— Гейб, ты ведь не напишешь ничего плохого? — спросила я, тщетно пытаясь скрыть отчаяние.

Я не понимала, почему все так вышло.

— Статья будет правдивой, Эмма.

Черт! Ничего хорошего эти слова не сулили. Я прекрасно понимала, что в «правдивой» статье Гейб вполне может высмеять полоумного рокера.

Он коротко пожал руку мне, Гийому и отсалютовал, приставив ладонь ко лбу.

— До скорого. Хорошего дня!

Гийом весело и размашисто отсалютовал в ответ. Гейб встал и ушел, не оглядываясь.

Я подождала, пока он выйдет из кафе, и медленно развернулась к Гийому.

— Что с тобой такое?! Ты вел себя как полный кретин!

Он немного обиделся.

— Эмма, не шуми.

— Не шуметь?! Ты только что испортил интервью с журналистом, который работает с газетами всего мира! Нас с Поппи теперь точно уволят.

— Никто никого не уволит, — спокойно ответил Гийом. Он улыбнулся и положил руку мне на плечо. — Не волнуйся, Эмма. Гейб напишет хорошую статью.

— Откуда ты знаешь? — проворчала я, — И вообще, зачем ты это устроил?

Гийом пожал плечами.

— Чтобы поразвлечься.

— Поразвлечься?!

— Ну да. Ты ему явно нравишься, — сказал он таким тоном, словно это было понятно любому дураку. Я удивленно распахнула глаза. — Захотел немного его позлить. Видишь, получилось! Я молодец!