Любовники и прочие безумцы - Юджиния Райли

Маноло приходил сюда несколько раз в неделю. Еда была дешевой и вкусной, пиво — холодным, а хозяйка никогда не спрашивала у него документов. Это кафе пользовалось популярностью среди проголодавшихся рабочих-поденщиков и живущих по соседству стариков, у которых было время поболтать и поиграть в домино. Мамаша Оза строго следила за порядком, драки в кафе категорически запрещались, и полиция заглядывала сюда крайне редко. А в данный момент самой главной заботой Маноло было избежать встречи с копами. Он с волнением ждал Джози. Она сказала ему по телефону, что придет, но сдержит ли свое обещание?

Ну и наломал же он сегодня дров! Черт бы побрал эту Терезу Фелпс — разве не могла она сказать, где зарыты сокровища! Ведь ее брат Фрэнк не в игрушки играл, это точно. А иначе, зачем профессору Фелпсу понадобилось нанимать Маноло и его друзей для раскопок на берегу? Потом этот ханурик отвалил и оставил их с носом. Только бы добраться до сокровищ! Это решило бы все его проблемы. Он бы уехал вместе с Джози в Мексику, и плевать на всех, а особенно на ее мерзкого братца!

Но Тереза Фелпс оказалась на редкость несговорчивой. Даже под страхом смерти она прикидывалась полной дурой. Маноло не любил грубо обращаться с дамами, но пришлось. А потом появился ее пронырливый дружок с пистолетом и все испортил. Получилось — хуже не придумаешь.

Черт! Эта баба знает его имя… она знает все их имена! Какие же они идиоты, что чесали при ней языки! Наверное, она уже настучала в полицию. А поскольку все они: и Маноло, и Фредди, и Гектор — состоят на учете, копы должны объявить их в розыск. Вот почему Маноло не рискнул вернуться к себе на квартиру или сунуться в дом Руди. Он прятался в дешевом мотеле на южной окраине города, оставив свою машину на заброшенной бензоколонке и взяв у кузена мотоцикл.

Фредди и Гектор затаились у дяди Фредди, который держал бильярдную где-то на Альмедо-роуд. Трудно сказать, сколько еще им придется скрываться. И все из-за этой проклятой Терезы Фелпс! Но в любом случае он должен найти сокровища. От этого зависит их с Джози будущее…

Услышав скрип открываемой двери, Маноло насторожился. Слава Богу, Джози! Сердце его радостно подпрыгнуло при виде точеной фигурки в обтягивающих джинсах и симпатичной белой блузке. Она шла легкой танцующей походкой в золотом блеске колье, серег и браслетов. На плечах ее подпрыгивали кудряшки.

Она не сразу его заметила, зато ее заметили сразу все сидевшие в кафе. Они смотрели на нее, истекая слюной. Маноло вскочил, обвел мужчин злобным взглядом и помахал подружке.

— Привет, Джози! Я здесь.

Увидев его, она резко вздернула подбородок. Сердится! И что за день сегодня такой? Кажется, на него ополчились все женщины мира!

Джози подошла и села напротив. На него повеяло пьянящим ароматом духов. Но ее очаровательные красные губки все еще дулись.

Она взмахнула рукой с красивым маникюром:

— Ну, Маноло, зачем ты позвал меня в эту дыру?

— Дыру? — переспросил он, нервно хохотнув. — Смотри, не скажи это при мамаше Оза!

— Я ничего не имею против мамаши Оза, — возразила Джози. — Просто я устала таскаться с тобой по грязным пивнушкам.

— Грязным пивнушкам? — Маноло повысил голос. — Послушай, ты несешь вздор! Я позвал тебя сюда, потому что хочу с тобой серьезно поговорить.

Она скрестила руки на груди и сердито взглянула на него.

— Я тоже.

— Да? — Он насторожился. — И о чем же ты хочешь со мной говорить?

В ее карих глазах вспыхнул гнев.

— Ты плохо на меня влияешь, Маноло.

— Что?

— Что слышал. Моя семья изо всех сил старается выбиться в люди, а ты портишь мне жизнь.

Он отмахнулся.

— О чем ты?

— О том, что наш род чтит свои славные традиции. Но тебе, Маноло, этого не понять.

Маноло застонал.

— Ты опять про фамильное древо? Прекрати молоть чушь, Джози!

Ее глаза сердито полыхнули.

— Это не чушь, Маноло. Я столько времени пытаюсь объяснить тебе, кто мы такие, но у тебя нет никакого уважения к моей семье.

— Ну, завела старую песню, — проворчал он.

— Мой дед начинал в этой стране эмигрантом-разнорабочим, потом переехал сюда, в Хьюстон, получил работу в компании “Шип Ченнэл”, женился на моей бабушке и купил ей дом. Следующее поколение добилось еще больших успехов. Руди — начальник частного полицейского отделения, моя невестка Мария работает в юридической фирме, я учусь. Мы усердно трудимся, чтобы внести свою лепту в процветание третьего поколения, обеспечить достойное будущее Сильвии и Софии.

— Как трогательно, — буркнул Маноло, вертя в руках свою кружку с пивом.

Джози потрясла кулаком:

— И в этом ты весь, Маноло! Я пыталась быть к тебе снисходительной, учитывая твое тяжелое прошлое. Тебя бросила мать, ты жил с сумасшедшей тетей… Но ты не хочешь исправляться, и моему терпению приходит конец. Вряд ли у нас с тобой что-то получится.

Маноло дернул головой,

— Хватит читать нотации, Джози! Послушай, чего ты от меня хочешь?

Она обвела рукой зал, в котором они сидели:

— Посмотри на эту пивную. Почему ты никогда не приглашаешь меня в приличные заведения? Почему мы все время встречаемся в каких-то забегаловках?

— До сих пор мы неплохо развлекались в этих забегаловках, — отозвался он. — Просто я еще не встал на ноги.

— Сколько я тебя знаю, ты все никак не можешь встать на ноги. Руди называет тебя бездельником, и я начинаю ему верить. Мария хочет познакомить меня с ее коллегой, мексиканским парнем. У него отличная работа, и каждое воскресенье он ходит в церковь.

Маноло закатил глаза:

— На мой взгляд, это какой-то неудачник.

— Кто бы говорил! — огрызнулась она. — Между прочим, он собирается пригласить меня в ресторан на омаров и шампанское. Это тебе не вонючие блинчики с мясом в грязной забегаловке.

Маноло всплеснул руками:

— Что тебе далась эта пивная? Ладно, в следующий раз приглашу тебя на бифштексы!

— Я не об этом.

— А о чем?

Она опять скрестила руки на груди.

— С тем парнем я могла бы вести приличную жизнь.

С трудом сдерживая гнев, Маноло одарил Джози своей самой обаятельной улыбкой:

— Послушай, милая, неужели ты хочешь предать нашу любовь? Вспомни, как мы веселились на берегу в прошлом месяце, как пили пиво и танцевали под луной. Как целовались в полнолуние.

Эти слова явно тронули Джози. Она судорожно глотнула.

— Да, у нас с тобой было много хорошего. Но в жизни каждого мужчины наступает момент, когда он должен вспомнить об ответственности.