Приворотное зелье - Инга Берристер

— Ты сказал, что нужно что-то предпринять, — упрямо проговорила Грейс.

— Но то, что я хотел предпринять, — это не визит к… — Он замолчал, не в силах продолжить, и Грейс инстинктивно обняла его и крепко прижала к себе, исполненная желания защитить его, как она защищала их нерожденного ребенка. — Я имел в виду визит в церковь, венчание, — хрипло проговорил Кен. — Вот о чем я пытался тебе сказать. Даже если бы не любил тебя, я бы никогда, никогда… Слава Богу, моя мать знает меня лучше, чем ты! Однако это, по крайней мере, ставит нас на одну ногу. Сначала я ошибался в тебе, потом ты ошибалась во мне. И коли уж так вышло, предлагаю подвести черту и начать все сначала. — Он глубоко втянул в себя воздух. — Я люблю тебя, Грейс Митчел, и я хочу жениться на тебе.

Грейс улыбнулась.

— Я тоже люблю тебя, Кен Эдвардс, и хочу выйти за тебя замуж…

— Ну а теперь вернемся к поцелуям…

Несколько часов спустя Грейс улыбнулась улыбкой, понятной ей одной.

— Значит, Фил оставил ключи от моего дома под цветочным горшком у парадной двери? — спросила она, слизывая с пальцев джем, капнувший с тоста.

Кен усмехнулся при виде аппетита, с которым она поедала тост.

— Да, хотя потребовались недюжинные усилия, чтобы его уговорить. И еще он ужасно боялся, что ты что-нибудь заподозришь.

— Возможно, так и случилось бы, если бы я не была такой усталой, — призналась Грейс.

Кен чувствовал, что его переполняет любовь к ней. Это был огромный риск — попытаться ускорить события, пробравшись в ее постель. Но, к счастью, это сработало, и теперь они могли открыто говорить обо всем.

Грейс закончила свой поздний завтрак в постели. Кен опять потянулся к ней и, нежно обняв, поцеловал.

Зазвонил телефон, и Кен, выругавшись, схватил трубку.

— Привет, мама, — ответил он.

Голова Грейс лежала на плече Кена, и она отчетливо слышала каждое слово.

— Кен, я хочу говорить не с тобой, а с моей будущей невесткой, твоей ненаглядной Грейс. У тебя уже было достаточно времени, чтобы пообщаться с ней. Позови ее к телефону сию же минуту, я расскажу ей о чудесном магазинчике в Женеве, где можно все купить для малыша.

Оставив Моник и Питера ворковать над внуком, Кен и Грейс отправились прогуляться по окрестностям.

Стоял чудесный летний день, во всей природе царила сладкая лень, и Грейс, обхватив руками теплый золотистый ствол сосны, росшей на склоне, воскликнула:

— Господи, я готова всю жизнь провести здесь, вот так, ничего не делая!

Кен, с любящей улыбкой взглянув на нее, заметил:

— Но, тем не менее, ты собираешься вернуться в Пайнвуд, к своей работе?

Он зашагал по тропинке, которая все круче и круче уводила вверх, и Грейс, последовав за ним, ответила:

— Только на время, пока не удостоверюсь, что школа перешла в надежные руки… Куда мы идем?

— Я хочу показать тебе одно место. Хотел бы показать и человека, но счастливым молодым женщинам опасно встречаться с колдуньями.

— С колдуньями? — недоумевающе и немного испуганно переспросила Грейс и тут же вздрогнула, заметив выше по тропинке величественную худощавую фигуру, которую не мог видеть обернувшийся к ней Кен.

Заметив ее испуг, он остановился и приобнял жену за плечи.

— Что случилось, милая? — с тревогой спросил он, и, проследив за ее взглядом, тоже заметил очень старую женщину и крепче сжал плечи Грейс.

Женщина уже приблизилась к ним. И Грейс, увидевшая ее улыбку, почему-то сразу успокоилась. Скрипучим высоким голосом женщина произнесла:

— Не бойтесь, дети… Шанталь умеет варить только суп. Что же до приворотного зелья… Это уж варите сами, хе-хе…

Она прошла мимо, а Грейс и Кен еще долго стояли обнявшись на тропинке с какими-то зачарованными лицами, а потом тоже зашагали вниз, к сверкающему под солнцем озеру.