В клетке с психом - Кристина Жиглата

Красивое, мощное, покрытое росписью черных татуировок–иероглифов тело, на котором идеально натренированная каждая мышца. Смуглая кожа. Широкая спина. Сильные руки… А между ног, восставшая, огромная плоть, на которую смотреть без возбуждения и вожделения, просто не возможно. От одного его вида, и мысли о том, что этот член был во мне и будет ещё, меня бросало в жар, а между ног мгновенно становилось мокро. Хочу…

– Матвей! – говорит в телефон Дамир, как только принимает вызов. – Привет, дружище… Всё нормально, уже на свободе… А ты… Почему такой голос? Что произошло? – слышу, и в его голосе различаются нотки явного волнения. Я бросаю свое занятие с разглядыванием тела мужчины, и поднимаю свой взгляд на его лицо. – Повтори, что ты сказал? – вдруг перепрашивает Дамир, и его переполненный сожаления взгляд, встречается с моим взглядом. И я понимаю…

Что–то не так…

Глава 40

– Что?! Говори! Что случилось?!! – спросила, чувствуя как в области сердца, с болью кольнуло.

Мужчина смотрит на меня, таким взглядом… Виснет на некоторое время, словно не знает что ответить, а затем устало потирает лицо ладонью, и вновь обращается к Матвею.

– Это точно? – спрашивает, а затем тихо матерится. – Что произошло? Это Леонов? – продолжает Дамир, хрипло и как–то безжизненно.

Боже… Я думала, сойду с ума, пока мужчина закончит разговор, и наконец–то скажет мне хоть что–то.

– Дамир, – прошу жалостливо и умоляюще.

И он возвращается ко мне…

– Я перезвоню тебе позже… Нужно искать…, – бросает напоследок и выбивает вызов. А затем откладывает телефон в сторону и приближается ко мне. Опускается на край кровати и первое что делает, это кладет руки на мои предплечья, словно собирается удерживать и это меня мгновенно настораживает…

– Что… Что случилось? Говори! – настаиваю.

– Алён…

Я думала, Матвей не успел, Леонов добрался к моим родным, взял их в плен, чтобы шантажировать нас или обменять на Дамира. Но, я никак не ожидала услышать следующих слов…

– Твоя мама умерла…

Это признание было словно удар огромным камнем в голову… Так же само больно и до помутнения сознания…

Я невольно схватилась за сердце, с горла вырвался писк. Я начала задыхаться…

– Нет…, – я отрицательно покачала головой.

Боже, неужели спасая незнакомого мне мужчину, я убила свою маму?..

– Мне очень жаль… Я…

– Заткнись! – прокричал, толкнув его в грудь, но рук моих он не отпустил. – Ты… это всё из–за тебя!

– Ален… Она умерла ночью, до того как ты начала спасать меня. Я не уверен, что Леонов мог знать…

– Замолчи! – прошу, взвыв, как побитая собака. Я обхватываю голову руками и начинаю громко рыдать.

– Как? Как она умерла?

– Асфиксия…

– Её задушили? – шокировано спрашиваю я. От каждого слова было больнее и больнее. Слёзы бежали из глаз потоком, а я всхлипывала, задыхалась и еле–еле соображала. Но одно я помнила точно… Моя сестра… – А Эля? Где моя сестра?! – кричу, на мгновение возвращаясь в сознание. Если с ней что–то произошло, я никогда этого не переживу.

– Матвей говорит, что она пропала без вести. Никто не знает где она, и что произошло на самом деле. В палате не было посторонних людей, а твоя сестра постоянно находилась с твоей мамой…, – говорит, с болью в голосе. – В больнице есть камеры наблюдения. Сейчас, Матвей проверяет их… Мы найдем твою сестру, обещаю…

– Обещаешь?! – кричу ненавистно. – Так же само, как и обещал спасти мою маму?!

Меня просто рвало на части от боли и злости. Это я виновата! Я! Пока думала о совсем незнакомом мне мужчине, мои родные подвергались опасности. Я не смогла их уберечь и защитить, и теперь, мне жить с этим всю жизнь!

– Ален, это не мог быть Леонов… Он не знал, – пытается надоумить меня Дамир.

– Ты уверен? Ты уверен, что он не слышал нас в подвале, когда мы договаривались, обсуждали побег, занимались сексом?! Ты уверен в этом? – прокричала, пытаясь вырваться с его захвата. – Отпусти меня!

– Нет! Успокойся, прошу! – не отступал он. – Просто, дай мне время разобраться во всем! Я докажу тебе…

– Не нужно мне уже ничего доказывать! Не хочу уже ничего! Даже тебя видеть! – прокричала, продолжая вырываться. – Не прошу тебе этого, – рыдала, молотив кулачками в грудь, пока мужчина удерживал меня. Затем, когда мои силы иссякли, и я затихла, он прижал меня к груди, ласково погладив по растрепанным волосам.

– Прости…, – прошептал он. – Если это из–за меня, я сам себе никогда этого не прощу, милая… Если бы я мог все вернуть и исправить. Мне так жаль…

А у меня не было больше сил, ни ответить ему, ни противится. В голове, словно всё обволокло туманом. А в груди адская боль. Хотелось кричать, выть, рыдать… Моей мамы больше нет.

Глава 41

Следующие несколько дней были словно в тумане…

Я плохо понимала, что происходило, постоянно рыдала и потеряла счёт времени.

Тяжелый день сменялся мучительной ночью, и так по кругу.

После того как я узнала о смерти мамы, прошло некоторое время в рыданиях. А затем, я кое–как отлепилась от Дамира и ушла в ванну, чтобы вновь одеться в свои вещи, которые до этого выбросила в корзину для грязного белья.

– Я еду к ней! – бросила сердито, когда вернулась в спальню к Дамиру. Он тоже был очень огорчен, но в таком состоянии, в котором я находилась в тот момент, меня это мало волновало. – Где моя мама?

– В больничном морге, – ответил мужчина. – Мы поедем туда вместе, – вдруг уведомляет, заканчивая одеваться.

– Я могу сама…

– Нет! – обрывает. – Я не оставлю тебе одну в таком состоянии и в этой беде!

– Эта беда случилась из–за тебя! – прокричала я сгоряча. – Как мне жить с этим и смотреть тебе в глаза…

– Ален…– он сделал несколько шагов ко мне, но я остановила его взмахом руки. Мужчина недовольно поджал губы. – Я докажу тебе, что это не Леонов. Он не мог знать и успеть…

– А до этого момента не приближайся ко