Жена по требованию, или Мы так (не) договаривались! - Елена Сергеевна Счастная

– А это то, что мешает кораблям напрямую попасть на Пепел со всех островов, кроме Лазуритового, – с лёгкой гордостью в тоне пояснил Фалаэль. – Только той стороны в этой напасти можно отыскать проплешины. Да и то не всегда.

– Всё верно, – согласился капитан. – Никто в здравом уме не рискнёт приблизиться к этому туману.

– Что в нём? – я внимательно оглядела его серьёзное лицо.

– Никто не знает, что именно, – пожал он плечами. – Но те, кто рискнул однажды туда зайти, не вернулись.

Фалаэль мгновенно подсел на любимую тему и принялся нагонять на нас с Атикой ужас:

– Кто-то говорит, что там водятся искажённые смешанной магией чудовища, – произнёс он интригующим тоном.

– А может, там просто много подводных скал, – вставил Мирэй, который до этого только молча слушал.

– Как бы то ни было, лучше пойти в обход, как и делают все разумные люди, – подытожил Нэйас.

– я даже не знаю, есть ли что-то на этом свете, что сумело бы заставить меня направить корабль в эту гадость, – рассмеялся капитан.

И на этом обсуждение странной субстанции, которая плавно переваливалась на волнах, словно огромный слой взбитых сливок на торте, было решено закончить. К тому же с той стороны потянуло чем-то неприятным и как будто несвежим.

Наутро туман вдалеке никуда не делся, скорее даже приблизился, что Фалаэль объяснил особо неприятным магическим фоном поблизости от Антрацитовых островов. Но, к счастью, ветер вернулся. и корабль заметно ускорился.

И всё прошло бы довольно спокойно и даже скучно, если бы за сутки до прибытия в порт один из матросов не заметил на воде нечто странное, о чём и сообщил капитану. Но вот только эта новость взбудоражила не только его, но и нас всех.

– Обломки в воде! – крикнул он в сторону мостика. – Кажется, какой-то корабль налетел на рифы!

Мы прибились к ограждению и напряжённо уставились вниз: там и правда плавали крупные обломки корабельных досок. Казалось бы, такое бывает, никто не застрахован. Можно было просто пройти мимо и быстро забыть этот неприятный эпизод.

Но вот мимо нас проплыл довольно крупный обломок кормы того самого судна, и на нём – пусть и не полностью – все заметили название корабля.

– Селестия, – громко прочитал Мирэй. – Где-то я его уже слышал.

Я тоже задумалась, поймав то же узнавание, но светлый сообразил чуть быстрее меня:

– Так это же то судно, на котором недавно отплыл Харск Ласгален!

Глава 10

Вид плавающих в воде обломков судна нагнал на всех нас тяжёлую задумчивость. С трудом нам удалось уговорить капитана задержаться, чтобы попытаться отыскать кого-то из выживших.

– Скорей всего, если кто-то и уцелел, их уже подобрали те, кто проходил здесь до нас, – упрямился он.

Но небольшой круг по здешним возам мы всё-таки сделали, однако ни одной живой души не обнаружили. С одной стороны, это давало надежду на то, что их и правда спас кто-то ещё, а с другой, это загадочное происшествие удручало. Я не испытывала к Харску слишком уж тёплых чувств, но и не желала ему такой участи. Да и как корабль мог разбиться на довольно безопасном участке пути?

Даже у капитана не нашлось ответа на этот вопрос.

Однако, несмотря на заминку, в порт Каххарата мы прибыли вовремя, правда уже оттуда выехали не сразу: некоторое время нам пришлось потратить, чтобы опросить местных о том, прибыл ли сюда днём ранее тёмный с Антрацита – Харск Ласгален. Но, как и можно было предположить заранее, люди знали только, что судно “Селестия” разбилось недалеко от берегов Каххарата, часть команды и правда спасли рыбаки, которые возвращались из открытого моря, но никакого Харска Ласгалена среди них не было.

– А где сейчас капитан “Селестии”? – спросил у одного из особо разговорчивых местных Мирэй.

– Говорят, его отвезли в госпиталь – пострадал при крушении, – охотно ответил тот, заметив блеснувшие в его руках монеты. – Правда, что случилось, он никому не рассказал, да и вообще постоянно молчал. Видимо, шок.

– А остальная команда?

– Да кто ж их знает, – начал злиться мужчина. – Осели где-то. Потом работу будут искать. Корабль-то их – того!

Светлый бросил ему заслуженные монеты, и оставил в покое. Расспросы других людей в порту не дали нам никакой новой информации – все говорили примерно одно и то же.

– Я навещу капитана в госпитале, – вызвался Нэйас. – Может, он всё-таки хоть что-то расскажет о дне крушения “Селестии”.

На том мы и решили, что больше в порту нам делать пока нечего. К тому же нас ожидали посыльные Владыки из Аметистовой Цитадели – со всеми положенными почестями и особым гостеприимством, ведь с нами была дочь Верховного мага, а её здесь ждали явно больше Паладина.

Одного экипажа на всех не хватило, поэтому нас рассадили – девушек отдельно от мужчин. Обе повозки скоро покинули наполненный не самыми приятными запахами и людьми порт и выкатились на улицы славного Каххарата – жемчужины в короне Расколотого Королевства.

Глядя на то, как проплывают мимо дома с покрытыми цветной черепицей крышами, как снуют повсюду люди в пёстрой одежде, я не чувствовала почти ничего. Никакой тоски. Может, потому что однажды Слёзы Однокрылой, оставив мне фиолетовые волосы, выжгли не только лишнюю магию, но и самые острые воспоминания о том городе, где я вообще-то родилась и прожила почти всё детство.

Наши сопровождающие выглядели странно мрачными. Они, хоть и пытались оказать нам самое тёплое внимание, как будто были чем-то зажаты. Говорили немного, часто переглядывались и вздыхали. Сначала это насторожило Атику, а затем и меня.

Мало было плохих новостей о Харске, так ещё и эти что-то темнят, хоть и не тёмные.

Скоро мы покинули шумный людный Каххарат и выбрались на холмистые просторы в предместьях Аметистовой Цитадели. Тут и там были раскинуты небольшие кучки домов, где жили общины местных фермеров. Затем снова повеяло морем, дорога свернула к краю берега, и на ясном горизонте выросла гигантская тень скалы необычной формы.

Я чуть сильнее высунулась в окно и ладонью прикрыла глаза от солнца. Память сразу подбросила смутные картины из детства, ведь эти пейзажи мне приходилось видеть довольно часто. Как и высеченную прямо в теле горы огромную статую местного Покровителя – Каменного Змея.

Сейчас, как и много лет назад, его изваяние производило на меня сокрушительное впечатление.

– Красота… – вздохнула Атика, любуясь устрашающим монументом. – Как я всё-таки соскучилась.

Она глубоко вдохнула сухой воздух и подставила лицо горячему солнцу. Со времён Катаклизма, климат на Аметистовых островах поменялся