Самая желанная для графа - Инга Ветреная

- Если Вас не затруднит, ответьте, пожалуйста, на мой вопрос.

- В течение четырнадцати дней, пока мы добирались до поместья графа Витора Бурвита, шесть человек были убиты: возница и пять воинов, среди них один рыцарь. Восемь тяжелораненых пришлось оставить в поместьях графов Бурвитов и в домах жителей Аракаса, поскольку в дороге они бы не выжили. Таким образом, из двадцати воинов, что сопровождали три кареты и обоз в самом начале, осталось семь, которые могли отправиться дальше, причем, лишь двое из них не были ранены. Остальной путь, в котором к нам присоединились граф с четырьмя своими воинами и возницей, мы преодолели без происшествий до самой границы, - практически отрапортовала я.

Некоторое время все молчали, потом главнокомандующий подошел ко мне и сказал:

- Леди Джулиана, благодарю Вас за столь четкий и подробный ответ, у меня не вызывает сомнений Ваша объективность. К сожалению, я получил доклад о поездке кортежа по территории Аракаса в очень усеченном виде.

Он склонил голову в знак особой благодарности, а затем отошел к креслу жены.

- Возможно, Вам будет интересно узнать, что в одной из стычек, по мнению нашего раненого, участвовали переодетые воины, поскольку обычные бандиты так не сражаются. Допускаю, что таких стычек было больше, но я знаю только об одной, - произнесла я.

- Вы правы, это, действительно, очень интересно, - подтвердил Ален, задумчиво глядя на меня.

- А Вам, Ваше Высочество, что-нибудь известно об этом? – вдруг спросил Торин принцессу.

- Мой статус не позволяет мне интересоваться проблемами обслуги, и я никогда не стану общаться с людьми, занимающими столь низкое положение, а уж тем более, прикасаться к ним, - гордо заявила Гертруда, бросив сначала брезгливый взгляд в мою сторону, а потом, многозначительный – на короля: – Меня воспитывали, как будущую королеву.

- Прикасаться? – недоуменно переспросил король.

- Я перевязывала раненых, - пояснила ему, стараясь скрыть усмешку, меня позабавили слова Гертруды.

- Будьте уверены, Ваше Величество, я бы никогда не опустилась до подобных непристойностей! – заверила принцесса.

Я посмотрела на лица присутствующих, по привычке готовая к их осуждению и пренебрежению. Но успела заметить, как графы, так же, как и их жены, разочарованно взирали на Гертруду, стараясь скрыть раздражение. А потом они посмотрели на меня и, как по команде, все улыбнулись, в их взглядах читалось уважение! Наверное, от удивления мое лицо вытянулось, потому что все четверо, переглянувшись между собой, заулыбались еще шире, не скрывая симпатии ко мне.

- Заботу о раненых вряд ли можно отнести к непристойностям, - заметил король.

Он по-прежнему взирал на принцессу, которая скромно смотрела в сторону, повернувшись к нему своим прехорошеньким профилем. Взгляд Генри был задумчивым и печальным. Потом он посмотрел на меня, в глазах его не было осуждения, в них появился какой-то исследовательский интерес. Что-то типа: один образец изучили - ничего особенного, теперь посмотрим, что из себя представляет второй.

Наконец, король произнес:

- Ваше Высочество! Леди Джулиана! Мне очень жаль, что стал невольным виновником ваших злоключений. Ваше пребывание здесь, милые леди, будет сопровождаться балами, маскарадами, веселыми представлениями и, конечно, нашими встречами и беседами. Надеюсь, что это поможет вам избавиться от неприятных воспоминаний и погрузиться в атмосферу праздника. Благодарю за то, что проделали столь опасный путь, чтобы участвовать в отборе.

- Ваше Величество! Джулиана не может участвовать в королевском отборе! – неожиданно категоричным тоном заявила принцесса. – Она, по-видимому, забыла упомянуть, что уже помолвлена!

Возникла пауза, все взгляды скрестились на мне: растерянный – короля, встревоженные – мужские, загоревшиеся любопытством – женские. Лишь Гертруда смотрела на меня с чувством превосходства, не скрывая довольной усмешки. Взгляды присутствующих сомкнулись на мне, все ждали объяснений. Я вздохнула и начала говорить, глядя на короля:

- Мне, судя по всему, следует кое-что пояснить. Так получилось, что граф Витор Бурвит спас меня от напавших на карету разбойников, и в данный момент мы с ним помолвлены.

- Графу будут оплачены его услуги, - нахмурившись, произнес Генри. – Как это связано с помолвкой?

- Как оказалось, мы с ним пробыли вместе без надлежащего присмотра непозволительно долгое время, - пояснила я.

- А Вы разве не знали об этой условности? – осторожно спросила леди Оливия.

- Нет, в доме было много слуг, поэтому я не знала, что мы были наедине, - откровенно призналась я, не скрывая усмешки.

Оливия и Ирэйна многозначительно переглянулись друг с другом, будто узнали что-то важное, и продолжали с интересом смотреть на меня.

- Ваше Величество! – неожиданно вмешался муж леди Оливии. – Граф Витор Бурвит сообщил о помолвке буквально перед этой встречей.

- Мне кажется, граф не слишком ответственно отнесся к Вашему поручению, Торин, и превысил свои полномочия. Он не вправе заключать помолвку с претенденткой в невесты короля, оказав незначительную услугу.

- Позвольте с Вами не согласиться, Ваше Величество! – возразила я, вызвав удивление у короля. – Граф в одиночку расправился с несколькими разбойниками и, прошу прощения за излишний пафос, в прямом смысле, спас мне жизнь. Назвать этот поступок незначительной услугой, на мой взгляд, неправильно.

Не знаю, почему я стала защищать Витора, но мне не понравилось пренебрежительное отношение короля к тому, что он сделал. Генри, кажется, даже не понял, что и меня задел, ведь получалось, что для него и моя жизнь не имела значения, если ее спасение - это всего лишь «незначительная услуга».

На этот раз женщины многозначительно переглянулись со своими мужьями. Король озадаченно смотрел на меня, видимо, решая, как поступить. Ему помогли. Леди Ирэйна очень мягко произнесла:

- Леди Джулиана! Его Величество никого не желал обидеть, он лишь предоставляет Вам шанс участвовать в отборе на равных с другими претендентками условиях, а помолвку считать недоразумением.

Я снова не выдержала:

- Леди Ирэйна, прошу прощения за дерзость, но считать помолвку недоразумением будет неуважительно по отношению к графу Бурвиту!

Кажется, она нисколько не обиделась, остальные тоже смотрели на меня, тепло улыбаясь.

- Леди Ирэйна имела в виду, что обстоятельства, в которых Вы оказались не по своей воле, не могут помешать Вам делать то, ради чего Вы сюда прибыли – участвовать в отборе, - сказала леди Оливия и выразительно посмотрела на Генри.

Тот, улыбнувшись, промолвил:

- Леди Джулиана, я хочу, чтобы Вы участвовали в отборе! Надеюсь, Вы не откажете мне в этой просьбе?

- Я благодарю Вас, Ваше Величество за оказанную