Поздняя весна - Натали Иствуд

— Так ты ни о чем не жалеешь?

— Конечно нет! А вот ты, кажется, уже пожалел.

— Да нет! Хотя, может, и стоило…

Джуди смотрела ему в глаза и видела в них любовь. Ну а раз так, ей ничего не страшно!

В тот же день они разбили лагерь на берегу уединенной бухточки. Том научил ее откалывать от камней крупных устриц, и они ели их сырыми, полив лимонным соком.

Купаться было холодновато, но они бродили босиком по воде, а потом согревали друг друга, занимаясь любовью под шум прибоя.

На другой день они отправились в глубь пустыни и разбили там лагерь. Вечером, когда они сидели у костра, Джуди не без опаски смотрела, как солнце прячется за горизонт.

— Если откровенно, Том, мне здесь не очень нравится, — призналась она и обвела глазами мрачноватый пейзаж с гранитными скалами, гигантскими кактусами и сидевшими на них грифами. — Мог бы выбрать для ночлега местечко поромантичнее…

— Если ты не видела звезд в пустыне, считай, что ничего не видела!

Солнце скрылось за горизонтом, и в небо взметнулась огромная стая птиц.

— Какая красота! В жизни не видела столько птиц!

— Это летучие мыши, радость моя! — усмехнулся Том.

Джуди поежилась, и Том притянул ее к себе.

— Природа здесь суровая, без прикрас… Поэтому мне здесь и нравится. Жизнь обнажена тут до костей. И не надо ее бояться.

Постепенно Джуди расслабилась и пристроилась на плече у мужа. На черном бархате неба одна за другой стали загораться звезды. Среди безмолвия пустыни, вдали от городских огней, они блестели особенно ярко, и у Джуди было такое чувство, будто она видит звезды впервые.

И она начала понимать, что имел в виду Том. Здесь все дышало такой неподдельной естественностью, что, казалось, упали все разделявшие их преграды. Не осталось ни тайн, ни недомолвок.

— Джуди, когда мы вернемся, нам будет нелегко. У тебя хватит стойкости все это перенести?

Джуди заглянула в любимое лицо.

— Хватит, — тихо сказала она. — А у тебя?

Том отвел глаза и буркнул:

— Не говори ерунды.

Может, сказалась магия пустыни, но у Джуди словно с глаз упала пелена. И она отчетливо увидела Тома без прикрас. Таким, каков он есть, а не таким, каким он хотел ей казаться. Сначала она испугалась, но любовь придала ей сил, и она, коснувшись его плеча, тихо, но твердо произнесла:

— Том, пришло время взрослеть.

— О чем это ты? — насторожился он.

А вдруг она ошибается? С какой стати она решила, что знает о Томе даже то, что не разглядели в нем его бывшие жены?

Джуди помолчала, а потом придвинулась к мужу так, чтобы видеть его лицо, и отважилась сказать то, о чем думала:

— Том, ты должен признать, что теперь, когда мы с тобой женаты, твоя жизнь изменится.

— О чем это ты? — повторил он и отодвинулся.

— Если ты думаешь, что, как и прежде, залезешь в постель к другой женщине и тут же получишь от меня развод, то жестоко ошибаешься! Со мной этот номер не пройдет!

Том сощурился и вскочил.

— Какую ерунду ты городишь! Да что ты понимаешь в семейной жизни?!

— Кое-что понимаю! — Сердце набирало обороты. Джуди поднялась и заглянула мужу в глаза. — Предупреждаю сразу, застукаю тебя в постели с другой, запросто пристрелю тебя или ее, но развода ты не получишь!

— В жизни ничего глупее не слышал! — выпалил Том, глядя на нее хмурыми глазами. — Это ж надо такое ляпнуть!..

— Просто честно предупреждаю, что тебя ждет.

— Вот этого я как раз и боялся! Ты слишком молода! И ни черта не смыслишь в браке… — Он сокрушенно покачал головой. — Какой же я кретин, что связался с сопливой девчонкой!

— Том, имей в виду, я с тобой не разведусь! — Чтобы унять дрожь, Джуди прикусила нижнюю губу.

— Нет, ты просто дура! Ясно тебе?

— Что, ковбой? Здорово я тебя напугала, да?

— Тоже мне Панчита!.. Начиталась глупостей… — огрызнулся Том. — Ничего я не испугался, просто не могу поверить, что ты настолько глупа!

— Ничем не могу помочь! — Джуди развела руками. — Учти, я не собираюсь исчезать из твоей жизни, как твои бывшие жены. Так что даже не пытайся от меня избавиться!

Джуди видела, что Том собирается с духом, чтобы ей ответить. Он уже открыл рот, но потом снова замер. Она взяла его за руку, сжала ладонь. По-прежнему глядя в сторону, Том тихо спросил:

— Ты это серьезно?

— Серьезнее не бывает.

Том посмотрел на нее и севшим от волнения голосом произнес:

— В жизни не встречал такой вредной и въедливой бабы.

Сначала Джуди показалось, что это отблески костра, но потом поняла, что ошиблась. В глазах Тома Джонсона стояли слезы. И она вспомнила последние строчки своего любимого рассказа О'Генри:

«Времена года могут иной раз и сдвинуться. И кто знает, быть может, для Сухого Лога настало в конце концов не бабье лето, а самая настоящая весна».

— Господи, ну до чего тупой! — Джуди с отвращением захлопнула папку со сценарием заключительной серии шоу Тома Джонсона.

— Надеюсь, это ты не обо мне?

В вагончик, где, свернувшись калачиком на диванчике, лежала Джуди, вошел Том. В неизменных джинсах, ковбойских сапогах и замшевой куртке, ворот ковбойки распахнут…

Хотя они были женаты вот уже три года, сердце у нее екнуло, как и в прежние времена, при его неожиданном появлении. Она глядела и не могла наглядеться на любимое лицо.

Том наклонился и поцеловал жену.

— В отличие от некоторых я в колледжах не обучался, но тупым себя не считаю.

Джуди засмеялась и, обняв за шею, крепко прижалась к мужу.

— Ты у меня хитер как черт, мой ковбой!

Он поцеловал ее еще раз и скользнул руками под бледно-голубой свободного покроя джемпер, дополнявший короткую джинсовую юбку белого цвета.

— Джуди, ты же собиралась заняться рефератом по теории искусств.

— А я и занималась! — Она отпустила его. — Просто вчера, когда разбиралась в нашей берлоге, нашла сценарий заключительной серии и решила перечитать. Чтобы убедиться, так ли он плох, как мне тогда показалось.

— Пустая трата времени! — фыркнул Том. — Могла бы у меня спросить. А я бы ответил, что он еще хуже, чем тебе кажется.

— Не могу не согласиться! — усмехнулась Джуди. — Нет, ну это надо придумать такую пошлость! Решили спасти семейный сериал с помощью такого оригинального хода! Крошка Сэмми узнает, что Том, оказывается, ей не родной отец. Тупее не придумаешь! Тошнотик, да и только!