Похищенный жених - Карен Хокинс

Фиона изобразила улыбку.

– Как удивительно слышать от вас об обмане! По крайней мере Джек имеет жену, которой он может верить. А вот ваш муж на это рассчитывать не может. – Кипя от гнева, Фиона повернулась, чтобы уйти.

Лусинда шагнула вперед, загораживая ей путь.

– Отойдите, – резко сказала Фиона.

– Я не закончила разговор с вами, – зло сверкнула глазами Лусинда.

– Вы немедленно отойдете, – твердо заявила Фиона.

– Никто не может мне диктовать, что я должна делать. Тем более какая-то неотесанная деревенская девка!

И в этот момент за окном сверкнула молния. Ярость пронизала все существо Фионы. Она подняла стоявшую на столе вазу и вынула из нее цветы.

Лусинда вскрикнула, когда вода из вазы окатила ей лицо. Намокшие волосы растрепались, по щекам потекла краска для век.

– Вы… вы… я не могу поверить…

Фиона шагнула вперед.

– Никогда не пытайтесь изливать на меня ваш яд. Я из рода Маклейнов, а Маклейны умеют защитить то, что им принадлежит. В следующий раз, когда я попрошу вас уйти с дороги, сделайте это как можно быстрее.

Дверь в коридор открылась, и появились два джентльмена, которые оживленно рассуждали о достоинствах различных сигар.

Они остановились как по команде, увидев Лусинду, стоявшую в луже воды. Затем удивленно перевели взгляды на Фиону. Мило улыбнувшись, она вернула вазу на мраморный стол и принялась спокойно поправлять букет.

– Боже милостивый! Леди Федерингтон! Что случилось? – Высокий мужчина шагнул к ней.

До этого он оставил дверь открытой, и теперь уже несколько человек с любопытством наблюдали за этой сценой.

Фиона сделала книксен перед Лусиндой.

– Спокойной ночи, леди Федерингтон! Если вы хотите найти комнату по приведению в порядок одежды, то она внизу налево.

– Вы… вы… – Голос Лусинды сорвался.

В коридоре собралась толпа зевак. Некоторые из мужчин выглядели расстроенными, даже рассерженными, зато почти все женщины не могли сдержать улыбок.

Приподняв юбки, Фиона переступила через лужу на полу.

– Извините, меня ждет Джек.

Лусинда наградила Фиону таким злобным взглядом, что стоящий рядом с ней джентльмен невольно отшатнулся.

– Вы еще пожалеете об этом!

– Желаю всяческих успехов, – холодно отреагировала Фиона. – Буду готова и буду ждать.

Она нашла Джека у стола с освежающими напитками. Он извинился перед джентльменом, с которым разговаривал, и повел ее в главный зал. Толпа закрывала Лусинду от Джека.

– А что это там происходит? – поинтересовался Джек, когда они забирали свои плащи.

– Кошка перевернула вазу с цветами.

Они вышли наружу: над головой сверкали молнии, налетали порывы ветра, в воздухе пахло сиренью.

Джек с подозрением посмотрел на небо:

– Фиона?

– Это, должно быть, Грегор, – сдержанно ответила она.

– Никогда не пахло сиренью во время его гроз.

– В самом деле? Странно. – Она обрадовалась, что к ним в этот момент подъехала карета.

Похоже, слова Фионы не убедили Джека. Они не доехали до конца улицы, как пошел дождь. Джек посмотрел на крышу кареты.

– Ты уверена, что все в порядке?

– Абсолютно. Я никогда в жизни не чувствовала себя настолько бодрой и энергичной.

Он нахмурился:

– Бодрой и энергичной? Какой-то странный подбор слов.

Фиона улыбнулась:

– Я рада, что мы едем домой. – Она подвинулась на сиденье и прижалась своим бедром к его.

Хотя было трудно в темноте разглядеть выражение его лица, Фиона ощутила перемену в атмосфере. Осмелев, она положила ладонь ему на колено и стала водить пальцами вверх и вниз.

Рука Джека внезапно схватила руку Фионы, и он прижал ее между своих ног. Глаза ее округлились, когда она ощутила пальцами твердую выпуклость.

– О Боже, я вижу, ты тоже рад тому, что мы едем домой!

Глаза у Джека потемнели, он заключил ее в объятия, которые не размыкал до тех пор, пока они не доехали до Кинкейд-Хауса. Фиона даже не имела возможности привести в порядок свое платье, когда лакей открыл дверцу кареты.

Выйдя из кареты, Джек понес ее внутрь дома по лестнице, не переставая при этом под плащом ласкать ей груди и живот, отчего ей казалось, что она может задохнуться.

Спустя несколько часов Фиона лежала, уютно устроившись рядом с Джеком. Он спал, его широкая грудь мощно вздымалась и опускалась, кожа еще оставалась горячей после их взаимных стараний.

Она удовлетворенно вздохнула. Пусть Лусинда Федерингтон ухмыляется. Пусть Алан Кемпбелл распространяет какие угодно слухи. Она никому не позволит разлучить ее с Джеком. Возможно, между ними не тлюбви, но у них есть доверие друг к другу и несомненная страсть, что делает их любовные игры удивительно яркими и незабываемыми.

Фиона закрыла глаза, близость теплого тела Джека располагала ко сну. И она удовлетворенно заснула.