Восьмая Марта - Алиса Перова

Разговор завершён, а я продолжаю сжимать в руках телефон и гипнотизировать экран.

Мне позвонил Максим. САМ. Мне очень хочется смеяться и… плакать. Я глажу пальцами по экрану — это его номер. Максим спросил, буду ли я его ждать. Господи, да конечно буду, я ведь уже давно его жду. И кажется, я ему даже сказала об этом. Но ведь он сам спросил, значит, он тоже хочет, чтобы я его ждала. Мамочки, неужели всё это правда?

Я рассматриваю его телефонный номер и запоминаю каждую цифру. Даже если этот номер затеряется, я смогу легко восстановить его в памяти. Но я не позволю ему затеряться. Дрожащими пальцами вношу его в телефонную книгу и подписываю «Максим». У него самое лучшее имя, но оно выглядит так одиноко в трёх строках для информации об абоненте. Я, не задумываясь, перед именем печатаю «Мой». Так намного лучше.

Максим не просто какой-то абонент — он… К записи я добавляю слово «любимый» и оглядываюсь, словно в моей пустой квартире кто-то мог заметить моё волнение, подслушать, о чём я думаю, и уличить меня в чересчур эмоциональном состоянии. Мне не стыдно за мои эмоции, но немного страшно. А вдруг я неправильно поняла Максима, или просто не расслышала что-то очень важное, из-за чего я теперь должна его дождаться…

Я по крупицам восстанавливаю в памяти весь наш диалог и с грустью понимаю, что Максим не сказал мне ничего такого, из чего я могла бы сделать вывод, что нравлюсь ему. Да у нас и диалога-то почти никакого не было — это я, как ненормальная фанатка, осыпала его щенячьим восторгом, а Макс даже и слова не мог вставить. Может, уже и не захочет говорить с такой неуравновешенной особой. А я совсем не такая — я спокойная. Просто я влюбилась очень.

Но ведь что-то же Максим мне говорил… Артёма встретил… Телефон мой взял… Или это Артём сам ему дал? Зачем? Я с ума сойду от догадок и неизвестности. А до субботы я сойду с ума десять раз.

— Мань, ну детский сад, честное слово! — Сонечка смотрит на меня со снисходительной нежностью. И, кажется, с жалостью. — С чего ты взяла, что он едет к тебе?

— Он ведь сам позвонил и спросил, буду ли я его ждать, — поясняю я терпеливо, но мне больше не хочется обсуждать эту тему с Софийкой.

И про нашу воскресную встречу я тоже зря ей рассказала. Я тогда так переживала, что мне было необходимо с кем-то поделиться. Не с Артёмом же. Он, к счастью, так и не узнал, что я бегала к Максиму в его отсутствие. А уже в понедельник вечером Тёмка улетел к себе в Москву, не забыв, конечно, оставить массу ценных указаний и обещание за мной присматривать.

Ага, как же — присматривать он будет! Дальнозоркость пусть развивает для тотального контроля. Антохе сейчас точно не до меня — у него на фирме завал. А ночами он не сможет меня контролировать — Инночка такого не потерпит. Из надзирателей остаётся Санёк. А этот оболтус вспоминает обо мне лишь когда ему нужны деньги. А поскольку Артёмка в душевном братском порыве отсыпал ему с горкой, то Сашка ещё пару недель мешать мне не станет.

Именно так я подумала, обрадовалась свободе и, собравшись с духом, потопала снова штурмовать соседнюю квартиру. Гордость? Была где-то. Возможно, она мне пригодится, но не сейчас. Сначала я решила заставить Максима выслушать меня во что бы это ни стало. А уж потом, если начнёт вести себя, как озабоченный, я… Я по обстановке посмотрю. Во всяком случае, бельё на мне сексуальное. Ну, просто в нём я ощущаю себя намного увереннее.

Но Максима не оказалось дома ни в понедельник, ни в последующие три дня. Я не знала, что и думать. А вдруг он снимал эту квартиру на короткий срок, а теперь съехал, и больше я его никогда не увижу? Сонька даже рассмеялась над моими страхами. Ей бы только ржать, а я, может, влюбилась первый раз в жизни. Этого Софи тоже понять не может — говорит, у меня было недостаточно времени, чтобы понять, что это чувство настоящее. И что Игоря я тоже, вроде как, любила целый год.

Нашла кого вспомнить! Да с Игорем я не ощущала и сотой доли того, что творилось со мной, когда рядом находился Максим. И что теперь? Я должна выбросить его из головы и просто вспоминать, как сладкий несбывшийся сон? И внукам когда-нибудь буду рассказывать про поцелуй под дождём во время зимней грозы. Если бы мне такое рассказали, я бы у виска покрутила. Да и откуда внукам-то взяться, если я больше никого не хочу любить и не позволю к себе прикасаться.

На такое моё заявление Сонька гоготала, как ненормальная, и сказала, что я неправильные сказки читала в детстве и поэтому не выросла. Что само по себе странно при наличии стольких старших братьев, не отягощённых высокими моральными принципами. Можно подумать, что девочки имеющие старших братьев с детства должны читать Камасутру. Да мне мои мальчишки всегда говорили, что я принцесса и достойна самой настоящей любви, а мой будущий избранник — счастливчик. И я в это действительно верила. До Игоря.

Ладно, возможно, я наивная и глупая идеалистка. Но кто мне докажет, что я мечтаю о невозможном? Кто сказал, что не бывает одной любви на всю жизнь? Или любви с первого взгляда? Бывает! Я точно знаю! И в книгах об этом не просто так пишут, потому что какой-то одинокой несчастной писательнице не хватило в жизни любви. Возможно и такое, но ведь большинство сюжетов взяты из нашей жизни.