Люби меня через годы - Лилия Орланд

Логинова достала из кармана порядком измятый лист бумаги и протянула отцу. Я перегнулась через его плечо. На альбомном листе бумаги крупным корявым детским почерком разноцветными карандашами было написано: «Дедушка Мороз, пожалуйста, сделай так, чтоб Саша женилась на Ярославе и жила с нами. Я буду слушаться маму, правда-правда. А ещё пусть папа вернётся».

Мне захотелось плакать. Но нужно было что-то делать, причём срочно, немедленно.

— Может, она с Ярославом? — спросила я вслух, а про себя подумала, что это вполне реально, если Милена решила поженить нас с братом.

Логинова покачала головой.

— Я ему звонила, он скоро приедет… — внезапно она встрепенулась, словно только сейчас осознав, где находится: — Вы ведь не возражаете?

— Нет, конечно, — успокоила её мама, — мы окажем вам всю необходимую помощь и найдём вашу дочь.

— Спасибо, — на Логинову было жалко смотреть. Сильная уверенная в себе женщина вмиг превратилась в растерянное дрожащее существо, которое не знало, что делать и прибежало за помощью.

— Надо подключать полицию, — решил папа, — я позвоню Илье.

Татьяна Викторовна молчала, предоставив моему отцу принимать решения. Она была слишком испугана исчезновением дочери, будто потеряв почву под ногами.

Я подошла к окну, ожидая окончания разговора. Снова пошёл дождь. Где же ты, малышка? Почему ты убежала? Я представила, как маленькая девочка бредёт одна ночью под дождём, промокшая, ёжась от холода, а вокруг взрываются петарды, люди шумно празднуют наступление нового года…

К калитке подъехало такси. Несколько секунд машина просто стояла на улице, а затем из неё вышел Ярослав. Какое-то время он не двигался, словно бы собираясь с духом, а затем нажал кнопку звонка.

Я оглянулась. Мама сидела рядом с Татьяной Викторовной на диване, приобняв её. Папа всё ещё разговаривал по телефону, убеждая Илью Карловича отправить людей на поиски ребёнка. Мурлыка спал, свернувшись калачиком в кресле. Оставалась только я…

— Привет.

У Ярослава были влажные волосы. Капли дождя блестели на кожаной куртке.

— Привет, — ответила я, чуть помедлив. Отчего-то сдавило грудь и стало трудно дышать. Но я постаралась овладеть собой. — Проходи, твоя мама в гостиной.

Я шла впереди него, показывая путь. Даже на расстоянии нескольких шагов я ощущала его неповторимый аромат, смешанный сейчас с запахом дождя и лёгкого алкоголя. Он был так близко от меня и в то же время так далеко. Недосягаемый. Я глубоко вдохнула, наполняя лёгкие его ароматом, чуть терпким, солоноватым, холодным… Как зимнее море, переменчивое, бурное, незнающее сомнений и лишающее покоя других… С моей стороны было очень глупо надеяться, что у Ярослава могут быть ко мне какие-то чувства, что у нас что-то может получиться…

И тут же устыдилась своих мыслей. Я должна думать о Милене, о том, как найти её и вернуть домой.

— Ярослав, — Татьяна Викторовна посмотрела на сына с надеждой, мгновенно сменившейся прежним нетерпеливым ожиданием.

Отец окончил разговор и вернулся в гостиную. По его мрачному лицу мы поняли, что новости не слишком хорошие.

— Сейчас новый год. Наряды на улицах усилены, по случаю праздника. А от тех, что не на дежурстве, сегодня мало пользы — празднуют. Илья обещал собрать группу толковых трезвых парней, но на это понадобится время. Так что пока ищем сами…

После его заявления в комнате повисла напряжённая тишина. Я думала, как мы впятером сможем найти маленькую девочку в таком большом городе. Ведь мы даже приблизительно не представляли, куда она могла пойти.

— Может, Милена у кого-то из своих подруг? — вдруг пришло мне в голову.

Татьяна Викторовна даже воспрянула духом, похоже, раньше ей эта мысль не приходила в голову. Вот ведь зациклилась на мне!

— Я сейчас же всех обзвоню, — она зашарила по карманам в поисках мобильного телефона.

— Тогда Татьяна остаётся здесь и будет обзванивать друзей Милены. И ещё, Тань, я дал твой номер Илье, расскажешь ему приметы девочки…

При словах «Тань, я дал твой номер» мама вскинулась и посмотрела на отца. Их взгляды встретились, причём папа выглядел смущённым. Он как-то подозрительно быстро отвёл глаза и отвернулся, делая вид, что что-то ищет на полке. Так, похоже, кого-то ожидает серьёзный разговор. Женщины такие моменты не пропускают даже в критической ситуации.

Логинова разговаривала по телефону и вдруг замерла, приложила руку к груди, прислушиваясь к себе.

Отец с матерью снова переглянулись, но теперь уже как врачи, обеспокоенные состоянием пациента.

— Саш, останься-ка ты дома, присмотри за Татьяной Викторовной, а мы пока справимся втроём.

— Я останусь с Татьяной, — вдруг заявила мама и на удивлённый взгляд отца пояснила: — Я медик, в случае чего справлюсь лучше.

— Хорошо, — папа согласился, хоть и видно было, что он сомневается. — Тогда я объеду улицы на машине. Ярослав… — отец посмотрел на Логинова и сказал то, что говорить ему явно не хотелось, — вы с Сашей обойдите парк и набережную.

— Пап, — вмешалась я, — по одному мы охватим гораздо больший участок!

— Одна ты ночью никуда не пойдёшь! — отрезал он. — Ярослав, пригляди за ней.

Логинов кивнул. Мы оделись, взяли с собой телефоны для связи и договорились созваниваться каждые пятнадцать минут. А если у кого-то появятся новости, то сообщать о них немедленно.

Папа сел в машину, а мы с Ярославом направились в сторону парка.

Дождь перестал, но промозглая влажность ещё висела в воздухе. Постепенно становилось всё холоднее.

Мы шли по широкой аллее. Ярослав в трёх шагах от меня и чуть позади. Я улавливала его движения только краем зрения. Ни один из нас не произнёс ни слова. Не сговариваясь, мы смотрели в разные стороны, стараясь разглядеть Милену меж стволов деревьев. Да и смотреть друг на друга было бы как-то… странно и излишне, ведь мы впервые остались наедине с того самого вечера. И всё равно я чувствовала себя безумно неловко. Уж лучше бы одна пошла искать Милену.

К счастью, нам навстречу двигалась большая шумная компания. Шедший впереди крупный мужчина что-то рассказывал своим спутникам, то и дело поворачиваясь к ним и шагая вперёд спиной. Кажется, он совершенно меня не замечал. Да и я тоже не смотрела на него, просто отметив для себя, что впереди идут люди.

— Смотри, куда прёшь!

Я как раз всматривалась в плотный кустарник по левую сторону и обернулась на резкий окрик Ярослава. Он заступил дорогу и тем самым спас меня от столкновения с мужчиной.

Компания остановилась, и незнакомец повернулся к Логинову. Теперь, когда они стояли совсем рядом, почти соприкасаясь, было хорошо заметно, что Ярослав почти на голову ниже и в два, а то и в три раза худее мужчины.

— Ищешь неприятностей, молокосос? — пробасил незнакомец. Его спутники ответили сначала глухим ропотом, а затем послышались выкрики, призывающие Миху «навалять сосунку по самые гланды». Обстановка начала накаляться.