Под крылом Ангела - Алиса Лунина

Это действительно было оно — то самое…

Бася стала кричать так, будто через нее пропустили электрические разряды, а Сонька от ужаса прыгнула на колени к Чувалову, позабыв про все разногласия.

— Чего вы орете, идиотки? — недовольно спросило существо и гневно сверкнуло глазами в прорезях маски.

Бася застыла, услышав знакомый голос, но кому он принадлежит, так и не поняла. В этот момент она вообще начисто утратила любую способность соображать. Ее внутреннее состояние можно было описать одним словом (помните, как Ватсон сказал Холмсу: «Это не страх, Холмс, это ужас!»). Вот. Внутри Баси ожил и приподнял голову ужас.

— Кто это? Ради всего святого — кто это? - спросила Соня, чье внутреннее состояние было сродни Басиному.

— Кто, кто?! Конь в пальто, — рассмеялось существо. — Возьмите!

И оно протянуло Басе огромное блюдо, которое держало, как бы точнее сказать… в своих инфернальных руках. Или лапах?!

На блюдо Бася вообще вначале не обратила внимания, даже не рассмотрела, что на нем, а когда существо в красном предложило ей его взять, в ужасе отшатнулась, как будто там лежала говорящая голова или еще что похуже… В отчаянии взмахнув руками: мол, изыди и блюдо свое забери, Бася задела его и выбила из рук существа. Блюдо не понятно с чем упало на пол.

— Да какого черта? — заорало существо. — Дура безмозглая! Я этот торт полдня пекла! — И оно схватилось за голову от отчаяния.

Оцепенев, Бася разглядывала гору из крема и ягод на ковре и наконец спросила:

— Что это было?

— Мой фирменный торт! — с болью в голосе отозвалось существо и рывком стянуло с лица маску.

Бася уже была готова завопить от ужаса с удвоенной силой, но вдруг замерла, увидев перед собой… Наину!

— Ты?

Наина, чертыхаясь, принялась расстегивать свой длинный, до полу, балахон. Сняв, бросила его на диван, оставшись в обычной женской одежде — кофта, юбка, ничего инфернального или необычного.

— Зачем ты это сделала? — спросила Бася, едва не плача.

— Тьфу! Стоило ли метать бисер перед свиньями?! — возмутилась Наина. — Хотела, понимаешь, удивить ее, устроить венецианский карнавал! Пришла к ней, как к человеку, с тортом! А она — идиотка! — разоралась, как будто увидела привидение, и даже сказать ничего не дала! Наполнила дом какими-то придурками! — Наина кивнула на Витю. — Я его спрашиваю, где хозяйка, а он, как баран, мычит, ответить ничего не может, только пальцем тычет! Ну ладно, думаю, сейчас разберемся. Прохожу в комнату, а тут такое начинается! Вопят, торты из рук вырывают! Безобразие!

Бася возмутилась:

— Так, значит, это ты бегала у меня по квартире прошлой ночью?

Наина уставилась на Басю во все глаза.

— Перепила, что ли, матушка?!

— Я тоже вас видела! — сказала Соня.

Наина оглядела Соню и, судя по всему, осталась недовольна.

— Это что за лахудра с голой спиной? Вы что, девки, на пару принимали? Это ж надо придумать — я бегала у них ночью по квартире!

— Но это была ты! — настаивала Бася. — Ты зачем-то проникла к Соне в спальню, а потом подбросила нам под дверь розу!

— Так, — мрачно произнесла Наина. — Ясно. Это по профессорской части. Надо старика попросить о помощи. Значит, розу… Ну-ну… Что вам еще померещилось?

— Подождите! — В разговор вступил Чувалов. — Когда я сегодня пришел, дамочки меня спросили, не я ли это ночью расхаживал у них в красном плаще.

— И что? — рявкнула Наина.

Чувалов достал с дивана балахон, рассмотрел, ничего примечательного в нем, впрочем, не обнаружил.