Нашла себе блондина! - Екатерина Вильмонт

– Но почему в Москву?

– Он улетает из Москвы, он уже там и еле меня нашел…

– Я с тобой!

– Танюха, я только попрощаюсь с ним и вернусь, полечусамолетом, машину оставлю. И тебе совершенно незачем лететь. Ты непредставляешь себе, какая морока этот отъезд, я должен буду ему помочь, у менясекунды на тебя не будет! И не упрямься, девочка! Ты здесь совсем другая, наэтом воздухе. Просто расцвела, и я буду так рваться назад…

– Но что я буду тут одна делать?

– Дышать воздухом, набираться красоты и здоровья и,кстати, учить английский, я смотрю, ты совсем его забросила. А я привезу изМосквы свежие журналы, сейчас каждый месяц какой-то сюрприз.

И он уехал. А я осталась. Мне было до слез обидно.

Утром я даже не стала завтракать дома, раненько ушла и поелав молочном баре. А дальше что делать? Заниматься английским? Не хочу, вот назлоне буду… Хорошо бы что-нибудь эдакое предпринять… Поехать куда-нибудь…

В тот же Таллин. Два часа на автобусе. Поеду, а к вечерувернусь. Я спросила, как найти автобусную станцию, но выяснилось, что первый автобуся уже прозевала Ничего, завтра поеду. От принятого решения у меня стало веселеена душе. В конце концов, почему я не могу поехать? Денег мне Никита оставилдостаточно! Но что делать сегодня? Я побрела в парк, туда, где встретилась сМиррой. Но она не появилась. Я покормила белок, в кармане у меня теперь всегдалежали орешки, потом покрошила булку голубям, а время все тянулось… Началнакрапывать дождик. Придется идти домой, это, похоже, надолго… У нас наверхутелевизора нет, а сидеть со старухой – удовольствие ниже среднего. Ладно,завалюсь спать. Сказано – сделано! Но только я улеглась, как в дверь позвонили.А старухи дома нет, я видела, как она уходила под зонтиком. Может, плюнуть, неоткрывать?

Ведь пришли-то к ней, а не ко мне. Звонок повторился.

Нет, если я не открою, она потом будет ко мне в претензии,ну ее к черту. Я вскочила и побежала вниз.

В двери было стеклянное окошечко. Я увидела какую-тоженщину, а дождь тем временем лил как из ведра.

Я распахнула дверь. На пороге стояла… Сашка!

– Привет! Не ждали? – засмеялась она. –Впустишь?

– Ты откуда? – совершенно ошалев, спросила я.

– Из Москвы, откуда же еще! Вот решила проведать отца имачеху! Как дела? Папаша что, творит очередную нетленку? Тань, ты чего так наменя вылупилась?

– А Никиты нет…

– Где же он?

– Вчера в Москву улетел!

– Ну ни фига себе! А ты почему осталась?

– Он поехал кого-то там провожать в Израиль…

– Футы черт! Ты меня на постой пустишь?

– Я-то пущу, но тут хозяйка… Она тебя знает?

– Откуда? Папашка сюда всегда один ездил. Я с матерьюпоругалась, вот и подумала, махну-ка к папаше с мачехой! Ничего, я докажу, чтоя родная дочь, никуда старуха не денется! Тань, да не смотри ты на меня, как навражину!

Мне, честно сказать, все равно, с кем папа живет, ты еще всто раз лучше каких-нибудь киношных профурсеток, поэтому давай будем с тобойдружить, так всем лучше…

– А твоя мама?

– А что мама? У меня с мамой в последнее времянесовместимость. Мы все время ругаемся, когда вместе. Ну ее… Слушай, а пожратьдашь?

– Дам, конечно, хотя я сама стараюсь тут не есть безНикиты… Ладно, пошли наверх, тебе переодеться надо!

– А домик неслабый! Значит, тут папашка работает, я тутвы предаетесь любовным утехам…

– Саш!

– Ладно, не буду тебя смущать. Хотя чего смущаться; всенормально! И как он, еще на что-то годится? Все, молчу, просто интересно…

– Как ты можешь, он же твой отец!

– Тань, успокойся, отец тоже человек и притом…

А, ладно, не хочу тебя шокировать. У тебя что, совсемникакой еды нет?

– Почему, есть. Яйца есть, сыр, творог…

– Годится!

Я поставила в кухне на стол все, что было на нашей полочке вхолодильнике, заварила чай. Но тут в дверях возникла Трауте Карловна.

– Вы уже принимаете гостей? – ледяным тономосведомилась она.

– Это не гость, это дочь Никиты Алексеевича! Онаприехала к отцу, но не застала!

– И вы думаете, я вам поверю?

– А разве вы не видите, как она на него похожа?

– Татьяна, не надо меня обманывать! Я не возражаю, есливы накормите вашу гостью, но ночевать в моем доме она не будет.

– Трауте Карловна, это действительно его дочь!

Саша, покажи паспорт!

– Еще чего! Если мне прямо заявляют, что ночевать непустят, я уйду, но папа вас не поблагодарит!

– Саш, прекрати, ну покажи паспорт!

– Не покажу! Не хочу!

– Что ж, все правильно, вы не можете показать вашпаспорт, потому что врете!

– Да не врет она! Это правда Никитина дочь! – Ячуть не плакала, мне хотелось ее обматерить.

– Покажите паспорт, тогда поверю!

– Да ни за что на свете! Я ухожу!

– Ваше дело, – пожала плечами старуха и, вышла изкухни.

– Сашка, ну ты чего? Она ж и вправду может выгнать…

– Пусть попробует! Слушай, Танька, у меня идея!

Тут гостиница есть?

– Есть конечно.

– Пошли. Это далеко?

– Да нет…

– Тогда бери зонт и почапали!

– Саш, покажи старухе паспорт!

– Паспорт? Да я лучше удавлюсь!

– Но в гостинице тоже придется паспорт показывать.

– Это другое дело! Тань, ты что, не понимаешь, она ведьне меня оскорбляет, а тебя!

– Почему?

– Потому что я действительно невесть откуданарисовалась, а ты папина жена, или вроде того, и она считает, что ты врешь,что ты можешь привести в дом воровку или вообще бог знает кого…

– Черт, я не подумала… Знаешь, я ее боюсь…

– А папашка в курсе?

– Он смеется…

– Понятно! Слушай, у меня идея! Ты тоже возьми паспорт!

– Зачем?

– Снимем номер и поселимся там вдвоем, пока папашка невернется! Он приедет, а любимой девушки нету!

– Он же волноваться будет, зачем? Жалко…

– Ну да, ясно, по-русски любить и жалеть – синонимы.Эх, знала бы ты, как я это ненавижу! Но черт с тобой, мы поглядим, как карталяжет!