Когда замуж, Инка? - Лиззи Дамилула Блэкберн

– Где ты его раздобыла? – спрашивает она, опуская мои руки.

– Его сшила моя лучшая подруга, она модельер.

– Жаль, что у нас разные размеры. – Она смеется и похлопывает себя по животу – между прочим, вполне подтянутому для любой женщины, тем более в ее возрасте.

– Брось, мама, – вмешивается Алекс, – ты тоже отлично выглядишь.

ТОЖЕ! Я готова взлететь. Его ко мне влечет. Мой новый имидж делает свое дело.

– Скажи мне, Инка, – мать Алекса приподнимает слегка подведенную бровь, – Кехинде уже совал нос в твой холодильник?

Кто такой Кехинде? Я не задаю этот вопрос, потому что вовремя соображаю, что это, должно быть, нигерийское имя Алекса: из него частично состоит его никнейм.

– Должна тебя предостеречь, этот молодой человек – заядлый едок. И это еще мягко сказано!

– Нет, тетушка! – Я давлюсь смехом. – Алекс не заглядывал в мой холодильник… пока.

Я смотрю на посмеивающегося Алекса.

– Перестань, мама. Инка даже не умеет готовить нигерийскую еду. Представляешь, она питается фастфудом!

Я в смущении хлопаю Алекса по руке.

– Не слушайте его, тетушка, – говорю я, отвлекаясь от любования его мускулатурой. – Он выдумывает!

– Тут нечего стыдиться, дорогая. Но смотри не увлекайся. Иначе будешь дорого расплачиваться в моем возрасте.

– Не обращайте на него внимания, тетушка. – Я гордо расправляю плечи. – Вчера я сделала себе на ужин толченый ямс.

Алекс фыркает.

– Ну, это проще простого.

Я нервно хихикаю, припоминая свои прежние попытки.

– Как насчет настоящей нигерийской еды? – Алекс хлопает себя по тыльной стороне ладони. – НАСТОЯЩЕЙ? Типа перечного супа, мойн-мойн[17], огбоно?[18]

Я молчу. Суп мне знаком, хотя для меня он островат, перченый паровой пудинг из лущеных бурых бобов известен по нигерийским вечеринкам, но вот огбоно? Хоть в Гугл ныряй.

– Все, достаточно, – вмешивается мать Алекса. – Уверена, что Инка прекрасно готовит. Я сама не готовлю половину всего этого, – признается она мне, и мы дружно смеемся. Кажется, я уже ее люблю.

Мне внезапно вспоминается вчерашний разговор с тетей Блессинг о том, можно ли женщине делать первый шаг. Я складываю руки на груди.

– Чтобы больше не спорить, приглашаю тебя к себе на обед как-нибудь в воскресенье, после церкви.

Приглашение вырвалось непроизвольно. Если он откажется, я умру от смущения. Но Алекс, к моему удивлению, говорит:

– Годится. Почему бы не в следующее воскресенье?

– Меня устраивает, – отвечаю я быстро, чтобы он не передумал. – Прямо сейчас вставлю в свой календарь. – Я сую руку в сумку, но мать Алекса меня останавливает.

– Учти, придется готовить праздничный обед.

Я невозмутимо открываю в телефоне календарь.

– Сейчас… Это будет День святого Валентина!

Угораздило же меня ляпнуть это вслух!

– Вот как? – смеется Алекс. – Если ты будешь занята, можем перенести еще на неделю.

– Нет, я не занята. – Наверное, я сказала это тоном мисс Пигги[19], но тут уж ничего не поделаешь.

Алекс ухмыляется.

– Учти, у тебя есть шесть дней на отмену.

– Я подам вам ваши слова на обед, мистер.

– Хватит препираться. – Его мать опять берет меня за руку. – Извини, Инка, нам пора идти. Мне надо успеть на поезд до Бристоля.

Алекс как истинный джентльмен подает матери ее полупальто и целует ее в макушку.

Я тронута. Как мило! Алекс и его мама, как видно, очень близки. Я пытаюсь вспомнить наш с мамой последний по времени нежный момент, но ничего не получается.

– Рада была познакомиться, милая.

Я обнимаю обоих на прощанье и провожаю их взглядом. Они уходят по центральному проходу церкви. Как только они выходят, я поднимаю кулак. Yes! «Свидание назначено», – пою я про себя и тут же спохватываюсь: на следующий день у меня второе собеседование. При этом в моем распоряжении меньше недели, чтобы освоить нигерийскую кулинарию. Но свидание куда важнее. А все благодаря моему блестящему плану – и бесценному совету тетушки Блессинг. Кто бы мог подумать? Надо отправить ей сообщение.

– Это была мать Алекса?

Я оглядываюсь. В мою сторону семенят мама и тетя Дебби.

– Вы за мной подглядывали?

– Вообще-то да. Ну и что? Разве это не свободная страна? Ты так с ней здоровалась, словно вы ровесницы, даже колени не согнула.

– Она сразу кинулась меня обнимать!

– Ты поменяла прическу! – ахает тетя Дебби. Теперь обе отвлеклись – гладят мои искусственные пряди, как будто я зверюшка в зоопарке.

– Так гораздо лучше, – довольно говорит мама. – Никакого сравнения! Ты опять красотка!

Я возвращаюсь домой, бормоча рэп Фаррелла Уильямса «Happy».

– Нана! – кричу я, сбросив туфли и поднимаясь по лестнице. – Ты не поверишь, что сегодня произошло… Что ты делаешь? – Я застаю ее в момент закрывания двери в мою комнату.

– Вы должны объясниться, мисс, – говорит Нана, складывая руки на груди.

– Погоди! Что ты делала в моей комнате в мое отсутствие?

Я иду к себе, она следует за мной.

– У меня кончился крем для тела, – объясняет она. – Сама знаешь, что творится с черной кожей после душа.

Я вздыхаю.

– Раз мы живем вместе, пора провести кое-какие границы.

– Согласна, но сначала объясни ЭТО. – Она указывает на мой план. Несколько листочков уже упали на пол.

Не обращая внимания на ее недоверчивый смех, я собираю листочки.

– Я знала, что ты что-то затеваешь, – говорит Нана. – Инка – и парик? У тебя и косичек-то никогда не было!

– Все когда-то бывает в первый раз, – изображаю я беззаботность.

– А это что такое? – тычет Нана пальцем в листок. – «Одеваться более стильно. Позаимствовать одежду у Наны»…

– Это просто напоминание самой себе – подумать на эту тему. А что, не дашь?

– Нет!

– Почему?

– Не хочу иметь отношения к твоему дурацкому плану. Куда девалась наша мантра «Я та, кем себя называю»? Ты меняешься ради мужчины. Не желаю играть в эту игру!

Я закатываю глаза.

– Я смотрю на это по-другому. Все мы мобилизуем лучшее в себе, когда встречаем нового человека. Так и здесь, ну, немного больше – и в ускоренном ритме.

Нана наклоняет голову набок, как будто хочет сказать: «Что вы говорите?»

– Да, я выкладываюсь, – продолжаю я. – Разве ты не это предлагала?

Она с непонимающим видом делает шаг назад.

– Мы обе знаем, что совсем не это. Погоди, это никак не связано с Ванессой? Со словами Олы? Надеюсь, ты не зациклилась на том, чтобы ее опровергнуть?

– Ни в коем случае! Это здесь ни при чем. Совершенно ни при чем.

– Ммм… – Нана поджимает губы. – Поверю тебе на слово.

Как сестры

Среда

История браузера:

Нигерийская кухня для